Грешник

Леоне Лаура

— Когда я вернусь, — сказал он, — я помогу тебе подготовиться к твоей вечеринке. — Он пожал плечами. — Перетащить мебель или донести продукты вверх по лестнице. Без разницы. Договорились?

— Хорошо.

— Э-э... Mейси вырвало сегодня. Но я думаю, это только потому, что он съел мои носки. Это, вероятно, не повторится.

— Отлично.

Он никак не мог уйти, и она не могла отвести взгляд. Мириам была права, когда говорила, что эти двое не могли распрощаться менее чем за полчаса.

Она хотела его поцеловать, обнять его, прикоснуться к нему... Но это было

не разумно. А, учитывая, что она знала, что он собирается делать завтра, она также хотела ударить его, накричать на него, расплакаться.

— Сара, я сожалею...

— Не надо, — сказала она. — Не говори мне этого.

Он опустил голову. Через некоторое время он сказал:

— Увидимся, когда вернусь.

А до этого он будет... Сара сжала кулаки, и ее костяшки начали пульсировать.

Не думай о том, что он будет делать до этого. Просто не думай.

Но воображение писателя — сильная вещь, и Сара обнаружила, что она не могла просто «выключить» его по собственному желанию.

Глава 12

В девять часов в субботу вечером в маленькой квартире Сары было настолько многолюдно, что последние прибывшие на вечеринку в честь ее новоселья не могли даже войти в квартиру. Таким образом, они начали тусоваться в коридоре, но их настроение ни сколько не уменьшилось от этого.

 Райан решил, что они с Сарой должны обсудить размещение этой всей веселой компании более разумно и комфортно. Поэтому он стал искать ее в смеющейся толпе друзей и родственников, которые пили, разговаривали, жестикулировали, искали ванную и гадали, что значат настенные росписи Ланса.

 — Я думаю, что автор пытался сказать, что ненавидит Сару!

 — Я думаю, что он пытается вдохновить Сару на написание ужасов.

 — Это напоминает мне о деревенском искусстве.

 — Какого черта, деревенское искусство?

 — Действительно ли ты уверен, что Сара не нарисовала это сама и просто пытается перекинуть вину на кого-то другого?

 Ланс был приглашен на вечеринку, но его еще не было. Когда он придет, Райан предчувствовал, что друзья Сары будут в восторге от ее чудаковатого арендодателя с огромными глазами.

 Райан проверил бар, чтобы посмотреть, не нужно ли пополнить запасы. Быстро осмотрев бар, он убедился, что в этом не будет необходимости еще очень и очень долго. Так как многие гости принесли вино, к концу ночи у Сары будет стоять батарея бутылок.

 Рядом с ним худощавый молодой человек в очках и консервативной

одежде разговаривал с рыжеволосой женщиной.

— Подождите! Как они могли заплатить ему за переписывание сценария, который еще не был написан? Там не было ничего, что нужно было бы переписать!

 — Вот видишь? Послушай, что я говорю, — сказала рыжеволосая женщина.
– Мы должны ехать в Голливуд. Это воровство!

 Толстый мужчина средних лет в очках с длинными волосами, бородой и в странной шляпе фыркнул.

— Вы считаете, что это как проституция.

 Райан с любопытством посмотрел на него.

— Хорошо, это хороший сценарий, я признаю, — сказал молодой человек. — Тем не менее, очевидно, что в Голливуде на писателей еще больше насрать, чем в Нью-Йорке.

 Райан протиснулся мимо трех мужчин и светловолосой женщины, поглощенных страстной дискуссией о компьютерах Macintosh, а затем прошел мимо нескольких людей, которых Сара представила ему, как старых друзей по колледжу. Потом он увидел Сару.

 Она выглядела замечательно. Ее волосы были уложены наверху, тонкие темные локоны обрамляли ее лицо со светлой кожей. Ее длинные серьги изящно качались с каждым поворотом ее головы. Она надела простой, но экзотический наряд с крошечными золотыми нитями, разбросанными по всей ткани, на свету они блестели каждый раз, когда она двигалась. Она была явно чрезвычайно довольна собой, общаясь с людьми. Она уже достаточно обжилась в своей квартире, чтобы сделать перерыв в своей работе и приветствовать их всех в ее доме. Ее лицо было очаровательным, глаза блестели, и она много смеялась.

 Она была счастлива. А Райан не видел, чтобы она выглядела счастливой в последнее время. Это заставило его чувствовать себя виноватым. Какого черта он пытается быть с ней? Что может приглушить ту боль, которую он причинял ей?

 Царапины на спине, которые он получил во время своего пребывания на острове, казалось, начали жечь. Если бы Сара знала все, захотела бы она видеть его в своем доме, не говоря уже о своей постели?

 А она действительно была на грани того, чтобы пригласить его в свою постель. Он мог видеть это в ее глазах, в языке ее тела, в мыслях, которые отражались на ее лице, когда она молчала. Она тянулась к нему. Райан знал, что если ее чуть-чуть подтолкнуть, то она впустит его в свою кровать, в свои объятия, в себя, и он сможет получить от нее все ее тепло.

 Это было заманчиво. Так заманчиво. Но царапины на его спине напомнили ему, что он не заслуживает того, чтобы прикоснуться к ней. Он должен оставить ее в покое.

 Он знал это. Тем не менее, несмотря на то, что сегодня они были окружены людьми, и ничего не могло произойти, когда он подошел сзади Сары, то положил руки ей на талию и ласково сжал. Он знал, что он не должен был, но он ничего не мог поделать с собой.

 Она замолчала на середине разговора с прабабушкой Минни крошечной, ожесточенной и очень старой леди, с которой Райан уже встречался и нашел ее пугающей, Сара улыбнулась ему через плечо.