Хасидские предания

Бубер Мартин

с длинной трубкой в зубах и направился в дом равви Иакова

Иосифа, известного своим крутым нравом, все хасидим подума-

ли, что цадик сразу выгонит гостя из дома за его неприличное

поведение. Но старец встретил равви Менделя на пороге дома

очень любезно и беседовал с ним несколько часов. Когда наконец

равви Мендель вышел, ученики равви Иакова Иосифа спросили

своего учителя: "Что вы нашли в этом человеке, осмелившемся

войти в ваш дом с непокрытой головой, в башмаках

с серебря-

ными пряжками и с длинной трубкой в зубах?"

Цадик сказал: "Царь, уходя на войну, укрыл свои сокровища

в надежном месте. Но жемчуга, самое ценное, что у него было,

спрятал в куче золы, потому что знал, что никто здесь искать не

будет. Так и равви Мендель, чтобы силы зла не могли коснуться

его, укрыл свое великое смирение в куче золы тщеславия".

СРАВНЕНИЕ

Говорил равви Израэль из Рижина: "Поездка равви Менделя

в Святую Землю была сродни странствию праотца нашего Авра-

ама: их целью было проложить путь Богу и Израилю".

ДЛЯ АЗАЗЕЛА*

Когда кто-то спросил равви Израэля из Рижина, почему он не

отправляется в Землю Израиля, равви сказал: "Что такому гру-

бому человеку, как я, делать в Земле Израиля! Вот равви Мен-

дель из Витебска - иное дело: он сможет многое сделать в Земле

Израиля и Земля Израиля может многое сделать с ним". Потом

равви Израэль поведал следующее: "Перед тем как равви Мен-

дель отправился в Землю Израиля, он пригласил царских чинов-

ников в Витебске к себе на обед. Те приехали с женами, как это

у них принято. Равви Мендель поставил у ворот нескольких своих

молодых хасидим, чтобы они помогли гостям, и мужчинам,

и женщинам, выходить из экипажей, оказывая подобающую цар-

ским чиновникам любезность. И он обещал этим молодым хаси-

дим, что в их сердцах не возникнет и тени страсти, когда они

будут помогать красивым женщинам выходить из экипажей. Это

действительно так: если вы хотите отправиться в Землю Изра-

ильскую, то прежде должны полностью сосредоточить свою

душу на таинстве отпущения козла в пустынные места для Азазе-

ла. Именно это имел в виду равви Мендель, устраивая тот обед.

Он смог сделать это! Но я, такой грубый, если я явлюсь в Землю

Израильскую, меня там спросят: "А почему ты пришел без своих

иудеев?"

ЧЕРЕЗ ОКНО

Когда равви Менахем жил в Земле Израиля, некий безумец

взошел однажды незамеченным на Масличную гору, встал на

вершине и затрубил

в бараний рог. Услышав звук рога*, люди

встрепенулись и испугались: им показалось, что это трубный глас

Мессии. Равви Менахем тоже услышал звук рога. Он открыл

окно, взглянул через него на свет Божий и сказал: "Нет, это не

обновление".

ВОЗДУХ ЗЕМЛИ ИЗРАИЛЬСКОЙ

Говорил равви Менахем: "Воистину воздух Земли Израиль-

ской делает человека мудрым*. Покуда я не оказался на Святой

Земле, все мои мысли и все желания были сосредоточены на том,

чтобы хоть раз правильно помолиться. Но с того дня, как

я ступил на эту землю, у мейя одно желание - хоть раз правиль-

но сказать "Амен".

Он же говорил: "Вот что я постиг в Земле Израиля: видя

брошенный пучок соломы, я зрю присутствие Божие и в том, что

он лежит вдоль, а не поперек улицы".

подпись

Когда равви Менахем писал письма из Земли Израиля, он

всегда подписывался: "воистину смиренный". Однажды спросили

равви из Рижина: "Если бы равви Менахем был в самом деле

смиренным, разве он так бы подписывался?"

"Он был настолько смиренным, - ответил равви из Рижина,

– что смирение стало его существом, поэтому он перестал

относиться к нему как к добродетели".

ПОЕЗДКА НА ЛЕЙПЦИГСКУЮ ЯРМАРКУ

Среди хасидим, отправившихся в Землю Израиля с равви

Менахемом Менделем, был один мудрый человек, настолько

преданный цадику, что хотя он и был богатым торговцем, но

бросил свое занятие и поехал с равви в Святую Землю. Спустя

какое-то время после их переселения возникла необходимость

послать надежного человека к оставшимся дома хасидим, чтобы

попросить их о денежной поддержке. Это поручение доверили

бывшему торговцу. Но, плывя на корабле, он внезапно заболел

и умер, и никто в Земле Израиля об этом не знал. И после смерти

торговцу стало чудиться, что он едет в коляске на Лейпцигскую

ярмарку и беседует со своим старым слугой, которого обычно

брал с собой в деловые поездки, и с возницей, который кажется

ему очень знакомым. Внезапно он почувствовал необходимость

предстать перед учителем. Это желание возрастало в нем все

больше и больше, покуда он не решил развернуться и ехать

к учителю. Когда торговец сказал об этом своим попутчикам,