Хантерхолл
Шрифт:
Где-то в доме лопнуло стекло, и почти сразу погас свет. Эрик напрягся, прислушиваясь, и потянулся рукой к ящику стола. Мужчина не очень любил огнестрельное оружие, но выбирать не приходилось. Закричала единственная оставшаяся служанка, но крик мгновенно прервался…
***
Машина остановилась возле бара, кажется единственного на весь город. Кайла с матерью и ее подругой вошли в немного задымленное, но уютное и чистое помещение, в котором собралась куча народа. Казалось, весь город сегодня находился именно в этом баре, вспоминая Эдварда Оберри, и это впечатлило девушку.
– Все в сборе
– Ага, пошли к бару. – кивнула в ответ женщина. – Кайла, не отставай.
Девушка рассматривала помещение и людей с любопытством, которое испытывает любой человек в новом месте. Ничего интересного девушка не заметила, обычный бар и обычные люди, правда от взгляда на некоторых посетителей, по спине Кайлы пробегали мурашки, и она не понимала с чем это связанно. Вроде бы такие же люди, как и все, а смотрела и ощущала некую неприязнь.
– Не желаете сигарету? – раздался голос справа от девушки.
– У тебя хвост! – в удивлении воскликнула Кайла.
По закону подлости именно в этот момент в баре повисла тишина, и каждый из присутствующих услышал ее крик. Все смотрели на нее как на капитана очевидность и ненормальную в одном флаконе. Рейчел тоже смотрела на дочь и осуждающе покачала головой, а Кайла залилась краской.
– Твоя дочь раньше не видела демонов? – тихо поинтересовалась Меган.
– Скажем так, ее жизнь была как у всех обывателей. Она избегала всего этого, всеми возможными способами, даже разговоры не помогали. – буркнула Рейчел.
Нет, все-таки стоило поговорить с Кайлой прежде, чем та столкнется с демоном, но менять что-то уже было поздно.
– Кого-то мне это напоминает. – хохотнула женщина, протягивая стакан с виски подруге.
Перед Кайлой стоял белобрысый подросток с милым личиком, рожками и да из маленьких кожаных шортиков у него торчал хвост с кисточкой, что покачивался из стороны в сторону. Вообще белый топик и эти шортики на подтяжках вызывали у девушки ассоциацию с нимфеткой. От чего в душе Кайлы росло негодование. Кто мог позволить подростку находиться в таком месте, в таком виде и продавать сигареты? Это же было нарушением по нескольким статьям закона! Хвост даже отошел на второй план от негодования.
– Конечно хвост, у всех инкубов есть хвосты. Так сигаретку надо? – переспросил мальчишка.
– Я…не курю… – покачала головой девушка, снова посмотрев на хвост.
Инкуб. … Интересно, это была такая игра или он действительно был тем, кем себя называл? Да, мать тренировала ее, рассказывала о демонах, но Кайла воспринимала их сначала как сказки, а потом, как бредни, уже после она подумала, что Рейчел пытается отдать дань прошлому своей семьи, так как тоскует по ней. Разговоров девушка старалась избегать и заканчивала, как только женщина пыталась поговорить на эту тему. Жизнь как-то была интереснее и мысль о своей избранности, что была в детстве, померкла перед реальностью. Теперь же, уверенность в том, что все то, чему ее учила мать это просто дань прошлому и передача истории семьи, ее наследия, как-то сильно пошатнулась. Очень сильно пошатнулась.
– Зря, это не та гадость, которую продает Чарли. – указал мальчишка хвостом на бармена. – Вот эти, к примеру, – начал он объяснять, показывая
– Нет, спасибо. Я вообще не понимаю, куда смотрят власти и люди, если разрешают несовершеннолетнему торговать сигаретами в таком виде.
– Значит точно новенькая. – усмехнулся мальчишка и что-то в его взгляде изменилось. – Мне вообще-то более четырехсот лет, так что я давно даже не дедушка. – гордо приподнял подбородок мальчишка.
Кайла хотела сказать парню, что не верит в его слова, но не успела. На весь бар раздался возмущенный голос матери.
– Да как ты смеешь?!
Рейчел все это время тихо беседовала с подругой. Они вспоминали отца женщины, предвкушая очень тихий и спокойный вечер в который им хоть немного удастся узнать, как они жили все это время и вспомнить прошлое. Этот вечер мог стать даже приятным, несмотря на печальные обстоятельства, если бы среди гомона голосов Рейчел не услышала, как старый друг ее отца поливает Эдварда и ее семью грязью.
Пожилой кубинец, с седыми дредами, в которые были вплетены разноцветные бусины, сидел на углу барной стойки, в окружении небольшой толпы. Его цепкий взгляд выцветших карих глаз был устремлен на Рейчел, а между губами он зажимал сигарету с красным фильтром.
– Смею. – с вызовом ответил Бенджамин Фишер.
Бенджамин был пожилым мужчиной, немного за шестьдесят лет. Его лицо лишь слегка тронули морщины, а подтянутым мышцам могли позавидовать даже молодые мужчины.
– Твой отец сам признался мне, что после смерти ему не будет покоя, а все почему? А? Да потому что Оберри давно прогнили! – указал он пальцем на женщину.
Для Рейчел это было шоком. Ее семья давно была связана крепкими узами дружбы с Фишерами, и вдруг такой удар. В день похорон ее отца. В день похорон его лучшего друга, этот старик начал обливать грязью всех. Да, горе каждый выражает по своему, но это точно было не оно.
– Мой прадед зря связался с Фишерами. Тело моего отца еще не успело остыть, а ты уже обливаешь его грязью. – сплюнула Рейчел.
– Грязью? Нет, я рассказываю людям правду! Правду, которая совсем неуместна для Оберри, чтобы город оставался в вашей власти! И кстати про тела… – усмехнулся Бенджамин. – Почему вы не сжигаете усопших, как это положено среди всех горожан со дня основания города?
– Этот город был основан благодаря нашей семье! Нашими кровью и потом! Нашими деньгами! – запротестовала женщина, крепче сжимая в руке стакан с виски.
– И мы все признательны вам за это, но какой еще ценой обошелся вам этот город?
– Ценой наших жизней, старик! Только благодаря нашей семье в городе нет демонов кроме тех, у которых контракт с охотниками!
– Но оборотни и вампиры иногда появляются в городе, как и ведьмы! – парировал мужчина и прищурился, обведя взглядом публику и снова посмотрев на Рейчел. – Скажи-ка, а не сами ли Оберри пропускают этих тварей в город, чтобы жители помнили о вашей власти и о том, кому все должны?