Грусть не для тебя
Шрифт:
— Да, ходил пару раз в спортзал.
— Брось. У тебя классное тело. Занимаешься на тренажере? Бегаешь?
Он пошутил, что только если за ним гонятся. Потом сообщил, что недавно отправился на пробежку вместе с девушкой, несмотря на все свое отвращение к физкультуре.
— Больше никогда такого не сделаю, — сказал он, потирая бедра. — До сих пор мышцы болят. Все равно наше свидание так ничем и не закончилось.
— Это была Стейси?
— Кто?
— Стейси. Ну та, рыжая, с которой ты был в «Ореоле».
— А-а, эта Стейси? Это уже в прошлом.
— Рада за тебя, — сказала
Маркус засмеялся:
— Да уж, рядом с тобой она не блистала.
— Так кто же была та любительница бега?
— Так, одна цыпочка.
— У цыпочки есть имя?
— Ну, предположим, Ванда.
— Ванда… И что, Ванда так же хороша в постели, как и Стейси? — спросила я, гордясь своей смелостью.
Он ухмыльнулся, явно задумавшись, но тут к нам присоединились Декс и Рейчел, и я так и не услышала ответа — он всего лишь подмигнул мне. Помнится, мне тогда захотелось продемонстрировать ему свои способности в этой области. Не то чтобы я действительно желала переспать со своим шафером — это была всего лишь мимолетная мысль, навеянная спиртовыми парами.
Так для меня и закончился тот вечер, а дальнейшее я помню довольно смутно — то, как Декс вывел меня из бара и как я блевала в бумажный пакет, свесившись с кровати.
Пару дней я не вспоминала о Маркусе, пока он не позвонил, чтобы поговорить с Дексом. Я сказала, что Декс на работе, и обрадовалась возможности поболтать.
— Он всегда на работе, — бросил Маркус.
— Ой, и не говори… Как у тебя дела? Что новенького? Кажется, вы в тот раз засиделись там допоздна? — спросила я. Отвезя меня домой, Декс вернулся в бар, и они с Маркусом торчали там почти до семи утра.
— Да. Прости, — извинился он.
— У тебя все было в порядке? — Да.
— И что, с другими девушками ты не болтал?
Он рассмеялся:
— Да нет, я люблю потрепаться с девушками.
Вдруг я почувствовала непреодолимое влечение к нему, которое уже испытала в баре.
— Да. Помню, — кокетливо сказала я. — Так как у тебя с Вандой?
— С Вандой?
— Ну да. С той, которая любит бегать.
— Ах, эта Ванда! Ну… В общем, у нас не сложилось. Но я вот что думаю…
— Что ты думаешь? — робко спросила я, думая, что он тоже не прочь со мной пофлиртовать.
Но вместо этого Маркус сказал:
— Я подумал насчет Рейчел. Было удивительно услышать из его уст это имя.
— Что ты имеешь в виду?
— Она с кем-нибудь встречается?
— Нет. А что? — спросила я, чувствуя нечто вроде посягательства на свои права и легкий укол ревности оттого, что Маркус заинтересовался моей подругой. Конечно, в глубине души мне хотелось, чтобы он думал только обо мне. Это был чистой воды эгоизм, особенно учитывая то, что я помолвлена, а Рейчел нет. Но я ничего не могла с собой поделать.
Маркус продолжал:
— Знаешь, в ее серьезности есть что-то очень привлекательное.
— Да, она интересная девушка, — сказала я, думая, что в этом есть нечто ненормальное — назвать Рейчел привлекательной, пусть даже в последнее время по сравнению с годами юности она изменилась в лучшую сторону. По крайней мере, у нее меньше морщинок вокруг глаз, чем у большинства
— Ну, если ты хочешь пригласить на свидание мою подругу, спроси меня как, — сказала я смеясь, но и в самом деле об этом задумалась. Почему бы на этот раз мне не сыграть роль помощницы?
— Отлично. Передай ей, что я хочу пригласить ее на свидание. И намекни, что лучше бы для нее согласиться.
— Или что?
— Или это будет самая большая ошибка в ее жизни.
— Даже так?
— Да, — сказал он. — Именно так.
И я снова почувствовала укол ревности. Как плохо, что сама я не могу подцепить Маркуса, потому что скоро свадьба. Даже безотносительно ко всем чувствам, которые я к нему испытывала, я подумала: просто ужас, если мне больше никогда не суждено узнать прелести первого поцелуя с новым мужчиной. Вдруг я больше никогда не влюблюсь?! Мне кажется, большинство парней через это проходят, но, как правило, до того, как они покупают обручальные кольца и отказываются от свободы. У женщин все по-другому, насколько я могу судить. Они находят хорошего парня, и им кажется, что больше ничего не нужно. Они полностью удовлетворены, причем надолго. Кажется, в этом отношении я больше похожа на мужчину.
И вот, несмотря на то, что у меня по спине от возбуждения мурашки бегали, я поняла, что с Маркусом у нас ничего не получится. И тогда решилась на благородный поступок: уговорю Рейчел пойти с ним на свидание и вообще буду активно способствовать их роману. А если у них и в самом деле все сложится, порадуюсь за обоих.
Но когда Рейчел и Маркус наотрез отказались посвятить меня в детали, я очень обиделась: без меня вообще не было бы этого дурацкого свидания. Рейчел ничего мне не рассказала, я даже не знала, целовались ли они, и потому терялась в догадках, как все закончилось. Чем больше я приставала, тем больше они секретничали — и тем сильнее Маркус начинал меня интриговать. Это был какой-то порочный круг. И потому в течение следующих нескольких недель каждый раз, когда Маркус звонил Дексу, я ставила себе целью во что бы то ни стало, проговорить с ним как можно дольше. Однажды даже позвонила ему сама, с работы, якобы лишь затем, чтобы поговорить о поездке в Хэмптон и о каких-то предсвадебных мелочах. Повесив трубку, я тут же отправила ему сообщение по электронной почте. Он немедленно ответил, и мы играючи обменивались репликами целый день. Это было забавно.
Когда подошло четвертое июля, Рейчел и Декс оба вынуждены были остаться в городе из-за работы, вместо того чтобы ехать с нами в Хэмптон. Конечно, я была раздосадована тем, что моя лучшая подруга и мой жених будут сидеть в Нью-Йорке, но отчасти меня привлекала идея провести выходные с Маркусом без посторонних глаз. Я не хотела ничего глобального. Просто небольшая интрижка.
Все началось в «Толкхаусе», после того как мы опять пытались друг друга перепить, только на этот раз без Декса и его душеспасительных назиданий. Я здорово перебрала, но изо всех сил пыталась выстоять и не показать, что мне плохо и что я совсем поглупела. Конечно, я была сильно пьяна. И Маркус тоже.