Группа эскорта
Шрифт:
— Нет, — честно признался я.
— В радиусе порядка трехсот метров от центра фонового излучения жидкость можно тревожить лишь предметами из металла… Да еще из столь редких элементов таблицы Менделеева, что здесь, в Зоне, их в принципе быть не может. А вот песочек, камушки… да еще, может быть, кто-нибудь от большого ума высморкается… — он посмотрел на мэнээса, — это верная смерть. Нас убьет за несколько мгновений вспышкой мощнейшего пси-излучения, Тимофей Дмитриевич.
— А где тут центр излучения? Может, отключить
Мэнээс опять ухмыльнулся.
— Идея не столь плоха, Тимофей Дмитриевич, — ответил Озёрский. — Но, видите ли, только сегодня утром мы сумели собрать данные, позволяющие в самом общем виде описать природу и режим активности «радарного синдрома» в Карьере. Где концентратор излучения К мы еще не знаем.
У Гарда лопнуло терпение:
— Долго возимся, проф. Просто скажите ему, мол, пусть отойдет, а дальше…
— Я хочу, капитан, чтобы молодой человек действовал с полным осознанием ситуации, — сказав это, Озёрский повернулся ко мне и продолжил разъяснения: — Мы набросали вот эту кучу вчетвером. Неужели вы думаете, что четверо физически здоровых людей не сумеют набить жадинку до упора хоть за полчаса?
«Действительно странно», — подумал я. На роже у меня, надо думать, эта мысль отразилась.
— А потом кидать стало некуда. Еще бросок — и песок просыплется. Поэтому я запретил разрядку жадинки. И вам запрещаю. Лучший из всех возможных вариантов, поверьте, таков: отойдите шагов на двести от обрыва, там аномалия «магнетик» перестанет глушить связь, и дайте сообщение о нас… — тут он громко и внятно продиктовал адрес, а потом еще раз громко и внятно продиктовал адрес.
— …И за вами просто пришлют вертолет, — докончил я.
Баронесса улыбнулась мне лучезарно. Мол, хоть ты и безмозглый упырь, да еще и, может статься, бандит, а искра разума в тебе все-таки светится. Но вдруг лицо ее помрачнело.
— Геннадий Владимирович, вертолет работает на Затоне. С гостями.
— Я помню, Юсси. Ну, лишний час. От силы — два. Да хотя бы и полдня. Не вижу особой проблемы.
— Да просто сидеть тут достало, — подал голос мэнээс.
Никто не обратил на него внимания.
Юсси заметила:
— Вы правы. В техническом смысле. Но обстановка может измениться, если Гуня приведет свою шайку. Или если Пшено явится со своим черным батальоном.
— Пшено мертв, — перебил я Баронессу.
Она, даже не поинтересовавшись, откуда я знаю про смерть бандита, отмахнулась:
— Это не играет роли. Один, другой, третий мертвы, еще дюжина имеет все шансы прийти сюда. Мы — завидная мишень на этом островке.
Озёрский ответил коротко:
— Я это понимаю. Конкретные предложения?
Гард опередил Юсси, обратившись ко мне:
— Крупный металлический предмет. Любая болванка. Вопрос жизни и смерти, парень, чтобы она была чистой — никакого песка, никакой глины.
— Хорошо. Сначала я свяжусь с Бункером. Затем я
Эти люди вызывали симпатию. По большому счету они крепко вляпались. Но вели себя с достоинством — все, кроме одного. И не обещали за свою жизнь больше того, что могли дать. Общаясь с ними, я стал говорить так же, как они и… как-то иначе думать. Ко мне вернулось обычное мое спокойствие.
Юсси кивнула мне благосклонно. Она, в сущности, ничем не обнадежила меня. Просто кивнула и легонько улыбнулась.
Пришлось заставить себя вспомнить про Галку. Вот так она выглядит, когда сердится. Вот так она смеется. Вот такое у нее родимое пятнышко под правым ухом. Вот такой у нее голос…
Я разобрал «Тавор» и скормил жадинке несколько чисто металлических деталей от него. Ноль эффекта.
— Что ж, стоило хотя бы попытаться, — ободрила меня Баронесса. — А теперь постарайся в точности выполнить всё то, о чем мы здесь говорили… сталкер Сотка.
…Я шел прочь от Карьера, пока связь не начала работать. Вызвал спасателей. И начал прикидывать, где тут бойкий парень может разжиться центнером ценного металла.
Всей ржави на обозримом пространстве располагалось всего две штуки. Штука номер один — роторный экскаватор. Штука номер два — бульдозер. Обе явно подошли бы. Но обе малость великоваты: пупок развяжется дотаскивать.
Что мне оставалось?
Мегаэкскаватор выглядел как стальная скала. Такую грозную махину лучше не трогать. Ну а, допустим, от такой старой рухляди, как бульдозер, можно и отломать солидную железяку… Там небось половина внутренностей — чистая труха.
И я направился к бульдозеру.
Но не успел пройти и десятка шагов, как за спиной у меня послышалось:
— Я бы тебе не советовал, салажонок. Костей не соберешь.
Глава 12. С Клещом в тайник
Что ему сказать-то? Дяденька, отпусти?
Я больше не буду?
— Не дергайся. Руки за голову.
— Клещ… Да тут целый Клондайк артефактов! Тебе хватит на всю жизнь, Клещ… Возьми их, на что я тебе сдался?
Слышу за спиной смех. Противное такое суховатое хихиканье, похожее на кашель.
— Да на хер мне тебя убивать. Стал бы я тебя от верной смерти спасать, если бы уложить хотел?
— От верной смерти, говоришь? — спросил я.
— У меня нет никакого желания убивать тебя. Но я продырявлю тебя в секунду, если вздумаешь лезть на рожон.