Грешница
Шрифт:
— И какая же?
— Моя бывшая жена живет здесь. Я хотел повидать ее.
— Но вы ведь не общались с ней… сколько? Почти три года.
— Думаю, она уже все вам рассказала. Зачем тогда вы спрашиваете меня?
— Вам вдруг так отчаянно захотелось повидать ее, что вы летите через всю страну, даже не зная, примет ли она вас?
— Иногда любовь заставляет нас рисковать. Это вопрос веры. Веры в то, что нельзя увидеть и пощупать. Просто нужно взять препятствие. — Он посмотрел в глаза
Риццоли почувствовала, что краснеет, и замешкалась с ответом. Виктор перевернул вопрос с ног на голову, так что у нее возникло ощущение, будто это ее допрашивают. Любовь заставляет рисковать.
— Да, ваша бывшая жена очень симпатичная дама, — вмешался Кроу. Тон его был каким-то непринужденным, а вовсе не враждебным, словно они, двое мужчин, теперь объединились против Риццоли. — Я понимаю, почему вы проделали такой долгий путь. Так удалось вам навести мосты?
— У нас все стало налаживаться.
— Да, я слышал, что вы жили у нее последние несколько дней. Похоже на успех.
— Почему бы вам, в конце концов, не сказать правду? — прервала их диалог Риццоли.
— Правду? — удивился Виктор.
— Истинную причину вашего приезда в Бостон.
— Просто скажите, какого ответа вы от меня добиваетесь, и я с радостью дам его. Это сэкономит нам кучу времени.
Риццоли выложила на стол папку.
— Взгляните на это.
Виктор открыл ее и увидел все тот же набор фотографий из разрушенной деревни.
— Я это уже видел, — сказал он и захлопнул папку. — Маура мне показывала.
— Вас, кажется, это не слишком заинтересовало.
— Не слишком приятное зрелище.
— Оно и не должно быть приятным. Посмотрите еще раз. — Риццоли открыла папку, выудила один из снимков и швырнула его на стол. — Например, эту.
Виктор взглянул на Кроу, словно искал союзника перед лицом этой неприятной женщины, но Кроу просто пожал плечами, словно говоря: «Что я могу сделать?».
— Взгляните на фото, доктор Бэнкс, — сказала Риццоли.
— И что я должен сказать по этому поводу?
— В этой деревне была клиника «Одной Земли».
— И что в этом удивительного? Мы работаем там, где в нас нуждаются. И это значит, что иногда мы оказываемся в некомфортных или даже опасных условиях. — Он по-прежнему отводил взгляд в сторону, избегая смотреть на жуткую фотографию. — Это цена, которую мы платим как миссионеры. Мы рискуем так же, как и наши пациенты.
— Что случилось в той деревне?
— Думаю, все и так понятно.
— Посмотрите на фото.
— Я уверен, все отражено в полицейском отчете.
— Посмотрите на эту проклятую фотографию! Скажите мне, что вы видите.
Наконец взгляд Виктора сосредоточился на фотографии. Через мгновение
— Сгоревшие тела, сваленные на пороге клиники.
— И как умерли эти люди?
— Мне сказали, что там была резня.
— Вы это точно знаете?
Виктор в упор посмотрел на Риццоли.
— Меня там не было, детектив. Я был дома, в Сан-Франциско, когда мне позвонили из Индии. Так что вы вряд ли можете рассчитывать на подробности с моей стороны.
— Откуда вам известно, что там было массовое убийство?
— Мы получили отчет из полиции штата Андхра-Прадеш. Это было нападение либо на политической, либо на религиозной почве, и свидетелей не оказалось, поскольку деревня относительно изолирована. Люди стараются не контактировать с прокаженными.
— И все-таки они сожгли трупы. Вы не находите это странным?
— Что здесь странного?
— Прежде чем поджечь тела, их свалили в большие кучи. Вы сами сказали: вряд ли кому захочется прикасаться к прокаженным. Так зачем нападавшие стали собирать тела?
— Это эффективнее. Сжигать их группами.
— Эффективнее?
— Я пытаюсь рассуждать логически.
— А какая логика в сожжении трупов?
— Ярость. Вандализм. Я не знаю.
— Зачем таскать трупы, тратить на них столько бензина, сооружать погребальные костры? Их ведь могли в любой момент застукать.
— К чему вы клоните?
— К тому, что тела необходимо было сжечь. Чтобы уничтожить доказательства.
— Доказательства чего? Ясно же, что там была резня. Никаким огнем этого не скроешь.
— Огонь мог скрыть тот факт, что никакой резни не было.
Она не удивилась, когда Виктор отвел взгляд в сторону. Теперь ему совсем не хотелось смотреть на Риццоли.
— Я не понимаю, почему вы задаете мне все эти вопросы, — сказал он. — Почему вы не доверяете отчету полиции?
— Потому что они либо ошиблись, либо получили взятку.
— Вы это знаете наверняка?
Она ткнула пальцем в фотографию.
— Посмотрите еще раз, доктор Бэнкс.
— Я бы предпочел не смотреть.
— Сожжены не только человеческие тела. Козы и куры тоже были убиты и сожжены. Как нерационально — уничтожать столько ценного питательного мяса. Зачем было убивать коз и кур, а потом сжигать их?
Виктор саркастически рассмеялся.
— А вдруг у них тоже была проказа? Я не знаю!
— Но что тогда случилось с птицами?
Виктор покачал головой.
— Что?
Риццоли указала на рифленую крышу клиники.
— Готова поспорить, вы даже не заметили этого. А доктор Айлз заметила. Эти темные пятна на крыше. На первый взгляд, опавшие листья. Но разве это не странно — листья, а деревьев нет?