Х/316
Шрифт:
(Тихие хлопки)
ОЗ. (посмеиваясь) Я начинаю понимать, почему люди так охотно за тобой пошли.
КУИНИ. Мои заслуги не ограничиваются умением чесать языком. Вернемся к насущным проблемам. Мы приобщаем эту... Лаон к делу или переходим к запасному варианту?
ЕЗЕЛИ. Жестоко будет оставить ее просто умирать.
КУИНИ. Даже с учетом отвратительной крови?
ЕЗЕЛИ. Некоторые недостатки остаются с нами до самой старости.
КУИНИ. Ты даже не попыталась успокоить меня, пообещав что-то с этим делать.
ЕЗЕЛИ. В моих силах колдовать на крови, но не изменять ее подчистую. К тому же, не ты ли обещала что-то
КУИНИ. Воплощение кроткости умеет возражать? Не подозревала, что ты на такое способна.
ЕЗЕЛИ. Ты путаешь кроткость и смирение, Куини. Не заставляй меня взрывать твои воздушные замки.
ОЗ. Смею ли я прервать вас, не задействуя огня, чтобы мы вернулись к нашей проблеме?
(Напряженное молчание)
КУИНИ. Из летаргического сна путь один - вслед под руку с тем, кто пойдет туда за тобой.
ОЗ. Предлагаешь мне уснуть, чтобы спасти ее?
КУИНИ. Ты лучше нас всех знаешь, как спать веками и оживать после этого. Тебе должно быть это по силам. Я построю связи; ты погрузишься в ее сознание, едва закроешь глаза.
ЕЗЕЛИ. Ты представляешь расход чар на подобную операцию?
КУИНИ. Езели, внутри этой лаон столько чар, что я могла бы погрузить их в объединенный сон на месяц, не затрачивая своих сил! Верь мне; не будь мне так постылы порядки Академии, я стала бы одной из наиболее умелых ее выпускниц.
ОЗ. Я предпочту не задерживаться в чьем-то сне.
КУИНИ. Только сними маску, Оз: не думаю, что девочка обрадуется, первым делом увидев черную кожу и красные линзы вместо глаз.
ОЗ. Девочку? Она выглядит постарше вашего.
КУИНИ. Для особей К время останавливается. Мы будем такими даже вечность спустя.
ОЗ. Очевидно, вместе с рассудком.
КУИНИ. О, неужели я слышу подколы? Да, мое поведение - не чета моим годам, но и оно объясняется рамками, наложенными природой на особей К. Мы не способны к ностальгии, следовательно, мы не можем вынести для себя уроков и морально развиться; наше бытие весьма печально, если так посмотреть. Езели, к примеру, тремя поколениями старше меня; скажешь ли ты, что мы разнимся по уму?
ОЗ. Я скажу, что предпочел бы сон знакомству с вами.
КУИНИ. Это легко устроить.
<------КОНЕЦ АУДИОДОРОЖКИ------------------------->
========== Десятидневный сон ==========
Кто здесь?
здесь
здесь...
Не бойся меня. Я просто хочу помочь.
Ты слишком долго пребываешь в этой темноте.
Пора очнуться.
Нет! Оставь меня! Я хочу остаться.
нет
нет...
Здесь безопасно. Тихо. Мне не нужно уходить.
Темнота - не враг. Она - мое спасение.
Мой маленький домик...
Нельзя вечно убегать.
.
Чары огненными разрядами пронзают кожу, впитываются под черепную корку.
Боль. Резкая боль, становится невозможно дышать. Хатриж мычит, впиваясь зубами в скатанную в комок тряпку; кожаные ремни плотными обручами приковывают ее к креслу.
Слышатся слова: "Не проявляется", "Нужно попробовать еще раз". Чары рассыпаются искрами перед глазами, взрываются буйной радугой, опаляя кожу. Хатриж плачет и кричит, порываясь вырваться, но может лишь бить стопами по полу. Боль. Боль!
Что-то разъедает ей щеки; вонь и зеленый дым застилают глаза. Слезы катятся из глаз,
и что-то шипит под самым носом, что-то, похожее на связку игл, одновременно обрушившуюся
.
Это мои сны, чужак. Уйди.
Я - такой же сон, что и они. Очнись. Вернись в реальность.
Воспоминания не спасут тебя от будущего.
Ты не сможешь держаться за темноту вечно.
Я сама решу, что правильно. Перестань досаждать мне, дух.
.
Свист. Удар. Свист. Оз едва сдерживает крик. Свист. "Как вы смели касаться учения особей К!" - удар. "Как вы смели впитать в себя эту ересь!" - еще удар. Хлыст коричневой змеей замирает в воздухе над его ладонями, и Оз смеет зажмуриться, готовясь к очередной вспышке боли. Раскрасневшаяся кожа располосована до мяса; ему хватает сил лишь скосить взгляд на юношу, стоящего на коленях рядом с ним. "Может, петер Добос сможет ответить нам?" - ученик склоняет голову; короткие черно-золотые волосы не дают увидеть его глаз. Оз смотрит на свои дрожащие ладони; горло начинает нестерпимо жечь, и он запрокидывает голову, выпуская мощный поток пламени изо рта...
.
Ты тоже видишь сны? Разве это возможно?
Разве ты не дух?
Я никогда не говорил такого.
Наши разумы едины. Все, что представляет себе один, перехватывает и второй.
Но это опасно. Тебе нужно как можно скорее очнуться, иначе темнота поглотит тебя.
А если я хочу этого? Если я мечтаю, наконец, исчезнуть, не быть ничьей помехой?
Раствориться в пустоте, в которой никогда не разочаруюсь?
Ты не думал, что я могу устать от своей жизни?
Нельзя устать от того, чего никогда не знал.
.
Ева гладит только-только призванную в Академию лаон Хатриж по волосам, успокаивает, жалеет. Ева ласково улыбается и прижимает палец к губам, подсовывая в ладони Хатриж под столом кусок перенесенной с материка конфеты. Ева стоит за одной партой с Хатриж и держит в сложенных у живота огонек - лазоревый, как ее волосы. Ева скрытничает и знакомит Хатриж с Тоддом Эккеном, серьезным, но таким милым учеником с другого направления. Ева прижимает к себе заплаканную Хатриж и укоряет их соседок по комнате за излишне грубые слова насчет их привязанности друг к другу. Ева подбодряет Хатриж признаться в любви своему загадочному предмету обожания и, подмигивая, обещает подстраховать. Ева целуется с Тоддом под покровом ночи, разбивая Хатриж сердце. Ева изучает ересь, и Хатриж понимает, что теряет ее.
Ева.
Ева.
Ева.
Ева пытается украсть чертежи Гончих.
Ева в шаге от поимки.
Хатриж отталкивает ее, забирая чертежи.
Гончие забирают Хатриж.
.
Синий - цвет революции. Значит, это она была нам обещана. Предначертанная, разрушающая оковы.
О, "or"ok f'eny; какой же шанс мы упустили!
О чем ты? Я не понимаю!
Будет проще показать.
.
Все горит. Куини протягивает Озу руку; незамкнутый перечеркнутый круг на ее запястье подсвечивает ладонь слепяще-голубым. Она вырывает опаленную белую ткань из его пальцев, и он идет за ней, словно в забытьи. Особь К обещает, что скоро все будет в порядке, что ее семья обязательно о нем позаботится - и он почему-то верит, а за спиной тащится что-то такое тяжелое, непривычное... Повзрослевший юноша с черно-золотыми волосами испуганно смотрит на них, шепчет молитву - вот только могут ли боги помочь, покуда вокруг разверзся огненный ад? Куини улыбается ему, и чародей в ужасе отшатывается.