Халява для раззявы
Шрифт:
Собственно говоря, Филимон Аркадьевич узнал все, что ему было нужно. Миссия была выполнена, информация собрана. Лоховский поздравил собравшихся с Хэллоуином, откланялся и отправился домрой. Завтра с утра они с Максим поедут на телевидение или на съемки и…
Максим курил, стоя на балконе. Наташа, уже должно быть дошла до остановки или поймала такси. Жаль, что не разрешила проводить себя. Конспираторша. И все же роскошная женщина, встретятся ли они снова? Может быть… По крайней мере, ключи от его квартиры
Он почувствовал как в его правый бок уперся ствол пистолета.
– Развернись, паскуда, – прошипел кто-то в самое ухо. Максим развернулся и увидел вчерашнего крепыша с пистолетом. Он шагнул в комнату, по привычке прикрывая за собой балконную дверь.
В кресле восседала теща Филимона. Как эти двое попали в квартиру для Максима было непонятно. Подумать об этом времени не было, крепыш ударил его стволом пистолета в солнечное сплетение. Ноги Макса согнулись в коленях, бандит ударил его дулом пистолета между глаз. Он шлепнулся на стул, который так заботливо подставил его напарница, Нина Михайловна за мгновение до этого. Комната поплыла у Макса перед глазами, от боли его начало подташнивать.
– Смотри, Жорик, не переусердствуй, он нам пока еще живым нужен. Отдаст список, скажет, где эта сволочь Лоховский, тогда и порешишь его. А лучше, пусть это твои ребятки сделают. Хоть на это-то они способны? – съехидничала Мерзеева.
Голос Нины Михайловны слышался откуда-то из далека, он как будто пробивался сквозь толстый-толстый слой тумана. Боль в желудке немного утихла, но между глаз все еще болело.
– Список где? – мерзким голосом провизжала Мерзеева, отвешивая пару сильных оплеух, пытаясь привести Макса в чувство. Из рассеченной губы тоненькой струйкой стекала кровь. Мерзеева брезгливо вытерла пальцы о край футболки Максима.
Максим открыл глаза и, посмотрев на Мерзееву, улыбнулся разбитой губой:
– Что, очень хочется марочку найти? Не трудитесь, все равно не найдете.
– Ах ты мразь такая, – завопила Мерзеева, ударив Максима наотмашь по лицу. – Да ты у меня в собственной крови захлебнешься, кишки свои жрать будешь, падаль. Ты сам приползешь ко мне со списком в руках и просить будешь, чтоб я его взяла… – бесновалась Мерзеева.
– Ага, мне только кетчупа дайте, это блюдо я предпочитаю с кетчупом. «Балтимор», «Татарский» подойдет, – проговорил Максим, с трудом ворочая распухающим языком. Мерзеева на секунду опешила от такой наглости. Она кинулась к стоявшему рядом стриженному качку, пытаясь вырвать у него из рук пистолет.
– Дай сюда, я его пристрелю… Я ему покажу как в Космодемьянскую играть… Убью гада…
Михеич, рыскающий по полкам шкафа, с изумлением прислушивался к выкрикам Ниночки. Такое даже для него, человека бывалого, было чересчур. Откуда у такого нежного создания как Ниночка такой запас убедительных слов? Для Михеича это было полной загадкой.
Максим прикрыл глаза, чтобы не видеть лица этой разъяренной
– Нинуся, деточка, успокойся, – произнес Михеич, пытаясь успокоить любимую. Мы сейчас все здесь перевернем и за пару секунд список этот найдем, а зятя придурка твоего тут подождем. Никуда он не денется, соколик.
Максим, с трудом ворочая распухшим языком, произнес:
– Зачем он вам, он ничего не знает все равно. Я отдам вам список, только Филимона не трогайте.
– Это уже интересно, – насмешливо произнес Михеич. – И что ты нам поверишь? Нашему честному слову? Ну ты даешь. Хотя вы с Лоховским друг друга стоите, два честных придурка, один спасает другого ценой собственной жизни. Довольно романтично. Только мы не в Голливуде, а ты не последний бойскаут. Скажешь ты нам или не скажешь… Мы все равно поступим так как считаем нужным.
– Ах ты мразь, торговаться он со мной вздумал, – рявкнула Нина Михайловна и, выхватив пистолет у Михеича, долбанула Макса по голове рукояткой пистолета. Перед его глазами все закружилось, поплыло, свет померк, он потерял сознание.
Через пару минут в квартире Максима орудовала парочка ребят Михеича. Список был найден.
– Ну, спасибо за содействие. Надеюсь, больше не увидимся, – произнесла Мерзеева, держа в руках список. – Кончайте его ребята, – приказала она.
Михеич выглянул в окно, подозвал одного из своих головорезов:
– Мы сейчас спустимся, отъедем. Дождись его приятеля, оглуши. А этого – кончи. Сначала порядок тут наведи, протри все что мы лапали. Чтоб никаких отпечатков, кроме пальцев Лоховского Инсценируешь все так, будто он приятеля убил. Потом в ментовку позвонишь, анонимный звонок сделаешь. Скажешь, что выстрел слышал. Позвонишь по мобильнику, вот на столе отставлю. Понял?
Все это время Максим сидел с закрытыми глазами, вначале он и правда был без сознания, затем решил усыпить их бдительность.
Михеич вместе с дамой покинули квартиру, в комнате остался только один бандит. Он выждал пару минут, выглянул в окно и увидев отъезжающую машину хозяина. Рука бандита с пистолетом медленно о пустилась вниз. Максим подумал, что именно сейчас наступил наилучший момент, которым необходимо воспользоваться. Потому что ближайшее будущее, кажется, уже не сулило ему ничего хорошего. Ни ему, ни Филимону. Тюрьмы его приятель просто не переживет, только в отличии от его, Максимовой быстрой агонии, агония Лоховского будет долгой и мучительной.
Максим собрал все свои силы и встал со стула. Правой рукой схватился за дуло пистолета, и вывернул его в сторону, а пальцами левой руки сжатыми в кулак ударил бандита в солнечное сплетение. От боли он согнулся, присел. Максим быстро вырвал у него пистолет. Максим приказал ему встать и сесть на стул, который сам занимал пару минут назад. Держа бандита под прицелом он приказал:
– Раздевайся. Снимай все.
Несостоявшийся убийца негнущимися пальцами расстегнул пуговицы на рубашке, снял брюки и остановился.