Грани игры. Исповедь

Гордеева Ольга Владимировна

Полина поднялась с места.

– Папа, ты, вроде, хотел поздравить молодоженов? Я не вовремя зашла, извини! Давай я сделаю это за тебя! – иронично протянула сестра.

– Полина, остановись… – послышался тихий голос отца.

– Папа! Дорогой! Не переживай! Присядь! – она повторила жест за отцом и ребром вилки постучала по бокалу, который изящно держала пальцами за ножку. Музыканты заиграли тише. Сестра пересекла зал и остановилась перед столом брата.

– Никита и Стелла, поздравляю вас с днем свадьбы! Надеюсь, она не фиктивная! – ухмыльнулась

она, сделала паузу и скользнула взглядом с отца на меня, затем обратно на молодоженов. – Я счастлива, что у меня появился еще один брат! Мне бы хотелось познакомиться с тобой поближе.

– Спасибо за поздравления! – в голосе Никиты слышалась неуверенность, смешанная с растерянностью. – Неожиданно видеть тебя среди нас!

– Иногда жизнь удивляет! Считай, что мое воскрешение – это подарок! – она осушила бокал шампанского и вежливо обратилась к ведущему: – Пожалуйста, продолжайте.

Гости потихоньку оживились, перешептываясь между собой. Я огляделся – папа с мамой исчезли из зала.

– Ты случайно не видела, куда ушли родители? – спросил Вику.

– Нет, – отрезала она. Я заметил, что жена, хоть и утверждала обратное, но с начала торжества была сама не своя – тень грусти на лице, обеспокоенность в глазах. Мы поговорим, когда вернемся домой. А сейчас я хочу услышать объяснения от Полины и Марка…

Я наклонился к Вике и прошептал, что надо найти родителей. Предполагал, что они ушли в кабинет папы. Она безмолвно согласилась. Я обхватил ее руку, и мы вышли из-за стола, направляясь в коридор.

– Как ты? – грустно спросила она, спускаясь по лестнице и придерживая длинное вечернее платье.

– Не понимаю, для чего сестре устроила весь этот театр, – я не мог успокоиться.

– Думаю, она скоро все расскажет.

– Очень надеюсь на это! А что случилось у тебя? – я остановился на одной из ступеней и прищурившись посмотрел на нее.

– У меня все хорошо.

– Не ври мне. Я чувствую твою тревогу.

– Есть небольшие проблемы на работе, но их я решу в ближайшие дни, – она старалась успокоить меня, хотя интуиция подсказывала, что это ложь.

– Хорошо, – я пока не стал настаивать на выяснениях, и мы молча дошли до кабинета.

Я обхватил ладонью золотую металлическую ручку, открыл дверь, пропуская жену первой.

Родители сидели на кожаном двухместном диване. Мама дрожащими руками держала стакан, глотая воду с короткими паузами, а отец приобнимал ее.

Виктория присела на край кресла рядом.

– Как вы? – я опустился на колени напротив них и задержал оценивающий взгляд на маме.

Она не моргая смотрела в пол, лицо распухло от слез, а под глазами чернели подтеки туши. Несмотря на ежедневные походы по салонам красоты, истинный возраст проявился на лице. Я перевел взгляд на отца.

– Нет слов… – выдохнул он еле слышно.

Следом к нам присоединился Никита.

– Извини, что испортили твое торжество. Как там обстановка? – я поднялся и повернулся к нему.

– Праздник продолжился, Стелла осталась в зале с гостями. Как

вы? – он тоже изучал состояние родителей.

– Все на взводе.

Брат прошел мимо меня и присел на подлокотник дивана рядом с папой, положив ладонь ему на плечо.

Неожиданно распахнулась дверь, и вошли Полина с Марком.

– Тебя все внимательно слушают. Рассказывай, – мы стояли в метре друг от друга и пронзали палящим взглядом. Внутри я радовался, что сестра среди нас, но не мог забыть, что она обрекла всех на год душевных мук и страданий.

– Может, присядешь? – ледяным тоном предложила она.

Я молча пристроился за креслом жены. Марк подошел к камину и оперся плечом на стену рядом, скрестив руки на груди.

– Почему ты так поступила с нами. Разве так можно? – я хотел быстрее получить ответы на рой вопросов в голове.

– Я не могла по-другому.

– Мне Марк рассказал твою историю с Давидом. Каждый из нас помог разобраться, если бы ты попросила.

Полина истерично рассмеялась и обхватила ладонями шею.

– Ты серьезно, Игорь? – развела она руками. – Посмотри на нашу семью, посмотри! – указала она пальцем на каждого. – Сколько раз я устраивала встречи и приглашала поговорить. Ты хоть на одну пришел? – Полина повысила голос. – Подойти к маме? Где мне ее искать, в каком салоне красоты или на курорте с подругами? Что она скажет? Иди разбирайся и обсуждай все с отцом. Подойти к папе? – выдохнула она и сложила руки на груди. – А знаешь, отец сам подошел ко мне, и мы поговорили. Да! Так поговорили, что после чего мне захотелось умереть! – последнее слово сестра практически прокричала.

Она пристально смотрела на отца, а он на нее.

– Давай, расскажи, папочка, что ты мне тогда приказал? Я напомню – выйти замуж за Давида, и это не обсуждается. Я ответила, что не люблю его, но тебе было плевать на мои чувства, – отец хотел было ответить ей, но сомкнул губы. – Послушай тебя, наверное, я лежала бы в сырой могиле вместо Эмилии. А я тебя предупреждала, папа, что семья Давида ведет темные дела. И в этой ситуации я выбрала себя и свою новую семью. Моего мужа Марка и нашего с ним ребенка! – Родители приоткрыли рты от удивления. – Я знала, что не смогу справиться с договором о свадьбе и все равно окажусь у алтаря. Поэтому решила, что не буду никому больше противостоять. Мне хотелось душевной теплоты, гармонии и, главное, находиться подальше от вас, особенно от тебя, папа.

– Ты могла рассказать о своем плане хотя бы мне! – нервно выкрикнул я.

– Тебе? Нет, если не знает никто, значит, не знает никто.

– Ты хоть представляешь, как плохо мне было после твоей смерти?! Знаешь, что такое каждую ночь просыпаться в кошмарах?! – я всплеснул руками.

– Представляю. А сколько пережила я? Ты тоже не подумал об этом. Но ты эгоистичный, и всегда думаешь только о себе, тебе мало до кого есть дело, – она шагнула в мою сторону.

– Тебе ли сейчас говорить об эгоизме? – гневно парировал я.