Гример
Шрифт:
– Сколько вы хотите? – шумно выдохнул вдовец; глаза его возбужденно бегали, он все еще не верил.
– Восемьдесят тысяч долларов, – проговорил Рамирес, словно речь шла о какой-то мелочи.
– У меня столько нет.
– Не надо меня обманывать… Хотя я не навязываюсь. Нет так нет. Выбор за вами. Извините, что побеспокоили. Идем, сестра, – Рамирес поднялся и протянул руку Инесс.
– Погодите, – вырвалось у вдовца. – Я найду деньги.
– Я знал, что вы согласитесь. И у вас еще останется на то, чтобы уехать с женой в другой город, где никто не будет знать, кто она такая. Вам повезло, я не каждому берусь помогать.
– Доказательства… – выдавил из себя вдовец, расчетливый бизнесмен в нем еще брал верх.
– Я предвидел этот вопрос…
Рамирес резко переломил
– Что с ней? – испуганно спросил вдовец.
– Она мертва, – прозвучал голос Рамиреса. – Не бойтесь, потрогайте пульс, проверьте дыхание. Никаких признаков жизни.
Послышалось шуршание, вздохи, затем воцарилось молчание. Наконец его прервал Рамирес:
– Сомнений не осталось?
– Вы убили ее?
– О чем вы говорите? Вы сами видели, что я к ней даже не прикасался. Все дело в восковой кукле. Смотрите, у нее на голове прядь волос этой мертвой девушки. Теперь стоит соединить, сплавить разломанные половинки, и я оживлю ее. Инесс, теперь ты слышишь меня? Вот и хорошо. Поднимайся.
Мобильник так и остался лежать на ковре. Судя по звукам, Рамирес и вдовец переговаривались в коридоре, но о чем точно, я не мог разобрать. Затем на экране вновь появился свет. Проплыли стены лестничной площадки, зафиксировалась кабинка лифта. Рамирес и Инесс сидели в машине.
– Ты последняя скотина, – произнесла девушка.
И тут Рамирес вновь перешел на испанский язык. Я уже не мог понимать сказанного дословно, но общий смысл улавливал. Инесс отказывалась еще раз помочь брату, а тот пугал ее последствиями. Он, несомненно, имел над ней скрытую от посторонних глаз власть, страшную и абсолютную. Скорее всего – восковую куклу, двойника Инесс, через которую и навязывал ей свою волю, мог убить, а мог и оживить. Мобильник исчез в кармане Инесс и был выключен.
Пульсировала, мигала флешка-крестик в моем компьютере. И тут страшная мысль пришла мне в голову. Вспомнились подземелья часовни, деревянная шкатулка с бруском воска… Его могло хватить на десяток таких кукол. Рамирес мог их сделать, добавить обманом добытые волосы жертв, лоскутки одежды, все то, что обеспечивало связь с живыми. Магия Вуду – страшная сила, если верить тем, кто ее изучает. Живому можно навязать свою волю, мертвеца оживить, превратив его в послушное орудие. И мне тут же вспомнился молчаливый «спортсмен» рядом с Рамиресом. Слово «зомби» как нельзя полнее характеризовало его.
Значит, и Инесс – зомби? Все похолодело внутри меня. Тут же вспомнился и ее безумный ночной взгляд, и крики, и рычание, и браслет наручников, сдирающий краску с трубы парового отопления. Вот же они, его следы, оставшиеся в моей квартире на память! Я провел пальцем по сколам краски. А затем вновь обратился к компьютеру. На этот раз поиски были быстрыми. Ведь у меня уже были ключевые слова: «Вуду», «зомби». Поисковик и на этот раз вывалил кучу ссылок. Мой взгляд бежал по ним. Даже из фрагментарных кусков предложений в строчках-анонсах сайтов уже складывалась невеселая картина. Кое-что я знал и до этого, о чем-то догадывался, что-то было для меня новостью. Оказалось, что Вуду – это религия, смесь католицизма и африканской магии, ее практикуют в странах Карибского бассейна, на Филиппинах и в Латинской Америке. Только открытых приверженцев этого мракобесия в мире насчитывается более пятидесяти миллионов человек, не говоря уже о тех, кто практикует ее тайно или просто верит в нее. И даже кубинский режим не сумел покончить с ней за все время своего правления.
Я не стал обращать внимания на сайты, созданные теми, кто считал себя магами от Вуду. Обычно подобные ресурсы населяют полусумасшедшие пользователи, возомнившие себя сверхлюдьми. Этих сайтов хватало даже в русскоязычном сегменте Всемирной паутины.
– Википедия – вот это серьезно. Это почти научно, тут уж я узнаю правду, – решил я и кликнул по ссылке.
Худшие опасения только подтверждались. Я читал:
«Кукла Вуду используется в колдовстве. В результате специального обряда
Я оторвал взгляд от монитора, глянул в окно. За ним горели огоньки. И среди людей, населявших город, наверняка были те, кто уже стал жертвами. Где-то в потаенных уголках, в земле хранились их уменьшенные восковые подобия. Что-то вроде пульта дистанционного управления. Человек еще мог ничего не знать о его существовании, но маг уже держал свой палец на этом пульте и в любой момент мог нажать «кнопку».
Небольшую надежду оставляло замечание, вставленное автором статьи:
«От зла спасают очистительные жертвоприношения и «талисманы».
И все, о спасении – больше ни слова. А что такое очистительные жертвоприношения? Это зарезать черного петуха на перекрестке трех дорог в полночь или убить невинного младенца? Так как спастись от этой магии?Дальнейшее чтение статьи дало мне лишь общие сведения о ритуалах, но зато просветило насчет черного петуха. Правда, я так и не понял, кому поможет то, что ему отрежут голову:
«Музыка и танцы – ключевая часть ритуалов Вуду. Для церемоний выбирают обычное жилище или храм, святилище. Основные атрибуты: столб и черные свечи… – Мне тут же вспомнился смолистый столб в часовне на заброшенном кладбище. – Барабанщик, выстукивая четкий ритм, возвещает об открытии церемонии. После чего поется песня-прошение: «…отвори ворота, отвори ворота и дай мне пройти». Танцуя вокруг столба-шеста, колдун вместе со своими помощниками струйкой воды из кувшина создает магический круг, посыпает пол мукой и чертит символы. Затем обязательна пляска под звук барабанов: женщины в белых платьях, а мужчины в костюмах.
Когда публика разогрелась, запускают петуха, которому отрубают голову. После этого участники церемонии впадают в транс. Жертву подвешивают за ноги вниз головой и вспарывают живот ритуальным кинжалом. Ярые приверженцы этой религии снимают кожу со своих жертв».
Ну все. Описание для энциклопедии, слишком красочное, особенно если вплотную столкнулся с магией, побывал в их осином гнезде, населенном кровожадными летучими мышами. Мужчины в костюмах и женщины в светлых платьях вполне укладывались в рассказ дачного сторожа Михаила, когда он живописал мне о «сатанистах, которые на крутых тачках к кладбищу приезжают».
Правда, конец статьи был исполнен во вполне будничном тоне, он немного умиротворял фантазию:
«В настоящее время слово «зомби» нередко употребляется в значении человека, который под внешним воздействием теряет способность самостоятельно мыслить и действовать. Все чаще говорят о зомбировании с использованием современных методов: социального программирования, рекламы, формирования общественного мнения, религиозного, патриотического, националистического и прочего воспитания, различных психотехник. Например, нейролингвистическое программирование, шиноз». Как любят говорить журналисты: «конец цитаты». Да, ужастиков и страшилок в нашем мире хватает. Народ даже любит, когда в газетах ему щекочут нервы подобным. Но это был не мой случай. Слово «вуду» уже перестало быть для меня пустым звуком, оно наполнилось смыслом. Я представлял себе не абстрактные фигуры в экзотических странах, а людей, с которыми уже столкнулся в жизни. Я смотрел в окно. За ним виднелась россыпь огней.