Грифон
Шрифт:
— Ясно. Летим. Курс на дом Семецкого! Кстати, там никаких подлянок, вроде сторожевых камер и всякого такого прочего, не поставили? Или засаду?
— Никаких засад. Уж я-то знаю, все-таки замначальника уголовного розыска отдела. Это входит в мои служебные обязанности — заниматься вот такими делами.
Я кивнул головой и поднялся в воздух, определяясь с направлением. Потом, по широкой дуге обходя разбушевавшийся вулкан, потянул в сторону побережья, увеличивая скорость. Мои спутники летели за мной, и все это напоминало клин журавлей, летящих на юг.
Лететь следовало, огибая то место, где нас предположительно могла ждать засада —
Из-за соображений безопасности наша скорость снизилась, так что в город мы попали только через час, притом сильно продрогшие, буквально заледеневшие на холодном встречном ветру. Благо, что в самом городе царила дикая жара, сорокаградусная, потовыжимательная и жаждовызывательная. Раньше я ненавидел эту жару, а теперь окунулся в нее, как в горячую ванну, с наслаждением и благодарностью.
Первое, с чего я решил начать нашу деятельность по возвращении в город, это узнать, кто все-таки убил нумизмата Юрия Семецкого. Как оказалось, Семецкий — это был не тот старичок-нумизмат, который нас ждал в своем доме, а приезжий олигарх-нумизмат, хозяин крупного интернет-аукциона, желавший заработать на выгодной сделке. И вместо сделки получивший заряд картечи в живот. Не помогли и телохранители, увы. Как пояснил опер Сергей, взятый нами в полон, дело получило невероятную огласку — этот самый Семецкий был широко известен не только в нумизматических кругах страны, он еще являлся одним из крупных промышленников, связанных со сталелитейной промышленностью. Смерть такого человека уронила на несколько пунктов стоимость акций корпорации, которую он возглавлял и которую создавал практически с нуля. Как такой человек попался убийце — уму непостижимо. Умнейший, осторожный и хитрый человек — и вот он труп.
Мы приземлились поодаль от дома нумизмата, на краю рощи магнолий. Отсюда был виден вход в дом, возле которого через дорогу стоял пресловутый ларек, хранитель наших сокровищ.
Первое, что бросилось в глаза, — автокран и здоровенный автомобиль с трейлером. Рабочий как раз в эту секунду пристраивал тросы автокрана к ларьку, зацепляя его за специально приваренные по углам проушины. Скорее всего собирались вывезти эту штуковину на металлолом, «чтобы не портила своим видом лицо города» — так обычно власть формулирует распоряжения о сносе чего-либо.
У меня екнуло в сердце, и я, приказав Сергею бежать за собой следом, кинулся к ларьку, чтобы подоспеть как раз к тому моменту, когда крановщик бибикнул, отгоняя рабочего от ларька, и положил руку на рычаги.
— Останови его! Останови, быстро! — истошно завопил я, справедливо полагая, что сейчас придется с боем отбивать наше сокровище у зацепистых рабочих. — Добром они его точно не отдадут.
Сергей подбежал к автокрану, стукнул кулаком по желтой металлической дверце кабины «Комацу» и показал удостоверение:
— Стой! Прекратить работу! Уголовный розыск!
Крановщик отпустил рычаги, канаты ослабли, а я кинулся к ларьку и сунул руку под его основание. Ффуххх! Отлегло от души. Сумка
Аккуратно вытянув тяжеленный пакет, отошел в сторону и махнул оперу:
— Можно! Пусть продолжают!
Сергей кивнул крановщику, и недоумевающий водитель, помедлив, снова занялся подъемом нашего железного «сейфа».
Честно сказать — у меня просто кровь бросилась в голову. Еще бы несколько минут… ищи-свищи тогда наше сокровище. Если бы чуть промедлили, если бы еще с полчаса просидели на горе…
— Это чего у тебя там такое? — настороженно спросил Сергей. — Улики? Доказательства того, что это вы убили нумизматов?
— Не тупи! — возмутился я. — Тебе же сказали мы не убивали ни Семецкого, ни старика-нумизмата! Золото здесь. То золото, из-за которого мы и собирались встречаться с Семецким. На тридцать миллионов долларов.
— Ни хрена себе! — Опер вытаращил глаза, и закашлялся. — Тридцать миллионов?! И они валялись под ларьком, как мышиное дерьмо?! Да охренеть! А как оно там, золото, оказалось? И вообще — что за золото такое?
Я, как мог, рассказал оперативнику, что это за золото, опустив подробности о том, что нашли мы его с помощью призрака. Ну зачем ему такие подробности? Моя версия гласила так: мы успешные кладоискатели, случайно нашли огромный, очень ценный клад, решили его продать через старого нумизмата. Тот вызвал Семецкого для совершения сделки, а чем она завершилась, так и не начавшись, уже известно. И описал, какие монеты пропали — они должны быть у того, кто всех убил. Оперативник недоверчиво слушал мои объяснения, а потом заявил, что точно знает о том, что я вешаю ему лапшу на уши и что-то недоговариваю. Но это мое дело. Факт есть факт — золото и убийство, с ним связанное.
— Так как ты собрался узнать, кто убил всех этих людей? — задумчиво спросил Сергей, усаживаясь на скамейку под магнолией и пожевывая сорванный с дерева лист.
— Мы можем как-то попасть в дом нумизмата?
— Вряд ли. Если только через забор махать, но это сразу заметят соседи и донесут куда надо. Они предупреждены. Можно, конечно, отправиться в УВД, взять у следователя ключи, придумав стройную версию — чего я собираюсь найти в этом доме, того, что они не сумели найти. Взять понятых, оформить протокол осмотра — все как положено. Вот только не вызовет ли это закономерного интереса — зачем? Тем более что я по сводкам прохожу как захваченный террористами. Кстати сказать — не пора ли сообщить, что я каким-то чудом вырвался из лап отвратительных террористов и героически пробрался в город, терпя лишения и голод? Начальство меня не раз уже вызывало по магзеркалу, ты же видел. И насчет голода — жрать хочется, как из ружья! Не пора ли нам отправиться куда-нибудь в кафешку и нормально попитаться?
— Попитаемся, попитаемся… как только узнаем, кто преступник, — рассеянно ответил я, готовясь к важному делу. — Держи вот наше золотишко и последи за тем, чтобы меня никто не отвлекал. Я буду творить заклинание, и, кстати, очень нехорошее. Поэтому меня не трогайте. Если я ошибусь — вместо душ умерших к нам могут прорваться демоны, и тогда нам мало не покажется.
— Некромант? — Сергей с любопытством и легким опасением посмотрел на мои манипуляции. — Никогда не имел дела с некромантами. Нет — вру, как-то поймали трех некромантов, они пакости всякие творили на кладбище — выкапывали трупы, совершали мерзкие обряды. Я как узнал, что они делали с одной умершей бабой, на девок смотреть не мог с неделю!