Гвардеец Гора

Норман Джон

— Понимаю, — ответил я.

— Конечно, умений у монетной девушки, — призналась девушка с поводком, — обычно гораздо меньше.

Это действительно было правдой. И все-таки стоит заметить, что иногда монетные девушки необыкновенно искусны. К тому же хозяину иногда приходит в голову послать на улицу даже великолепно обученную, красивую рабыню, подающую пагу, обычно в качестве шутки или наказания. Такая девушка знает, что она должна все выполнять превосходно. Некоторые мужчины, к которым она попадает в руки,

могут быть наняты заранее ее хозяином, чтобы потом отчитаться о качестве ее услуг.

Девушка с поводком убрала руку, прикрывавшую прорезь в коробке для монет.

— Ты понял условия? — спросила она.

— Да.

— Пожалуйста, пожалуйста, господин, — со слезами на глазах произнесла стоящая на коленях девушка, — положи монету в мою коробку! Ты не пожалеешь об этом.

Я поколебался и взглянул на нее.

— Умоляю разрешить доставить удовольствие господину, — ясно произнесла она.

— Ты, — спросил я, как будто не веря, ты умоляешь разрешить тебе доставить удовольствие мужчине?

— Да, господин.

— Кому?

— Тебе, мой господин, — проговорила она. — Я умоляю разрешить доставить удовольствие тебе, мой господин.

— В качестве рабыни? — снова спросил я.

— Да, господин, — ответила она. — Я умоляю разрешить доставить удовольствие тебе — как рабыня.

Я бросил монету в узкий металлический ящик для денег. Я думал, девушка свалится в обморок от облегчения и радости. Однако я видел в ее глазах другое чувство, которое было трудно понять.

Девушка с поводком нагнулась к ближайшему кольцу для рабов. Такие кольца часто встречаются на улицах Гора. Они обычно вделаны в стену на высоте фута или ярда от тротуара или аллеи. Это кольцо было прямо передо мной, за спиной стоящей на коленях девушки.

— Здесь, — сказала девушка, привязывая конец поводка к кольцу.

Обычно рабыни находятся у таких колец на коротком поводке или цепи и привязываются к ним стоящими на коленях. Если рабыня в наручниках приковывается к кольцу наручниками и кольцо расположено на высоте в ярд от улицы, ее руки в наручниках находятся перед лицом, а ее живот обращен к стене. Иногда ее руки оказываются за затылком, и тогда ее спина и бок обращены к стене. Когда кольцо расположено низко, ее руки в наручниках располагаются внизу живота, если сама она находится лицом или боком к стене, и приблизительно у поясницы, если она стоит спиной к стене. Но девушка, которая руководила стоящей на коленях рабыней, оставила довольно длинный запас поводка. Рабыня могла полностью лечь на камни, и я мог передвигать ее, если захочу.

— Я уйду, — сказала девушка, у которой раньше был поводок. — Но четко уразумей, — со значением произнесла она, — что, когда я вернусь, ее тело будет тщательно осмотрено.

— Я понял.

После этого девушка удалилась. Я посмотрел на рабыню, стоящую на коленях на

камнях передо мной. И присел рядом с ней.

— Ты знаешь, что должен полностью использовать меня, — сказала она. — Мое тело будет тщательно осмотрено, чтобы удостовериться в этом.

— Я знаю.

Она застенчиво развязала пояс туники и отбросила его.

— Ты должен обладать мною по-настоящему, — заявила она. — У тебя нет выбора.

— Я знаю.

Она уронила тунику рядом с собой, на камни.

— Я надеюсь, — произнесла она, — что смогу доставить удовольствие моему господину.

Я усмехнулся.

— Кто ты? — обратился я к ней.

— Твоя Линда.

— Если я решу воспользоваться тобой под этим именем, — заметил я.

— Да, — ответила она. — Ты можешь владеть мной под любым именем, какое захочешь дать мне или без имени, если тебе так нравится.

— Знаю.

— За все это время ты ни разу не обладал мною, — проговорила она.

— Это так, — согласился я.

— Но ты ведь хотел, правда?

— Да.

— А теперь я привязанная перед тобой на поводок девица, — продолжала она, — та, за которую ты заплатил один тарск.

— Да.

Она нагнулась вперед и нежно поцеловала меня.

— Я буду стараться оказаться достойной твоего тарска, мой господин, — прошептала она.

— Не бойся, — ответил я. — Я дам тебе такую возможность.

— Господин? — она отшатнулась.

Тогда я взял ее за руки. Она сморщилась от боли и посмотрела на меня недоверчиво.

— Это не похоже на хватку мужчины с Земли, — заметила она, — того, кто относится к женщине с уважением.

Она поежилась.

— Ты — рабыня, — сказал я.

— Это хватка горианского мужчины, — продолжала она, — хозяина женщины.

— Так ли?

— Да! — подтвердила она. — Отпусти меня! Я имею в виду, пожалуйста, отпусти меня, мой господин!

— Нет, — заявил я.

— Нет? — переспросила она. — Но ты мужчина с Земли! Ты должен исполнять все, что просит женщина!

— Почему?

— Я не знаю, — крикнула она. — Я не знаю!

— Ты хочешь, чтобы я отпустил тебя?

— Да, — ответила она. — Да!

— Лживая рабыня, — презрительно проговорил я.

— Пожалуйста, не наказывай меня, господин, — заплакала она.

— Жестокие мужчины Гора обходятся с тобой, как им нравится, — сказал я, — и ты служишь им на славу. Ты думаешь, мужчинам с Земли следует довольствоваться меньшим?

— Нет, господин, — плакала она.

— Если земные мужчины отказываются от данного им от рождения права на господство, меняют его на грязь политического извращения, если они хотели бы отказаться от своих генов, если они хотели бы ниспровергать и нарушать законы природы, если они предпочли бы самокастрацию вместо мужественности, это, я полагаю, их дело.