Гулящие люди
Шрифт:
– Архилин-трава, убери с очей падаль! Таисий взял топор, заговорил спокойно:
– Устав ваш ведом мне, он свят и строг, и не должно его рушить никому.
– Убей суку!
– Убью, только вам всем тогда брести в обрат на Коломну!
– А то нам пошто?
– Пошто на Коломну?!
Все поднялись со своих мешков на ноги. Таисий так же невозмутимо продолжал:
– Мой брат, старцы, любит его дочь! – Он лезвием топора указал на старика. – Убьем женку, Григорей уйдет на сторону… у нас зарок – не быть одному без другого…
– И ты уйдешь, Архилин-трава?!
– Уйду и я… под Москвой еще застава, она вас оборотит, так легче вам брести в обрат от сих мест, чем от Москвы!
Старцы заговорили:
– На Коломну не попадем…
– А и попадем, там смертно…
– Архилин-трава,
– Молчите вы, волчицы! – замахали старицы на молодых.
– Мы отойдем… посоветуем – жди! – сказали старцы, и все трое отошли в сторону.
Таисий с топором в руке ждал.
Сенька тоже стоял не двигаясь.
Улька стояла по-прежнему, только по лицу у ней текли слезы.
Старики подошли, сели на свои мешки, один сказал:
– Атаман, ватага старцев порешила тако – Улька идет меж стариц и будет в дороге с ними ж везде… Коли Григорей избрал ее – той воли мы ни с кого не снимаем… А в городу, где добрый постой уладим, там и пущай сходятся для ложа…
– Мудро рассудили! Пусть будет так.
Все поднялись, навесили мешки, и ватага побрела с пением:
Не прельщуси на все благовонны цветы,Отращу я свои власыПо могучие плечи,Отпущу свою бороду по белые груди…Часть вторая
Глава I. Царь и Никон
В пыльном тумане померкло солнце. Люди копошились в пыли, чихали, кашляли, отплевывались. Широкими деревянными скребами сгребали на стороны в канавы, где гнила всякая падаль, дорожный песок и пыль. Иные за ними мели, чтобы было гладко… ямы ровняли, ругались негромко:
– Штоб ему, бусурману, как поедет зде, ребро сломить!
– Не бусурман он! Православный, грузинской [166] , в недавни годы к нашим в потданство объявился…
166
Грузинский царь.– В 1658 г. в Москву приезжал кахетинский царь Теймураз просить помощи в борьбе против иранского шаха.
– Вы, черти у бога нашего! Работай больше, говори меньше: стрельцы близ – доведут, палками закусите!
Недалеко трещало дерево – стрельцы ломали ненужные постройки или такие, которые загораживали проезд в Москву грузинскому царю.
Июня, в 18-й день, 1658 года усердно чистили московские улицы и закоулки, а по площадям, крестцам и людным улицам, поколачивая в барабан, ходили бирючи, кричали зычно:
– Народ московский! Великий государь, царь и великий князь всея Русии, самодержец Алексий Михайлович указал:
«В Китае, в Белом городе и Земляном валу – в улицах, которыми идти грузинскому царю Теймуразу, и на пожаре [167] шалаш харчевников, и полки, и скамьи торговые, и мостовой лес [168] и в тележном ряду прибрать все начисто. И в Китае-городе, во рву, что внизу церковь Живоначальныя Троицы – лавки, которые без затворов пусты, – сломать и мостовой лес, по тому ж все прибрать, чтобы везде было стройно [169] ».
167
Пожар – место казни.
168
Мостовой лес – настил мостовой.
169
Устроено.
И великий же государь указал:
«На встрече грузинского царя у Жилецкой у Осипова сотни, Сукина, быть голове Михаилу Дмитриеву».
Были на встрече против грузинского
Головы у стольников: князь Алексей Андреев сын Голицын – у него в сотне восемьдесят пять человек.
Никита Иванов сын Шереметев – у него в сотне семьдесят девять человек.
У стряпчих [170] князь Иван, княж Борисов, сын Репнин [171] – у него в сотне девяносто четыре человека.
Солдатские полковники с полками: Аггей Алексеев сын Шепелев [172] , Яков Максимов сын Колюбакин.
Июля, в шестой день, великий государь царь Алексий Михайлович указал потданному своему грузинскому царю Теймуразу Давыдовичу на приезде свои великого государя пресветлые очи видеть и у стола быть в Грановитой палате.
170
Стольники и стряпчие – высшие разряды столичного дворянства. Комнатные стольники служили в царских покоях.
171
Князь Иван Борисович Репнин (ум. в 1697 г.) —видный военачальник, в 1656 г. командовал московскими войсками в Малороссии, с 1663 г. – новгородский воевода, в 1671-м – тобольский.
172
Аггей Алексеевич Шепелев (ум. в 1688 г.) – окольничий и думный дьяк.
В этот день приказано было не торговать и не работать, нарядиться в чистое платье: «у кого что есть праздничного».
Нищим указано настрого: «Рубы худые не казать! Мохрякам божедомам на улицах ни сидеть, ни лежать, а быть на своих „божедомных дворах“ [173] !»
Во время въезда царя грузинского народ залезал на тын, на балконы и крыши домов.
– Гляньте! Бородатой грузинской царь, а борода, вишь, длинна да курчава…
– Бог ума не дал, пальцем не тычь, сами видим!
173
«Божедомный двор» – богадельня.
– В своей, вишь, корете едет!
– Чай, он не мохряк, а царь!
– Браты, а хто у его пристав?.
– Боярин Хилков [174] – князь!
– Де-е-тки-и!
– Чого тебе, дедко?
– Перед коретой чужеземного царя хто скачет?
– Голова стрелецкой, Артемон Матвеев! [175]
– Ой, а быдто он молочше был?
– Ты старишь – и мы с тобой!
– Эй, задавят! Сколь их в цветной-то крашенине?
– Дворяне все! Конюшенного чину, а ты, знать, не московской?
174
Князь Хилков Иван (прозвище Меньшой) Андреевич (годы жизни неизвестны) – видный государственный и военный деятель Московского государства. В 1648 г. первый судья Судного приказа; в 1654 г. Алексей Михайлович оставил его «ведать Москву» на время своего отсутствия. Воевода в Пскове, Юрьеве, где в 1659 г. выдержал длительную осаду, в Полоцке. В 1660 г. под Полоцком наголову разбил литовские войска.
175
Артамон Сергеевич Матвеев (1625—1682) – выдающийся государственный деятель и дипломат, сын дьяка, дослужившийся до чина боярина; был стрелецким головой, затем ведал Посольским приказом. Убит во время стрелецкого бунта 1682 г.