Грань

Янковский Дмитрий Валентинович

– Гранаты к бою! – обернувшись через плечо, приказал Витухин бойцам в десантном и боевом отсеках. – Двух пока достаточно!

К счастью, гранат запасли с избытком, убедившись в их высокой эффективности против мутантов не столько за счет фугасного и осколочного действия, сколько благодаря мощному акустическому удару.

– Захаров, слушай задачу! – капитан обратился к помощнику командира отделения. – Ребята по моей команде швырнут гранаты из бойниц. Это повалит ближайших мутантов и всех, кто на броне. У тебя будет пара секунд

на то, чтобы высунуться из бокового люка и прицельно лупануть из автомата по колесам «Мерса». Нужно их сдуть и посадить машину днищем на бетон. Понятно? С передними разберешься, дальше придумаем. Всем приготовиться! Гранатами огонь!

Гранаты пришлось подорвать в непосредственной близости от БТР, чтобы максимально прибить противника акустическим ударом. При этом осколками неизбежно оказались повреждены колеса самого транспортера, но с учетом автоподкачки этим можно было пренебречь.

Как только броня отозвалась звоном от двух близких взрывов, рядовой Сабиров распахнул боковой люк, а сержант Захаров высунулся из него, вскинул автомат и, дав три коротких очереди, убрался обратно в отсек. Сабиров тут же закрыл за ним люк.

– Готово, товарищ капитан! – доложил Захаров. – Как в аптеке! Передним колесам хана. По задним отсюда не попасть. Может, гранатами? Я докину легко. Одну под правый борт, другую под левый. Машину не сдвинет, она тяжеленная.

– Да. Готовимся. Две гранаты из бойниц, потом Сабиров открывает люк, Захаров работает гранатами. Мутантов взрывом укладывает секунд на десять, значит, у тебя пять. Тогда попробуй еще с тросом разобраться. Ловишь идею?

– Третьей гранатой?

– Да. – Витухин кивнул. – Взрывом должно перешибить трос. И мы тогда вообще в шоколаде.

– Надо, чтобы мне гранаты кто-то подавал, – подумав, посоветовал Захаров. – Чеку не выдергивать, но усики чтобы были разогнуты.

– Рядовой Пичугин, будешь подавать гранаты и разгибать усики, – приказал было капитан, затем уточнил: – Справишься?

– Не знаю, товарищ капитан. Первый раз боевые гранаты в руках держу. Нервничать буду. И так уже этой проволокой укололся…

– Что?! – Витухин вытаращился на бойца. – Где?

Рядовой показал прокол перчатки на указательном пальце.

– Твою мать! – выругался капитан. – Понабирали детей в армию! Нам только мутанта не хватало в десантном отсеке!..

Дальше все произошло очень быстро. Захаров бросил быстрый взгляд на Витухина, тот на мгновение утвердительно прикрыл глаза, почти незаметно под щитком противогаза. Захаров мощно, хотя и почти без замаха, ударил Пичугина углом автоматного приклада в висок, и тот рухнул, как мешок с картошкой, между десантными сиденьями. Захаров распахнул люк, схватил рядового за капюшон костюма и вывалил его наружу. Когда тот шлепнулся на бетон, мутанты вокруг уже начали подниматься, но Захаров все же дал бывшему боевому товарищу короткую контрольную очередь в затылок и только после

этого вернулся в отсек, закрыв за собой люк.

Никто не проронил ни слова.

– С острыми предметами обращаться аккуратно! – Капитан обвел бойцов строгим взглядом. – Ну, пришли в себя?

Некоторые неуверенно кивнули капюшонами.

– Пришли в себя, спрашиваю?! – с напором переспросил Витухин.

– Так точно, товарищ капитан! – раздался нестройный хор приглушенных голосов.

– Хорошо. Времена нынче тяжелые! Не допускайте оплошностей! А Захарову объявляю благодарность за находчивость и решительность.

– Служу России! – по привычке ответил сержант.

– Скорее, всему человечеству, – поправил его капитан. – Всё, собрались! Не расслабляться! Носы не вешать! Боевой дух не терять! Помните, у нас не один противник, а два. Не только эти твари, но и вирус в воздухе, который любого из друзей может превратить во врага. Вы должны быть к этому психологически готовы. Любой заразившийся – потенциальный мутант. И у нас нет возможности дожидаться, когда он выпучит глаза и кинется на остальных. Понятно?

– Так точно! – уже более дружно ответили бойцы.

– Отлично. Продолжаем операцию. Чтобы не было спешки, надо усики у гранат отогнуть заранее.

– Стремно, товарищ капитан, – засомневался Захаров. – Как дернет подающий чеку, будет дел…

– Я сам буду подавать! – успокоил его Витухин, выбираясь из командирского кресла.

Они, аккуратно и не спеша, разогнули проволочные усики запалов у трех гранат, после чего уложили опасные боеприпасы на броню.

Бойцы в боевом отсеке тоже изготовили гранаты к бою. Мутанты к этому времени уже окончательно очухались и принялись карабкаться на броню.

– Гранатами огонь! – приказал Витухин.

Один боец беспрепятственно выкинул гранату через бойницу, но когда то же самое попытался сделать другой, мутант снаружи бросился на отверстие, пытаясь схватить рядового за руку, и лбом втолкнул гранату обратно в отсек. Подпружиненный спусковой рычаг со звоном отлетел от гранаты раньше, чем та упала на пол отсека, хлопнул сработавший капсюль-воспламенитель.

Витухин понял, что у него остается менее четырех секунд на спасение себя и бойцов. При этом Захаров тоже бросился к гранате, чем мог все испортить.

– Я! – выкрикнул капитан, плечом оттолкнув сержанта. – Открой амбразуру!..

Захаров среагировал моментально. Вскинул автомат и послал короткую очередь в рот мутанту, лязгавшему зубами снаружи. Витухин одновременно схватил гранату, испускавшую сизый дым горящего замедлителя, и выкинул ее через освободившуюся амбразуру.

Бабахнул близкий взрыв.

– Работаем! – приказал Витухин, не теряя времени, чтобы прийти в себя после пережитого стресса.

Сабиров распахнул люк, Захаров отбросил автомат, схватил две гранаты, по одной в руку, и крикнул Сабирову: