Громов
Шрифт:
Я обо всем Грачеву докладывал, писал докладные в правительство и президенту, формулировал свое видение, что там необходимо сделать. Основная идея заключалась в том, чтобы любыми законными способами убрать Дудаева из Чечни. Лучше всего взять его в Москву на какую-нибудь почетную должность. Будучи человеком болезненно тщеславным, он на это охотно пойдет. Не менее важная задача — вывезти из Чечни огромное количество оружия, пока оно не перехвачено и не повернуто против нас.
Грачеву мои опасения казались преувеличенными. Он в то время уже делал свои знаменитые заявления, которые так вдохновляли Ельцина,
Я пытался объяснить руководству, что положение становится опасным, предлагал, как избежать вооруженного противостояния в Чечне. Слушать меня никто не хотел, сомневаюсь, была ли прочитана хоть одна из моих аналитических записок.
В конечном счете приняли решение Грачева: урегулировать обстановку в Чечне силовым путем. Военная операция готовилась без моего участия, и потому ни в какие детали ее я не был посвящен.
Как известно, в ноябре «усмирители» въехали в Грозный на танках. Организовала этот совершенно авантюрный рейд так называемая «чеченская оппозиция», выступившая против самозваного дудаевского режима. Несчастных обманутых людей боевики Дудаева расстреляли на узких улицах города противотанковыми ракетами, украденными с наших же армейских складов.
В усмирительную экспедицию были навербованы только офицерские экипажи. Многие из дивизии, в которой я служил до отправки в Афганистан. Они мне звонили и все рассказывали. Подписывали с ними какие-то непонятные договоры. Никто, конечно, и не предполагал, что так получится. Грачев не сомневался, что жители Грозного просто оцепенеют от ужаса при виде въезжающих в город танков и ультиматум «оппозиции» будет тут же полностью выполнен.
Напугали! С первого захода подарили Дудаеву и всем сепаратистским силам такой бесценный подарок, как разгром карательной экспедиции. Разрозненные группы боевиков, наспех вооруженные Дудаевым, в этот день превратились в сплоченную, уверенную в себе силу, и мы получили многолетнюю войну, которой вполне можно было избежать.
Никто за это преступление не ответил. Грачеву даже хватило совести делать свои косноязычные заявления о том, что «восемнадцатилетние юноши умирали за Россию с улыбкой».
Тогда я с Грачевым уже не общался, хотя и продолжал числиться заместителем министра обороны. Он был совершенно подавлен Ельциным и не имел собственной воли.
Тут еще произошло безобразное убийство Холодова!
Я этого молодого журналиста знал, и мне хотелось лично с ним поговорить о том, что про армию нужно писать все-таки взвешенно. Нельзя огульно поливать грязью всех подряд.
Меня потрясла гибель этого паренька, которому предстояло еще жить и жить и, надеюсь, многое понять. Поэтому я поехал на его похороны, о чем сразу же доложили Грачеву. Он, конечно, был этим до крайности возмущен.
Ну а когда ввели войска в Чечню, я больше не мог молчать и счел необходимым заявить свое мнение не где-то в коридоре или курилке, а на всю страну. Я собрал пресс-конференцию и сказал, что считаю это решение серьезнейшей политической ошибкой.
Вторая встреча с журналистами произошла после Нового года. Я говорил практически то же самое, но уже подготовившись, со всеми необходимыми доводами и примерами из времен Афганской войны. Смысл выступления был в том,
Тут уж Ельцину и Грачеву пришлось мне отвечать. Ответили они обычным для себя способом. Попытались тут же выбросить меня из Министерства обороны.
Из интервью Б. Громова:
— Кому нужна война? Тем, кого, точно шакалов на падаль, тянет на запах нефти и крови. Тем, кто продает и перепродает оружие. Кто сеет ненависть. Кто использует конфликты между народами в качестве инструмента в борьбе за рынки и передел собственности, за деньги и власть. Многие из этих шакалов все еще наверху и убеждены, что сумели обмануть всех.
Только слепой или ослепленный корыстью не видит истинных причин этой войны и ее величайшей опасности.
Назову только три фактора чрезмерного и ничем не оправданного риска.
Первое: постоянный и совершенно неконтролируемый риск невосполнимых людских потерь. Главная и самая неотложная задача — свести к минимуму потери среди мирнога населения, а также наших солдат и офицеров.
Второе: огромный риск перерастания конфликта сначала в межэтническую, а затем в беспощадную и нескончаемую межрелигиозную войну.
Третье: риск глобализации конфликта, вовлечения в него сверхдержав, рассматривающих Евразию как шахматную доску, где они игроки, а все остальные народы всего лишь пешки. Эта политика прямо угрожает войной и уже не региональной, как планируют «шахматисты», а новой — третьей мировой, после которой мало кто останется живым, но живые позавидуют мертвым.
Этих опасностей можно избежать только в том случае, если естественное стремление народов России к миру соединится с желанием и волей политического и военного руководства, а это возможно только в том случае, если у власти окажутся люди, способные вести дела честно.
Те, кто наживается на Чеченской войне, рискуют только прибылью. Все остальные — то есть народы России — жизнями своих детей.
Сейчас многие пытаются обвинить во всех бедах армию и ее якобы бездарных генералов. Это значит — валить с больной головы на здоровую. В Советской, а ныне Российской армии никогда не было недостатка в талантливых военачальниках, но даже самые замечательные генералы могут делать что-то полезное только в том случае, если во главе страны стоят честные люди. Не сомневаюсь, что в конце концов эти люди появятся и прекратят братоубийственную бойню. Тогда придет время судить кровавых дельцов — предателей и провокаторов, породивших эту проклятую войну. Верю, что это время наступит еще при нашей жизни.
— Не хочется говорить о Чечне, да куда от нее денешься, — вспоминает В. С. Кот. — Сколько уже лет прошло, а там по-прежнему несколько человек командуют: кто в лес, кто по дрова. Три зама у командующего — и никто никого не слушает. Три зама — и никого не вводят полностью в курс дела. Это вообще парадокс.
Помню, в самом начале приехали туда девятнадцать генерал-полковников, включая и зама Грачева Митюхина. Предполагалось, что он возглавит эту Чеченскую кампанию. Но он отказался.
Никакой директивы Министерства обороны, постановления Верховного Совета РФ о начале боевых действий нет. Значит, применение вооруженных сил неправомерно. Оно просто незаконно!