Грася
Шрифт:
Не желая пока возвращаться домой, она направилась побродить по красивейшим уголкам сада. Народу было немного, и вскоре она затерялась среди диковинных деревьев. Пели птички, вокруг никого не наблюдалось, и Грася решила пробраться к той части парка, которая охраняется королевскими энтами. Правда, говорят, после смерти королевы большая часть из них заснула, но все равно стало интересно проверить: выпроводит её дерево, держа веточкой за руку, в общедоступную часть сада или нет?
Девушка пролезла сквозь заградительный кустарник, покружила вокруг стройных стволов, но никто её не гнал и не спешил штрафовать.
— Даже здесь неудача! Ну что за день… —
Грася вздохнула. Свидетелей её разговора не было, и она продолжила жаловаться:
— У меня от него всё в сердце замирает или, наоборот, раздувается… Это так здорово и кошмарно одновременно. Я ведь бегала за ним как бездомный дракончик, а потом… потом вроде успокоилась, да и в театре ужасные дела твориться начали, люди стали гибнуть. Эта лэра, — Грася зашептала, — его жена, сущая змея! Она очень хитрая, ей достаточно было посмотреть, чтоб Дайко спрыгнул с крыши, а красавчик Яблоков ножом зарезался, Нинель… — вздохнула. — А дети остались без родителей. И, ты понимаешь, везде она! Это невероятно! Непонятно, чем ей помешали актёры, но она виделась перед гибелью с каждым из них!… А он меня выставил вон, подумал, я клевещу на его жену…. Страшно и больно жить… — тихо добавила Грася. — А у тебя тут хорошо, спокойно.
Девушка снова повернулась спиной к стволу и, задрав голову, уставилась на небо.
— Уф, вроде выговорилась и отпускает, — снова развернулась. — Хорошее ты, дерево.
Грася собралась пробираться обратно на общественную часть, но по её плечу тихонько постучали. Она обернулась. Никого, только веточку зацепила. Собралась идти, но её снова побеспокоили, в этот раз уже всё дерево целиком склонилось к ней.
— Ой! — все, что сказала она.
Энт, а умеющее ходить дерево именно так и называют, чуть переваливаясь с корешка на корешок, двинулся вперёд, подталкивая Грасю веточками. Она заволновалась, что её ведут платить штраф или ругать сейчас будут. «Ну и пусть!» — с каким-то отчаянием вдруг подумала она.
Энт довел её до служебного крыла дворца, там их встретила стайка молодых дракончиков, требовательно напирающих на девушку, требуя их гладить.
— Кыш, кыш от меня, невоспитанные! — отбивалась она от них, — Кыш, морды!
— Простите, госпожа! — подбежал служитель и помог отогнать питомцев.
Энт пошевелил ветками перед носом мужчины.
— Сейчас, господин Шар. Я позову переводчика.
Грася взгрустнула и огляделась, ища выход, думая как рвануть на волю. Но бегающая стайка дракончиков не упустит охотничье развлечение, поэтому побег пришлось отложить. Вскоре к ним подошли ранее виденный служитель и мужчина в форме. Он был военным, но знаков принадлежности к какой-либо крепости у него не было. Энт зашуршал, начал издавать глухие звуки. Военный внимательно всматривался в него, а потом неожиданно обратился к Грасе:
— Господин Шар говорит, что вам надо обратиться по вашему вопросу к генералу Робусу. Он не оставит без внимания проблему, беспокоящую вас.
— Что?!
Грася как раз обдумывала, как она будет объяснять своё проникновение на служебную часть дворца, а тут ей помогают.
Мужчина повторил ещё раз для девушки то, что сказал энт, и снова прислушался, согласно кивая.
— Я провожу вас. Генерал ещё на службе, но вскоре собирался уходить. Если поторопимся, то вы застанете
— Да, спасибо, — поблагодарила она мужчину, а потом шагнула к дереву и, неожиданно всхлипнув от накативших чувств, обняла, погладила.
— Спасибо!
Мужчина, согласившийся проводить её, шёл быстро, а Грася, стараясь не отстать, спешно продумывала план как, не задерживая генерала, внятно выложить свою проблему. Блеять она больше не будет, значит надо бойко оттараторить, пока не выгнали. А ещё лучше — ошарашить, заинтересовать и тогда уже с подробностями всё рассказать!
Её провели в приёмную генерала, где военный тихонько доложил секретарю, что направил девушку сам господин Шар. Не сказать, что секретарь был доволен появлением поздней посетительницы, но доложил о ней и сразу пригласил в кабинет. Грася воспрянула духом и с важным видом проплыла к генералу. Вполне ещё крепенький мужчина, едва вступивший в завершающую полосу жизни, поднялся ей на встречу и с любопытством осматривал её. В глазах у него мелькнуло весёлое удивление. Конечно, он думал, что юная особа будет жаться в дверях, а тут она вплыла, как королева, и скорее из озорства, соизволила протянуть ручку генералу. Лэр-в Робус не растерялся, даже наоборот, забавно выгнул бровь и приветливо улыбнулся, склоняясь к тонкой кисти и едва касаясь её губами.
«А ничего такой, не зануда и не строит из себя ужасно занятого», — подумала Грася.
— Я к вам по важному делу, — присаживаясь, начала девушка.
Лэр-в с удовольствием разглядывал посетительницу. Забавная, с уникальным цветом глаз, одета как лэра, но не лэра. Юные лэры в этом возрасте стараются казаться опытными воинами, а не протягивают изящно ручки. Ему стало весело, и он ждал, чем удивит его нежданная гостья.
— Меня зовут Грассария Монте, — дверь в кабинет открылась, и секретарь внёс на подносе крошечный стаканчик с чаем и поставил его на столе.
«Как в театре», — подумала девушка, оценивая размер стаканчика и, поблагодарив, выпила одним глотком. Пить давно хотелось, и она радовалась рвению секретаря, пока горло не обожгло от крепости поданного «чая».
Генерал, который до этого задержался у стеллажей и вставлял туда папки, убранные со стола, замер, не успев поблагодарить помощника за принесённый ему крепкий напиток. Секретарь тоже замер, с изумлением глядя на гостью, которая выпучила глаза и, кажется, хотела сказать «спасибо», но вырвалось у неё только хриплое «спа..»
Мужчины переглянулись и с тревогой посмотрели на девушку. Та подозрительно глянула на пустой крохотный стаканчик и неожиданно с неописуемым удивлением спросила.
— Что за травы вы кладёте в чай? Меня за горло, будто клещами, схватило.
Мужчины таинственно улыбнулись друг другу, а генерал ответил:
— Это было моё вечернее лекарство, госпожа Грассария Монте.
— Лекарство, — повторила девушка, и румянец разлился по её лицу, — Ох, простите! То-то я думаю, что у меня голова расширяется, — чуть растерянно начала говорить она, часто моргая и пытаясь сосредоточиться.
— Расширяется? — переспросил генерал, с тревогой глядя на юную особу.
— Ну да, огромная такая, мысли все разбежались… А до этого так плотненько сидели в голове, что и не разберёшь с какой начинать, — словоохотливо принялась пояснять Грася, пытаясь одновременно вспомнить, с чего именно она хотела начать разговор.
— Лэр-в Робус, — тихонько обратил на себя внимание секретарь, — я вам сейчас ещё стопочку принесу, а девушку надо бы покормить. Это её, видимо, натощак так развезло.