Гротеск
Шрифт:
— Юрико! — Это прозвучало как проклятие, еле слышно, но она действительно назвала мое имя. Ошибиться я не могла.
— Ты кто?
Знакомое лицо, где же я ее видела? Кого-то она мне напоминала, но картина никак не складывалась; я все не могла понять, на кого она похожа, и бесилась от этого. Взгляд отметил худое лошадиное лицо. Подсохшую кожу. Торчащие вперед зубы. Жилистые, похожие на птичьи лапы, руки. Такая уродина! Мы с ней были примерно одного возраста.
— Не узнаешь?
Незнакомка радостно
— Мы с тобой где-то встречались? В каком-нибудь клубе?
— Не в клубе, нет. А ты постарела. Морщины, дряблость… Сначала я даже тебя не узнала.
Значит, она меня давно знает? Я старалась вспомнить это лицо, покрытое слоем косметики.
— Гляди-ка: двадцать лет прошло и сравнялись, а в молодости были как небо и земля. Какая теперь между нами разница? Посмотрели бы на тебя тогдашние приятели!
Слова вылетали из ее алого рта со злорадством. Бегающие черные глаза в обрамлении расплывшихся карандашных контуров кого-то мне напоминали, возвращали в прошлое. Эти глаза выдавали их обладательницу, тщетно пытавшуюся скрыть, что она сидит на таком крючке, с какого не сорвешься. По тому, как нервно она сглатывала, как говорила, было видно, что встреча со мной выбила ее из колеи. Наконец я сообразила, что стоявшая передо мной малосимпатичная особа — та самая девчонка, которая из последних сил выкладывалась на уроке ритмической гимнастики. А через пару минут в памяти всплыло и ее имя. Кадзуэ Сато. Эта странная девица училась в одном классе с моей сестрой, и у нее с ней были какие-то дела. Ко мне она питала ненормальный интерес, буквально охотилась за мной.
— Ты ведь Кадзуэ Сато, да?
Кадзуэ грубо хлопнула меня ладонями по спине.
— Точно! Кадзуэ. Дошло наконец. Здесь моя территория. Ты у меня клиентов не отбивай.
— Территория? — удивленно повторила я за ней с горьким смешком.
— Я здесь мужиков снимаю.
В ее голосе звучала гордость. Кадзуэ — уличная проститутка?! Я была в легком шоке, не находила слов. Конечно же, я считала себя особенной. Втайне была уверена, что не такая, как все. С тех самых пор, как стала понимать, что к чему. От недостатка самомнения я не страдала.
— Почему ты?
— А почему ты? — немедленно парировала Кадзуэ.
Не зная, что ответить, я посмотрела на ее длинные волосы. Точно. Дешевый парик. Мужикам не нравится такой маскарад. Вряд ли кто-нибудь приличный клюнет на такую. Впрочем, на меня тоже. Клиенты проходили мимо — и без слов ясно, что я им не нравлюсь. Не то что в молодости — тогда на меня был большой спрос. Сейчас проституток строят из себя молодые, ничего не умеющие девчонки. А мы — что я, что Кадзуэ — почти ничего не стоим. Кадзуэ права: двадцать лет — и мы с ней одно и то
— Ну нет! Я не то что ты. Я днем работаю. А ты, наверное, только дрыхнешь и больше ничего.
Она достала что-то из кармана и сунула мне под нос. Это была карточка-удостоверение, выданная какой-то фирмой.
— Днем я порядочная женщина, — чуть сконфуженно призналась Кадзуэ. — Работаю в первоклассной компании, на ответственной должности. Тебе такая работа и не снилась.
«А что ж тогда блядуешь?» — чуть не сорвалось у меня с языка. Но я смолчала. Появилась еще одна причина, почему становятся проститутками. Только и всего. Какое мне до этого дело?
— Ты каждый вечер здесь?
— Только по выходным, когда в гостиницах полно народа. Хотела бы каждый день, но не получается. — Кадзуэ говорила об этом, как о чем-то самом обыденном, даже с какой-то радостью.
— Послушай, а можно, я здесь постою, когда тебя не бывает?
Мне хотелось свою территорию. Я, проститутка с пятнадцати лет, теперь не имела ни места работы, ни толкового сводника.
— Хочешь, чтобы я тебе разрешила?
— Можно?
— Только при одном условии.
Кадзуэ грубо схватила меня за руку тонкими щепками костлявых пальцев. Я почувствовала, как по рукам побежали мурашки.
— Установим сменное дежурство. Но ты должна одеваться как я. Ну как?
Я поняла, в чем дело. У проститутки, если она все время стоит на одном и том уже углу, заводятся постоянные клиенты. Но как я буду ее изображать, такую уродину? Меня аж передернуло от отвращения, но Кадзуэ не было никакого дела до моих эмоций. Она уже положила глаз на показавшихся в переулке двух типов.
— Эй парни! Может, зайдем куда-нибудь, чайку попьем.
Те поглядели на нас, оценивая каждую в отдельности, и заспешили прочь. Кадзуэ кинулась за ними, громко крича:
— Вы куда?! Двое на двое, а?! Недорого возьмем. Поменяться можно по ходу дела… Она полукровка, а я окончила университет Q.
— Ха-ха, как же! — рассмеялся один.
— Ну правда же! — Кадзуэ протянула ему свою карточку, однако он, даже не взглянув, грубо оттолкнул ее. Она еле устояла на ногах, но не отставала. — Погоди! Да погоди ты!
И все-таки сдалась. Обернувшись ко мне, расхохоталась. Мне еще не приходилось бегать за мужиками. Да, у Кадзуэ было чему поучиться.
По дороге домой я зашла в ночной супермаркет в Кабукитё и купила иссиня-черный парик, длинный, до пояса, как волосы Кадзуэ.
Я стою перед зеркалом в этом самом парике. Я так же накрасилась — густые синие тени, яркая красная помада. Ну что, похоже на Кадзуэ? Впрочем, это не важно. Кадзуэ стояла у той самой статуи Дзидзо, вырядившись как проститутка. Я замаскируюсь под нее и встану на то же место.