Граф Рысев – 9
Шрифт:
– Посмотри у Фыры в корзине, – посоветовал я Маше. – Она, похоже, тоже пришла к выводу, что близость камней пойдёт котятам на пользу. Хорошо ещё пытаться вскрывать шкатулки прекратила, потому что сомневаюсь, что таким крохам можно грызть макры.
– Женя, если ты сам дурак, не подгоняй Фыру под свой уровень, – ответила Маша. – Разумеется, она не будет давать деткам грызть макры. Им ещё нечем что-то грызть. Она съест нужный макр сама, а потом покормит котят своим молоком, чтобы они получили всё, что нужно уже вот в таком переработанном виде.
– Даже думать забудь, – предупредил я Машу нахмурившись. – Не вздумай эксперименты ставить над собой и над ребёнком!
– Женя, я не собираюсь ставить, как ты выразился, «эксперименты». Я просто хочу сделать медальон, чтобы он касался кожи и все необходимые вещества шли мне и нашему сыну вот таким долгим путём. – И Маша выбежала из гостиной.
На этот раз Фыра приподняла голову и прислушалась, а потом соскочила со своего дивана и бросилась за Машей, подвывая на ходу. Ну ещё бы, её сейчас грабить будут! Нельзя несчастной кошечке любимые камешки без присмотра оставить. Обязательно кто-нибудь попытается спереть.
– Проследи, – я кивнул Ефиму на дверь. Опытному егерю не надо было объяснять, что следить нужно за тем, чтобы Фыра с Машей не поссорились. Вот это точно было бы небезопасно для ребёнка, если его мать начнёт нервничать сверх меры.
Ефим наклонил голову и неслышно вышел из гостиной. Но не успела дверь за ним закрыться, как в комнату влетел Куницын. Он сразу же плеснул себе воды из графина, стоящего на столе, и залпом выпил.
– Аркаша, что случилось? Прорыв? – я забеспокоился. Мы послезавтра уезжаем, и только прорыва мне сейчас не хватало.
– Хуже, – выпалил Куницын. – Ко мне мать приехала.
– Зачем? – удивлённо спросил я. – Ты же вроде с нами собирался послезавтра выдвигаться в сторону дома.
– Она хочет меня женить, и пригласила уйму девиц в наш дом погостить, – Аркаша упал в кресло и закрыл лицо руками.
– И что ты хочешь от меня? – спросил я его осторожно. – Аркаша, я ни при каких условиях не встану между тобой, твоей матерью и её матримониальными планами. Очень разумными, между прочим. Ты последний представитель мужского рода Куницыных, тебе нужен наследник.
– Вот только не так, – вскинулся Куницын. – Я бы ещё понял, если бы существовала какая-то договорённость. Но вот так… Я не племенной бык, в конце концов!
– Нет, ты художник, и твоя тонкочувствующая натура на такое не пойдёт, – я усмехнулся. – Чего ты от меня хочешь?
– Дай мне какое-нибудь задание. Вот вопрос жизни и смерти. Не знаю, что-нибудь срочно проверить. На что у твоих егерей не хватает знатности и полномочий, а сам не можешь, потому что некогда, – Куницын смотрел на меня так умоляюще, что я махнул рукой.
– Ладно. Я тебе позвоню. Постараюсь говорить громко, чтобы твоя мать и гости расслышали всю глубину моего отчаянья, готового вылиться прямо из трубки мобилета. Но не сразу. Потерпишь пару дней? Я как раз осмотрюсь и что-нибудь придумаю поубедительней.
–
– Я надеюсь, что не пожалею, и твоя мать меня не проклянёт, – ответил я, пару раз стукнув его между лопатками. – Ладно, иди уже к матери, а мне пора собираться. В том бардаке, в который превратился мой дом, собрать вещи за один день невозможно, – добавил я, садясь на диван и глядя на копошащихся котят. Похоже, лето мне предстоит весёлое, даже очень.
Глава 2
Меня разбудил грохот за окном. Открыв глаза, я долго прислушивался к раздающимся со двора воплям и думал только о том, что если сейчас встану, то кому-то точно не поздоровится.
– Женя, что там происходит? – рядом подняла головку сонная Маша.
– Понятия не имею, – я притянул её к себе и чмокнул в макушку. – Судя по воплям, Фыра, а второго не узнаю.
В это время с улицы раздался грохот, словно кто-то что-то снёс, а после этого отборная брань Ефима.
– Так, а вот это уже ненормально, – проговорил я, поднимаясь с кровати и направляясь к окну.
– Женя, возьми соли, заряди ею несколько патронов и продырявь задницы тем, кто этот бардак устроил, – хмуро произнесла Маша, садясь на кровати.
– Машенька, мне начинает казаться, что беременность странно на тебя влияет, – сказал я, задумчиво разглядывая жену. – Ты вроде бы не была настолько агрессивной.
– Когда я слышу подобные вопли, мне сразу начинает казаться, что начался прорыв, или что кто-то на нас напал, – жалобно проговорила Маша. – Я не стала агрессивной, я просто стараюсь защитить себя и нашего малыша. Мы же сейчас с ним неразрывны. А кто нас может ещё защитить, кроме тебя?
– Маша, то, чем ты сейчас занимаешься, называется «манипулирование», – я поставил колено на кровать, Маша же в свою очередь подползла ко мне и обхватила за талию.
– Я постоянно боюсь, что что-то случится, – пожаловалась она.
– Именно поэтому ты предлагаешь мне застрелить любого, кто вызывает твоё недовольство? – я её поцеловал и положил руку ей на живот. – Эй, приятель, ну хоть ты успокой маму. Кстати, вчера замотался и забыл спросить, кто победил, ты или Фыра в борьбе за ценные макры?
– Ну-у-у, – Маша отстранилась и вытащила из глубокого выреза медальон, привлекая мой взгляд к пополневшей груди. Медальон, универсальный ключ от банковских счетов и активов Рысевых, был на цепочке не один. С двух сторон от него располагались два крупных и редких макра. – Я попросила Быкова сделать отверстия, чтобы это не повредило свойствам макров.
– Ясно, – я усмехнулся. – И, кажется, знаю, что вон там происходит, – я указал на окно, за которым снова раздался грохот. Покачав головой, быстро подошёл к окну и распахнул его, высунувшись чуть ли не до пояса.