Группа «Янки»
Шрифт:
Как один, группа «Янки» двинулась вперед. «66-й» во второй раз пересек берег ручья.
На этот раз Ортелли выжал акселератор до упора. Танк с треском плюхнулся на землю и помчался вперед. Линия из трех танков и трех БТР слева от «66-го» также миновали русло и двигались мимо горящего БТР. Танк, остановленный справа от «66-го» миновал русло только наполовину. Он горел и содрогался от взрывов боекомплекта. Второй лейтенант Мак’Алистер был мертв. Остальная часть второго взвода выбралась и катилась дальше вправо, стреляя с ходу. Фолк снова крикнул:
— Танк! Заряжающий,
— Готов!
— Пош-е-е-л!
«66-й» снова вздрогнул от отдачи. Орудие выстрелило и откатилось, отправив снаряд прочь.
На этот раз танк не окутало клубами пыли, так как «66-й» выкатился из пыли, поднятой ударной волной от выстрела. Бэннон обернулся и посмотрел, куда стрелял Фолк, но увидел только взметнувшуюся в воздух грязь. Что бы это ни было, Фолк промахнулся. Но это не имело значения. В цель попал другой танк. Ослепительная вспышка и мириады искр заволокли советский танк, в который целился Фолк.
Быстрый взгляд на LOG позволил ему заменить четыре горящие машины, две из которых определенно были танками. Еще две были частично скрыты, но испускали пышные облака дыма и пламени. Новые столбы грязи поднимались разрывами снарядов только в лесу. Там он заметил окопавшихся советских пехотинцев. Бэннон не имел никакого намерения бороться с ними. И не собирался приказывать механизированному взводу спешиваться.
— «Браво-3 Ромео», это «Ромео-25». Окопавшийся противник у цели. Продолжаем атаку. Не спешиваться и не останавливаться!
Его сообщение было прервано двумя огромными взрывами по обе стороны от «66-го». Танк закачало из стороны в сторону. Бэннон потерял равновесие и упал по пол боевого отделения. Келп нагнулся, чтобы помочь ему, когда он попытался забраться обратно в командирскую башенку. Келп крикнул, пытаясь перекричать шум двигателя:
— Вы в порядке?
— Ага. Держи наготове пулемет.
— У вас лицо в крови.
Бэннон поднял руку и приложил ее к лицу. Когда отвел ее, то увидел на руке кровь.
Но все не могло быть настолько плохо. Он все еще мог двигаться и командовать. Он должен был восстановить контроль над своим танком и группой. Сделав усилие, он взял себя в руки и остался на месте.
Снаружи царил хаос. Взрывы, сотрясавшие «66-й» были разрывами снарядов советской артиллерии.
«66-й» вот-вот должен был выйти из зоны артиллерийского огня. Справа от него двигались еще два танка. Один из танков 2-го взвода виднелся в нескольких сотнях метров позади; он просто стоял на месте. Машина FIST была уничтожена. Слева, прикрывая «66-й» продолжали двигаться еще два танка. Пропавшего 3-го взвода нигде не было видно. БТР механизированного взвода отстали и, в результате, оказались в эпицентре огня советской артиллерии. Бэннон мог различить только две машины, которые тряслись и подпрыгивали, пробираясь между столбами огня и грязи. Семь машин. Все, что осталось от группы.
Семь машин из четырнадцати.
— Пехота на двенадцать! Открываю огонь из спаренного!
Крик Фолка заставил Бэннона обратить внимание во фронт. Они были в трех сотнях метров от цели. Несколько советских пехотинцев встретили их
Гибели танков, продолжавшегося артиллерийского обстрела и провала попыток гранатометчиков с РПГ остановить наступление группы «Янки» оказалось слишком много для оставшихся в живых. По мере того, как группа двигалась вдоль линии деревьев, отдельные советские солдаты начали бежать в тыл. Справа от «66-го» укрытый советский бронетранспортер БТР-60 дал задний ход, пытаясь уйти. Но движение выдало его, и он был уничтожен вторым взводом. Келп вскочил за пулемет, открыв огонь по бегущим в беспорядке отдельным советским солдатам.
Когда «66-й» вошел в линию деревьев, одинокий советский солдат поднялся из окопа в не более чем в двадцати метрах справа и направил РПГ прямо на Бэннона. Тот запаниковал. Он попытался развернуть М2 вправо и открыть огонь, но в душе понял, что не успеет этого сделать. Русский спокойно прицелился и приготовился выстрелить. «66-й» был прямо перед ним, и Бэннон ни черта не мог сделать, чтобы его остановить.
Но удача не изменила ему. Русский вдруг дернулся назад, когда пулеметная очередь попала ему в спину. Кто-то из второго взвода заметил гранатометчика и выстрелил. Бэннон ощутил невероятность всего этого. Уже второй раз за несколько минут «66-й» был на краю гибели.
* * *
Советский лейтенант смотрел на грохочущие мимо американские танки. Он был поражен и трясся, словно стебель камыша от смеси страха, гнева и ощущения беспомощности. Все их усилия были впустую. Американские танки прошли через их позиции, словно их вообще там не было.
Переведя дыхание, лейтенант снова осмотрел поле боя. Некоторые из его солдат поднимались со дна окопов. Снова посмотрев на поле перед ним, он увидел несколько БТР, все еще оставшихся на закрытых позициях. «Хорошо», подумал он вслух. «Если мы не можем убить танки, убьем американскую пехоту». С этими словами он подхватил РПГ у мертвого гранатометчика и поспешил к своим солдатам, чтобы сплотить их и продолжить бой.
* * *
Пять танков группы «Янки» двигались в шахматном порядке через деревья. Артиллерия прекратила огонь, вероятно, по запросу группы «Браво».
Пройдя примерно сто метров через лес, танки потеряли контакт с советами. Никаких признаков других вражеских позиций тоже не было. Бэннон решил остановиться и ждать подхода механизированного взвода.
— Всем «Браво-3 Ромео»: остановиться и занять оборону. Повторяю, остановиться и занять оборону. Ждем подхода «Зулу-77». Конец связи.