Грех
Шрифт:
Красивый и беспощадный. Холодный, как айсберг.
Впервые ей стало интересно, что таится за ледяной маской его лица. И есть ли там вообще хоть что-то…
– Что такое? – его брови иронично приподнялись, а красиво вырезанные губы искривились. – Я забыл побриться?
– Н-нет, – пролепетала она.
– Так что ты имела в виду своим странным вопросом? Это я должен спрашивать у тебя, что именно случилось. Он развел руками. – Все-таки это ты у нас в курсе событий, а не я.
– А ты что тут делаешь? – спросила она, усаживаясь поудобнее. Все тело болело, ломило, перевязанные раны ныли. Да еще и в голове
– Я узнал обо всем от полиции. Меня любезно допросили, – хмыкнул он. – Интересовались, где именно я провел вечер после работы. Да… боюсь даже представить, о чем бы они подумали, если б я не провел его с одной очаровательной блондинкой в шикарном ночном клубе. На глазах множества людей… Кстати, а у тебя лично есть алиби?
– Ты серьезно? – Рита уставилась на него в шоке. – И ты тоже думаешь, что я могла бы убить мать и лучшую подругу из-за сенсации?! Плюс множество невинных людей?!
Он пожал плечами:
– Я не знаю. Я не слишком хорошо с тобой знаком, чтобы судить. И вообще, сейчас там работают эксперты.
– Это был взрыв, да? – задала она давно мучивший ее вопрос. Хотя на самом деле даже этот вопрос был всего лишь возможностью заглушить другие волновавшие ее вопросы. Например, выжила ли ее мать и Трэйси. На остальных ей было глубоко наплевать. Она их совершенно не знала. А собственный опыт в журналистике показал, что у каждого взрослого человека в жизни было достаточно отвратительных поступков… Из-за которых каждый из них возможно и заслуживал смерти. Невинными были только дети, но, насколько Рита знала, тем вечером детей в конференц-зале не было.
А значит… абсолютно невиновных тоже.
– Взрыв? – мужчина нахмурился. – Говорят, что нет. Это само здание, понимаешь ли. Полночи эксперты рассматривали план дома, брали пробы бетона и так далее. В общем, оказалось, что владелец напортачил с планом, выгнав строителей, которые первоначально должны были строить здание по плану, так как захотел заплатить дешевле. В общем, это бетонное строение держалось на несущих колонах. Их сделали не так, как следовало, чтобы сэкономить. А еще совсем недавно на пятнадцатом этаже решили построить сразу три ресторана: французский, китайский и итальянский. И что-то там опять напортачили, – он покачал головой. – Я не слишком в этом понимаю, если честно. В общем, по плану нельзя было вносить изменения в первоначальный проект и утяжелять здание. В общем, на некоторых этажах уже давно появились трещины… Но должного внимания на них не обратили. Несколько основных несущих колон были в аварийном состоянии. Кстати, их собирались основательно ремонтировать или даже заменять через два дня. Не успели, – он развел руками.
– Не взрыв? – Рита никак не могла осознать случившееся. – Значит, это не была диверсия?
– Эксперты почти уверены, что это была… трагическая случайность, – произнес он.
– Ужасно! – она стиснула одеяло.
– Почему ужасно? Из-за того, что из трагедии не получилось сенсации? – с яростью, мелькнувшей в синих глазах, спросил он. На какой-то момент ей почудилось, что он вопьется ей в горло, возможно, даже зубами, и растерзает, как дикий зверь свою добычу.
Он резким жестом наклонился и сжал ее подбородок, приподняв, так, чтобы их взгляды встретились:
– Такие сучки, как ты, готовы
Ей показалось, что он сейчас просто сломает ей кости.
Слезы покатились по ее щекам:
– Нет… никогда. Моя мама… Там моя мама, ты понимаешь?!
Она ударила его по руке: – Надеюсь, что она умерла быстро и не страдала. Когда я закрываю глаза, то мне снится, что она еще жива. И кричит под землей, под тоннами обрушившегося здания. И не может выбраться. Даже пошевельнуться. Заживо похороненная.
Мужчина медленно разжал пальцы, выпуская ее подбородок.
Рита вскользь подумала, что наверняка останутся синяки. Но ей это было безразлично.
Он убрал руку.
– Что ж, на этот раз я, возможно, ошибся, – негромко проговорил он, обращаясь сам к себе. Затем внимательно глянул на женщину. – У тебя с матерью были настолько хорошие отношения, что ты так о ней скорбишь?
Этот вопрос «в лоб» заставил Риту на какое-то время потерять дар речи. Она просто не знала, что ему ответить.
– А что, разве с матерью обязательно должны быть идеальными отношения, чтобы… скорбеть о ней?
– Значит, отношения у вас были отвратительными, – задумчиво проговорил он.
– Ну, во-первых, тебя это никак не касается, – разозлилась Рита, постепенно выходя из ступора.
– Возможно, не касается, а возможно, что и касается, – туманно заявил он. – По крайней мере, мне это интересно.
– Беспокойся лучше о своей матери! – сердито заявила Рита. Увидев его взгляд, она заткнулась, едва не подавившись собственными словами.
Ей почудилось, что перед ней стоит какой-то монстр, вроде Ганнибала Лектора. Но, увы, совершенно настоящий.
Не отделенный от нее экраном.
– Я и беспокоюсь, – угрожающе произнес он. Затем криво усмехнулся.
– Мучают угрызения совести, что ты чего-то там не досказала матери, не сказала, что ты ее любишь – бла-бла-бла? Заезженная тема для журналистки, не так ли?
– На этот раз это касается меня! – воскликнула Рита.
– И это все меняет, не так ли? – он сверлил ее внимательным взглядом. – Одно дело – поливать грязью других, не думая о последствиях, а другое – когда это же происходит с тобой. А когда дело касается жизненных трагедий… все люди становятся эгоистами… Знаешь, я буду молиться, чтобы твоя мама была жива.
Рита недоуменно уставилась на него, не в силах определиться, кто из них сошел с ума. Возможно, они оба?
– Да, я вообще-то к тебе по делу, – спохватился он, ударив себя ладонью по лбу. – Чуть не забыл. Мы же переезжаем в новый офис!
– Мы? – недоуменно протянула она. – Кто это – мы? Что, еще кто-то остался? – невесело усмехнулась она.
– Остался я, ты, этот, как его… Фрэд, Линда, кстати, тоже осталась. Она бы и рада уйти, но у нее тоже контракт. Хотя ее женишок уже звонил мне и сообщал, что выплатит мне любую неустойку. На что я ему резонно ответил, что меня в данный момент интересуют сотрудники, а не деньги. В общем-то, мы потеряли одну только Трэйси. Невелика потеря, как мне кажется, – он пренебрежительно скривился. – Таких цыпочек везде полно.