Грязные игры
Шрифт:
Но все обернулось иначе. И вот он здесь, на этой даче. Через два месяца Султану должно было исполниться двадцать шесть лет. Ильясу только-только миновало двадцать. Что будет дальше, никто из них не знал.
Как Султана угораздило попасть из поэтов в киллеры, он и сам сейчас не понимал. Жизнь так сложилась. Когда-нибудь, если он выживет в этой мясорубке, то напишет обо всем этом роман. И обязательно со счастливым концом. Пока же приходилось думать только о хлебе насущном. Как раз завтра поутру должен был приехать Ахмед и привезти
Свернув с Симферопольского шоссе, Ахмед извилистой, плохо заасфальтированной дорогой проехал мимо заборов роскошных генеральских дач и сбавил скорость. Здесь, в поселке на каждом шагу попадались «лежачие полицейские».
Подъезжая к дому, где ждали его Султан с Ильясом, он позвонил по мобильнику, чтобы не сигналить перед воротами. Краем глаза Ахмед успел заметить, что ехавший за ним зачуханный красный «Москвич» притормозил метрах в пятидесяти от въезда на Их территорию. Но не придал этому значения. Это наверняка местный, деловые люди на таких раритетах не ездят.
И уже через пару минут он въезжал во двор. Султан и Ильяс встретили его радостными улыбками. Как-никак — чуть ли не единственное развлечение.
— Закрывайте ворота, — крикнул Ахмед по-русски.
Султан взялся за правую створку, а Ильяс за левую. Любопытные взгляды соседей им меньше всего были нужны. Тем более, что в этот момент появился в пределах видимости давешний «Москвич». Он резко свернул в их сторону и, взревев заслуженным движком, почти мгновенно оказался у них во дворе. Двери его распахнулись, из них выскочили двое в черных масках с пистолетами в обеих руках. Стреляли они по-македонски, быстро, профессионально и бесшумно. Ни Султан, ни Ильяс не успели толком подумать, что происходит, не то что вытащить оружие.
Ахмед бросился на землю и попытался отползти за свой пикап.
— Эй, чечен! А ну, встать! — крикнул один из стрелков.
Ахмед медленно поднялся, подняв вверх руки: всем своим видом он демонстрировал полную и безоговорочную капитуляцию. Ноги у него дрожали...
— Передашь своим, — человек в маске показал глушителем сначала на Ильяса, потом на Султана, — что Это за Листьева!
Ильяс лежал, уткнувшись носом в траву, а Султан — на спине, устремив мертвый взор в июньское высокое небо. Так и не удалось ему написать роман о судьбе поэта-киллера...
— Передам, — послушно кивнул Ахмед, но его ответа никто не ждал.
Киллеры, словно «двое из ларца, одинаковых с лица», исчезли в своей битой металлической коробке... «Москвич», не разворачиваясь, задом выехал за ворота и газанул...
Саша был доволен. Уже сегодня информация об убитых чеченцах пройдет по основным каналам, а завтра появится в газетах. Об этом уже позаботился Павлючков. Первая съемочная группа появилась на месте происшествия спустя двадцать минут. Лев Викторович же организовал и утечку информации из чеченского клана.
Отныне никто и никогда не будет связывать смерть Листьева с бригадой Белого. Правда,
— Фила, включи телевизор, сейчас новости будут, — попросил Саша, доставая из заветного шкафчика бутылку «Джони Уокера».
Симпатичная дикторша уже начала дневной обзор новостей. Интересовавшая Сашу с Филом новость шла второй, сразу после сообщения об очередных кремлевских «рокировочках».
«Сегодня утром, — говорила она проникновенным тоном, — в подмосковном поселке Переделкино были убиты активные члены так называемой чеченской преступной группировки Султан Нухаев и Ильяс Сулейманов. Из конфиденциальных источников стало известно, что именно эти люди подозреваются в совершении убийства известного телеведущего Владислава Листьева. Начато расследование. За комментариями мы обратились к представителю пресс-службы Министерства Внутренних дел Андрею Викторовичу Денницыну.
Ведущая повернулась в кадре направо и камера, отъехав назад, показала и ее собеседника. Денницын, похоже, только что вернулся из отпуска. Легкий ровный загар и жизнерадостный взор выдавали недавнего отпускника. Держался он уверенно, был в теме и отвечал на вопросы ведущей напористо и со знанием дела.
— Андрей Викторович! Наша милиция все эти последние месяцы искала убийц Владислава Листьева. И вот сегодня они обнаружены убитыми. Что бы вы могли сказать по этому поводу?
— Да, Настя. Судя по всему, все обстоит именно так. Султан Нухаев и Ильяс Сулейманов давно подозревались нами в совершении этого преступления. Они
уже несколько месяцев находились в розыске.
— А теперь они убиты...
— Да, теперь они убиты. И, к сожалению, не могут дать показания. Потому что вы понимаете, Настя, нас интересуют не только непосредственные исполнители убийства, но и его заказчики. Их поиском мы продолжаем заниматься.
— А здесь у вас есть подозреваемые?
— Безусловно. Но я, Настя, в интересах следствия пока не могу назвать их имена.
— Это понятно, Андрей Викторович. А как бы вы могли прокомментировать следующий сюжет — о задержании в США известного российского авторитета, так называемого вора в законе Владимира Иванченко, в определенных кругах известного под кличкой Дед?»
— Ни хрена себе! Ты слышишь, Фил?! — Саша чуть не поперхнулся виски, которое щедро разбавил содовой и потихоньку смаковал, наслаждаясь этой телебеседой на профессиональные темы.
— Слышу, не глухой, — Фил нахмурился.
На экране появились кадры, где седобородого Деда вели под белы руки дюжие американские полицейские, а он пытался то боднуть кого-нибудь из них * головой, то пнуть по чьей-то случайно подвернувшейся фэбээрошной заднице. Инвалидной коляски отчего-то в кадрах хроники не наблюдалось...