Грань. Выбор, которого нет
Шрифт:
Ладно, будь что будет.
— Тогда остаётся последний вариант. — вышла вперед стараясь говорить уверенно. — Я могу перенести всех, но в одно место в пределах ста километров. Только мне нужно, чтобы кто-то показал точку выхода.
— Ты ведь сказала, что у тебя не осталось амулетов? — непонимающе спросил похожий на медведя Диваль.
— Тех не осталось, но есть другие.
— Девичья память — поддакнула Добби. Хотя ясно, что в это вряд ли поверили.
Приот подошёл, вглядываясь в мое лицо все ещё скрытое маской, но я сдержалась и не отвела спокойного уверенного взгляда, надеюсь, что именно
Тонкая поросшая травой дорога вела к воротам небольшого особняка на берегу моря. Каким-то шестым чувством я понимала, это его дом и там все будут в безопасности.
Придя в себя, кивнула, показывая, что все в порядке и мы можем перенестись туда.
— Хорошо, остальные знают, где нас искать.
— Арку открою здесь, но она продержится несколько минут максимум, нужно, чтобы вы успели перенести детей. Он тоже пойдет с вами, кивнула на Тита.
— А ты? — спросил братишка с недоумением.
— Мне нужно вернуться. Нельзя подставлять артистов, да и Пион остался там. — сказала я обнимая его. — Не волнуйся, Илур и Добби не дадут меня в обиду.
Я перевела взгляд на группу. Рыжеволосый Симит даже в такой обстановке ободряюще улыбнулся мне подмигивая, тот, кого все звали стажёром переминался с ноги на ногу кося на меня непонятным взглядом, Диваль спокойно обыскивал тела охранников, не обращая на меня никакого внимания. Единственными, кто следил за каждым моим движением, были Приот и портальщик Наурх. Уверена, именно у них больше всего шансов меня рассекретить, но другого варианта я не вижу.
В целом все было готово к переносу. Мужчины подхватили на руки детей, Сиона, которая и сама еле держалась на ногах, просто стала рядом со мной.
— Приот, мне надо о многом с вами поговорить, многое объяснить. Я приду, как только смогу, но сейчас я доверяю вам его. — показала на брата. — Пожалуйста
— Я прослежу, как за собственным сыном. — кивнул он.
— Верю. — сказала, сосредоточившись на оставшейся в памяти картинке и открывая портал.
Привычно полились из рук переливающиеся серебром нити, скручиваясь в воронку, напитывая будущий проход силой. Друг за другом в сгустившейся дымке скрывались фигуры. Кажется не прошло и секунды, как в потемневшем зале осталась только я. В компании Добби и Илура конечно.
Нужно было возвращаться и мы, а точнее я, мысленно проклиная горе-строителей, поплелась вверх по спирали, восстанавливая силы. Илур летел рядом, задумчиво посматривая на меня, и в какой-то момент заговорил.
— Знаешь, я сегодня понял, что впервые почувствовал себя действительно нужным. Это странно да?
— Нет. Без тебя мы действительно не справились бы. Ты молодец, благодаря тебе эти дети будут жить.
— Благодаря тебе. Мне впервые за последние триста лет так хорошо. У меня есть то, чего даже при жизни не было, семья. Это ценно. Намного ценнее, чем я думал раньше. Жаль, что так поздно это понял.
— У тебя ещё обязательно будет шанс. Я уверена в этом. Мы ведь встретились, а значит, так было нужно.
— Да, наверное,
— Ну, до этого явно далеко.
Мы как раз вышли из тайного хода. А дальше я успела заметить только вспышку портала позади и, обернувшись, увидеть летящее прямиком в меня заклинание со знакомым красно-черным полем. Я попыталась увернуться, саламандра начала выстраивать защитный контур, но мы не успевали!
Зато успел Илур… Закрыл меня своей фигурой и, что удивительно заклинание не прошло сквозь его прозрачную фигуру, а словно вытянулось в нее, как вода в губку. Одновременно с этим из-за поворота появился растущий на глазах Пион и, увидев его, маг, напавший на меня, просто исчез в очередном портале так быстро, что мне не удалось разглядеть ничего кроме размытого мужского силуэта!
Гнаться за своим несостоявшимся убийцей не имеет смысла, если сам не готов убивать, а я не готова. К тому же состояние Илура меня волновало намного больше беглеца. Каким бы ни было брошенное в меня заклинание, ничего хорошего оно нам не сулило. Призрачная фигура шла красными трещинами, разваливаясь на кусочки, словно разбитая статуя. Не осознавая, что делаю, я попыталась остановить, задержать, собрать их обратно, но руки просто насквозь.
— Это темное проклятье, смертельное. Его накладывают, чтобы душу нельзя было вернуть или, например, вызвать для допроса. — прошептала на ухо Добби. — Ему никто уже не поможет.
Где-то в саду звучала музыка и смех, царило праздничное веселье. А я стояла посреди пустого коридора и по моим щекам беззвучно бежали бесконечные дорожки слез. Как же так? Он защищал меня! Опять из-за меня гибнут люди, а я ничего не могу с этим поделать! Скрипка, появившаяся в руках, покрывалась черными трещинами, и вскоре на ней не осталось ни одного пустого от этих смертельных росчерков места.
— Нет, нет, нет… — Повторяла я, оседая на пол. Я не хотела верить, что это правда, но в ладони все падал и падал призрачный алый пепел. — Прости — прошептала срывающимся голосом.
— Главное не теряй время, как я, и будь счастлива. — прозвучали слова Илура в мире, в котором самого его больше не было. Последние слова…
— Прости… — повторяла я, удерживая в дрожащих руках почерневшую скрипку.
Глава 14
Благодарность — память сердца.
Французская пословица
В гримерку возвращаться не стала. Пион был рядом, а потеряют меня цирковые или нет, стало совершенно безразлично. Сил хватило только на то чтобы сменить слишком приметный наряд, хотя даже это я, кажется, делала на автомате, по заранее налаженному алгоритму. Я запуталась и устала, морально вымоталась. Даже мысль о том, что меня пытались убить, не особо волновала, и в целом я стала относиться ко всему с долей апатии. Очень большой долей.
Я брела по городу, бездумно глядя как окрашивается розовым горизонт, как первые лучи восходящего солнца играют бликами на крышах, окнах, стенах домов. Под ногами мелькали серые булыжники мостовой, я петляла по улочкам, пока одна из них не вывела меня к храму.