Грязные игры

Браун Сандра

– Я должен сопровождать вас, мэм. Приказ Родарта, – ответил Грифф, стараясь, чтобы полицейский услышал его слова.

Она фыркнула, как будто раздосадованная его отказом, и снова посмотрела на полицейского.

– Вы не могли бы немного передвинуть машину, пока не закроются ворота?

Полицейский быстро вернулся к патрульной машине, завел ее и немного проехал вперед, чтобы освободить дорогу. Лаура въехала в ворота.

Грифф перевел дух лишь после того, как ворота за ними автоматически закрылись. Но если этот полицейский догадлив,

он свяжется с Родартом, чтобы проверить, получила ли Лаура разрешение на посещение дома. В любом случае ему все равно скоро позвонят из отеля и сообщат о похищении миссис Спикмен. Грифф надеялся, что успеет до этого времени закончить дела в доме.

– Войдем в парадную дверь, чтобы он нас видел.

Она проехала по дорожке и остановила машину прямо перед домом. Грифф вышел и направился к величественному входу в особняк, оглядываясь по сторонам и играя роль телохранителя, на тот случай, если за ними наблюдают. Лаура открыла дверь своим ключом. Раздался сигнал тревоги, но она не двинулась в сторону клавиатуры.

– Дом на Виндзор-стрит превратится в туристическую достопримечательность, – сказал Грифф.

Она бросила на него сердитый взгляд и набрала код, после чего сигнал тревоги умолк.

– Свет?

Она коснулась выключателя, который, как показалось Гриффу, зажег весь свет в доме.

– Здорово, – с восхищением произнес он.

– Что теперь?

– Теперь мы идем в гараж. В частности, в комнату Мануэло Руиса над гаражом.

– Мы для этого здесь? – удивленно спросила она.

– Для этого. Как туда попасть?

Она напряженной походкой пересекла холл. Он последовал за ней, с облегчением увидев, что она ведет его в сторону, противоположную библиотеке.

Кухня здесь была в три раза больше, чем дом, в котором вырос Грифф. В дальнем углу кухни была дверь. Лаура направилась к ней.

– Подожди, – сказал он. – Дверь выходит наружу?

– Сначала в переднюю, потом наружу.

– Внешняя дверь видна от ворот?

– Нет.

Грифф обошел Лауру, открыл дверь и увидел служебное помещение, которое заслуживало лучшего названия, чем передняя. Затем он открыл дверь и выглянул на улицу. Полицейские больше не патрулировали участок вокруг дома. Их отозвали вчера вечером, когда Родарт переселил Лауру в отель. Грифф знал об этом, потому что наблюдал за домом.

Тем не менее он чувствовал себя беззащитным, когда они с Лаурой пересекали площадку между домом и отдельно стоящим гаражом. Лаура показала на дверь ближе к краю здания:

– Вход в комнату Мануэло через ту дверь и вверх по лестнице, но ты вряд ли найдешь его там.

– Я и не рассчитывал.

На стене рядом с дверью была еще одна клавиатура.

– Еще один дурацкий код? – Грифф нетерпеливо взмахнул рукой, и Лаура набрала последовательность цифр. Дверь открылась с металлическим щелчком. Они проскользнули внутрь. Грифф затворил дверь и услышал, как сработал замок.

– Не включай свет, – сказал он,

почувствовав, что она шарит по стене в поисках выключателя. – Ты приехала забрать вещи из дома, а не из гаража.

Гриф снял с полицейской портупеи маленький фонарик и включил его. Он направил луч себе под ноги, но мог видеть Лауру в отраженном свете.

– Лаура. У тебя правда будет ребенок?

31

Судя по выражению лица Лауры, вопрос застал ее врасплох. Она несколько секунд пристально смотрела на Гриффа, а потом едва заметно кивнула.

Он почувствовал, как его грудь распирает изнутри. Он никогда не испытывал подобных ощущений и не знал, как это назвать. Что-то вроде высшего удовлетворения. Нечто прямо противоположное тому, что он чувствовал недавно в мотеле, вспоминая свою жизнь.

Грифф посмотрел на живот Лауры, но не увидел никаких изменений. Конечно, еще рано.

Ему хотелось знать, вспоминает ли она – как вспоминал он – об их последнем свидании, когда он протянул руку и закрыл дверь у нее за спиной. Разве могли они предвидеть, какие катастрофические последствия будет иметь это простое движение? Их прежняя жизнь закончилась. Началась новая.

Он вновь посмотрел ей в лицо. Их взгляды встретились. Это теплое и тесное помещение, где они стояли, внезапно показалось ему очень маленьким и лишенным воздуха. Он не осмеливался сделать глубокий вдох, боясь нарушить окружившую их тишину, полную смысла.

Он понимал, что должен что-то сказать женщине, носившей в себе его ребенка, но не знал, что, и поэтому просто продолжал смотреть ей в глаза, пока она не отвела взгляд.

Он коснулся ее подбородка и поднял ее голову, заставив снова посмотреть ему в глаза.

– Я попаду в камеру смертников, если не найду Мануэло Руиса. Понимаешь?

– Нет, не понимаю, – она медленно покачала головой и добавила уже более твердо: – Мануэло боготворил Фостера. Он не мог…

– А я мог?

Она пристально посмотрела ему в глаза, а затем дернула головой и плечами, что могло означать как «да», так и «нет». Но даже это малейшее ее сомнение отозвалось в нем острой болью.

Он опустил руку.

– Не знаю, почему я надеялся, что ты мне поверишь, хотя даже мой адвокат не удосужился спросить, убил ли я твоего мужа. Он просто заранее предполагал, что убил. Я не убивал. Это Мануэло.

– Он не мог.

– Это была нелепая случайность. Увидев, что он натворил, парень обезумел. И сбежал. Он напуган и теперь может быть уже на полпути к Сальвадору. Но без него мне конец.

Он посветил фонариком на свои наручные часы. Они уехали из отеля двадцать семь минут назад. Томас Лэйн и все остальные теперь, наверное, слушают ругань Родарта. Скоро будет выслан поисковый отряд.

– Мое время истекает, – он повел ее к лестнице.

– Если Мануэло в бегах, то это последнее место, где он может быть, – сказала она.