Гулистан

Саади

Ты выше всего, что представить мы можем —сравнений, мечтаний, понятий,Всего, что читаем, всего, что мы знаем ичто донесли нам преданья.Собранье окончилось, жизнь к завершеньюподходит незримо и тихо,Мы все говорим о твоих совершенствах, – лишьначали мы описанье.

Добрую славу Саади и речи его искусной, звучащую в молве народной изустной и растекшуюся по лику земному, любовь к сладким финикам его рассказов, вкушаемых, словно сахар, и распространение отрывков его сочинений, словно золотых листов, нельзя приписать совершенству его дарования и красноречия.

Может быть, все дело в том, что владыка мира, ось круговращения времен, преемник Сулеймана, защитник людей веры, великий атабек Музаффараддин Абубекр, сын Сайда, сына Занги, – тень Бога Всевышнего на земле (о Господи, будь доволен им и удовлетвори его желания!) обратил на Саади благосклонные взоры, выразив ему полное одобрение и искреннее расположение, и потому-то все люди, простые и избранные, единодушно полюбили его, ибо каждый из них привык следовать вере своих владык.

С поры, когда твой взор в награду был мне дан,Щедрей, чем солнце, я свечу для разных стран.Хоть недостатков тьма у этого раба,Они – достоинства, коль хочет так султан.

Однажды мне кусок душистой глиныДал банщик – «На, возьми-ка для мытья».«Ты мускус или амбра», – в изумленье,Вдыхая благовонье, молвил я.Она: «Я – прах, но роза расцветалаНедалеко от моего жилья;Была б я прахом, но явилась роза —Переменилась вдруг судьба моя!»

Аллах, осчастливь мусульман его долгой жизнью; его прекрасные и достохвальные добродетели умножь, его друзей и наместников возвысь, а недругов и недоброжелателей унизь; за то, что он прилежно читает Коран, его страна пусть живет безопасно, а жизнь его наследника пусть будет прекрасна!

Он счастье в мир принес – пусть сам он счастлив будет,Пусть одоленье Бог дарит ему с небес,Пусть возрастает ветвь сего благого корня —Мы от благих семян высоких ждем древес!

Строгостью справедливых правителей и стараниями ученых попечителей да сохранит Творец Всевышний, Всевеликий в безопасности чистую землю Шираза – вплоть до Страшного суда!

Фарсистан не знает горя от насилья —Им тень Бога правит, солнце наших дней,На земле надежней не найдешь приюта,Чем порог высокий у твоих дверей;О несчастных душах думаешь ты вечно,Бог же – о награде для души твоей.Сколько б мир ни длился и ни веял ветер,Ты на Фарс, о боже, ветром бед не вей…

Причина написания этой книги

Однажды ночью, о минувших годах размышляя и даром погубленную жизнь в памяти оживляя, камни дома сердца своего я подтачивал алмазами слез и твердил следующее стихотворение, показывавшее мое тогдашнее положение:

Один лишь вздох уходит каждый миг,Но ты взгляни – остаток невелик!Ты, пятьдесят проживший лет! Быть может,Тебя пять дней оставшихся встревожат?Уйти, не сделав дела, – это стыд!Не взвален вьюк, хоть барабан гремит!Не нужно спать, о путник, слишком много —Ведь впереди неблизкая дорога!Пришедший в мир стал строить новый дом,Не кончив, был сменен другим жильцом.И у другого были те ж мечтанья,Но вот – никто никак не кончит зданья…Неверного ты другом не зови,Изменчивый достоин ли любви?Пусть умереть и злым и добрым надо,Верши

добро – и в том твоя награда!Бери припас с собою, друг, в поход, —Потом его никто не принесет!Жизнь – снега горсть под ярким солнцем мая.Он тает – так о чем мечта пустая?Пойдешь с пустым на рынок кошельком —Боюсь, вернешься ты с пустым мешком.Ты на корню проел свой хлеб – не диво,Что в жатву ты получишь только жниво.

Обдумавши всесторонне эту мысль, за благо счел я поселиться в обители уединения, отказаться от дружеского общения и праздных речей избегать, чтобы потом, раскаявшись, себя не ругать:

Молчаливо сидящий в углу, прикусивший язык,Лучше тех, кто язык за зубами держать не привык.

В это время зашел ко мне по старому обычаю мой друг, спутник мой на трудных караванных дорогах, мой товарищ по учению в медресе. Но как ни весел был его разговор, как он передо мною ни расстилал забавы ковер, я не отвечал на его реченья, не поднимал головы от колен поклоненья. Обиделся он на меня, поглядел и так сказал:

Ты покуда можешь говорить,Время проводи в беседе, брат,Завтра, как настанет смертный час,Ведь уста невольно замолчат.

Кто-то из близких моих знакомых так сказал ему о моем решении:

– Решил он и твердо намерен остаток жизни Богу служить и в полном безмолвии жить. Возьмись и ты за ум, встань на путь воздержания.

Ответствовал мой друг:

– Клянусь величием Всевышнего Творца и старинною дружбой нашей: я и шага не ступлю, пока не завяжу с ним беседы по известному обычаю и исстари заведенному правилу. Невежливо обижать друзей, легкомысленно отступаться от клятвы своей; неблагоразумно и с рассудком мудрых людей несовместимо, чтобы меч Али лежал в ножнах, а язык Саади – за зубами:

Что такое язык, о мудрец?Это ключ от дверей кладовой.Как узнать, если дверь заперта —Там алмаз иль булыжник простой?

Коль нужно говорить, и мудреца не бойся,Но будь всегда учтив и зря не молви слова:Два легкомысленных – болтающий без делаИ тот, что в нужный час замолкнет бестолково!

Словом, не хватило сил у меня удержать язык от разговора с ним, не счел я благородным отвернуть от него лицо – ведь был он искренний друг и хороший мой приятель.

Если воин ты, силы не жалей,Враг слабее – бей; враг сильнее – бей!

В силу необходимости разговорился я с ним, и пошли мы погулять за город. То было весною, когда успокоилась ярость холодов и наступало время господства цветов.

Деревья в зеленых рубашках стоят —Такой лишь у райских счастливцев наряд!

Настал урдбихишт по Джелаловой эре,Поют соловьи на мимбарах-ветвях;Как пот на висках разъяренной красотки,Жемчужная влага на алых цветах.

Ту ночь пришлось нам провести в саду одного из наших друзей. То было приятное и цветущее место, верхушки деревьев там соединялись друг с другом, а земля казалась покрытой разноцветной мозаикой; сверху висел виноград, подобный красотой созвездию Плеяд.

В саду ручей с прохладной тек водойИ пенье птиц звучало голосистых.Румяные плоды – на всех ветвях,Тюльпанов пестрых много, роз душистых;В тени немало ветер расстелилКовров роскошных, мягких и пушистых…