Граф Рысев – 9
Шрифт:
***
Я положил мобилет на стол и посмотрел на Мамбова. Олег полулежал на диване, держа на лбу мокрое полотенце.
– Объясни мне, как ты умудрился разбить голову? – поднявшись, я забрал у него полотенце, смочил в тазу с плавающим в воде льдом, и протянул Мамбову. Тот с благодарностью посмотрел на меня, и снова приложил холодный компресс в огромной шишке на лбу.
– С Фырой не разошлись в коридоре, – ответил наконец Олег.
– Да, это иногда бывает, – философски заметил я. – Чижиков, помню, так навернулся, что весь дом сбежался посмотреть. Я даже, грешным делом,
– Я упал, а у стены стояла ваза. Кто вообще ставит вазы у стены в коридорах? – Спросил Мамбов, приподнявшись на локтях.
– Не поверишь, но очень многие, – язвительно ответил я, возвращаясь в своё кресло. – Ты запускал анализ?
– С разбитой головой? – Мамбов снова открыл глаза и покосился на меня.
– Олег, ты шёл сюда, когда вы с Фырой не поделили коридор, – я вздохнул и снова поднялся из кресла, чтобы намочить полотенце. – Ты просто прогуливался, или тебе удалось что-то выяснить?
– Лучше скажи мне, зачем ты Куницына куда-то вытащил? – Мамбов закрыл глаза. Судя по выражению его лица, Олега жутко мутило. Немного подумав, я взял со стола второй таз, вылил воду в стоящий неподалёку фикус и поставил таз поближе к болезному. Только после этого ответил.
– Аркаша стал жертвой обеспокоенности своей матери, пригласившей к ним на лето много девиц на выданье. – Я хмыкнул. – Я пообещал его вытащить из дома, а тут как специально такая оказия подвернулась. Правда, ещё одна жертва Фыриного обаяния мне отчиталась, что вроде бы всё починили, но я на слово никому не верю, так что пусть Аркаша всё проверит.
– А он в курсе, что в том поместье тоже столкнётся с девицами на выданье? – Олега, кажется, даже тошнить перестало.
– Ну-у-у. Я его предупреждал. Если Куницын пропустил мои предостережения мимо ушей, то это его проблемы, разве нет? – Я внимательно осматривал друга. Похоже, он здорово о ту вазу приложился. Правда, каким-то образом умудрился её не разбить, иначе всё лицо в осколках вдобавок ко всему сейчас было бы. – Что тебе удалось просчитать?
– Женя, я не хочу тебе говорить не из-за возможного сотрясения, а потому, что у меня ни черта не получилось. – Мамбов сполз на подушку. – Какая-то чушь выходит. Возможно, мне просто не хватает всей нужной информации. Когда должен прибыть гонец от Медведева?
– Не знаю. Полагаю, что скоро. Дмитрий Фёдорович не называл точную дату, – ответил я задумчиво. – А какая именно чушь у тебя получается? Думаю, мы не должны пренебрегать никакими знаниями.
– Женя, по всем раскладам, учитывая характеристики на этого афериста, у меня не получается сделка с оружием. Вот, убивай меня, не получается. – Мамбов резко развернулся и склонился над тазом, который я ему так предусмотрительно подставил. Повисев над ним немного, он, видимо, передумал блевать и снова лёг на подушку. – У меня получается афера, понимаешь?
– Вполне возможно, – немного подумав, ответил я. – Но тут мы сталкиваемся с ещё большей проблемой. С личностью покупателей. Как бы не получилось так, что разъярённые уважаемые люди не начали
– Дай мне данные на покупателей, и я тебе скажу, на что каждый из них способен, в случае обмана, – пробормотал Олег. – Но только когда у меня перед глазами перестанут кружиться эти дурацкие мушки.
– Мушки перед глазами – весьма характерный признак для травмы головы, ваше сиятельство, – ворчливый голос Лебедева прозвучал довольно неожиданно.
Дверь в гостиную, где мы расположились, была приоткрыта, шаги заглушали ковры в коридоре. Я слышал, что кто-то подходит, но не смог понять, кто именно, и что направляется именно к нам. Судя по тому, как поморщился Олег, он тоже был застигнут врасплох. Хотя он слышит приближение кого бы то ни было как бы не лучше меня.
– Где вы были, Аристарх Григорьевич? – спросил я, не поворачиваясь к нашему клановому целителю. – Я послал за вами горничную почти полчаса назад. За это время вполне можно было уже много раз окочуриться. Только не говорите мне, что девчонка загуляла, и не нашла вас. А вы оказались здесь только потому, что проходили мимо, и услышали, как граф Мамбов интересно рассуждает о мушках перед глазами.
– Ваше сиятельство, Евгений Фёдорович, разумеется, я ничего подобного говорить не буду. – Лебедев подошёл к столу, поставил на него свой саквояж и принялся в нём копаться.
– Тем более что девушка меня нашла и передала вашу просьбу. Но когда я собирался уже бежать сюда, то заметил, что в моей укладке не хватает нескольких совершенно необходимых лекарств. Пока я пополнил запасы, пока дошёл сюда от лаборатории. Хочу вам напомнить, Евгений Фёдорович, что я уже немолод. А теперь, если не возражаете, я займусь своим пациентом.
Только полный идиот не понял бы, что меня вот так дипломатично послали по одному хорошо всем известному адресу. И тому, что это было сделано всё-таки дипломатично, я был обязан присутствию Мамбова. Потому что меня Лебедев абсолютно не стеснялся.
Выйдя из гостиной, я прошёлся по коридору и остановился возле одной стены. На полу лежала перевёрнутая ваза. Значит, это вот об неё ударился Мамбов, когда его уронила спешащая куда-то Фыра. И почему её до сих пор никто не поставил на место? Решив, что спрошу дворецкого, чем у нас занимаются горничные в другой раз, я поднял вазу и замер. Во-первых, она была сделана не из керамики, а из какого-то металла. А, во-вторых, в ней что-то явно громыхало. Перевернув вазу, я смотрел, как из неё прямо на ковёр высыпаются макры. Они были разного размера и стоимости, но слишком ценных среди них не было.
– Подведём итоги, – задумчиво проговорил я, собирая макры и, высыпая обратно в вазу. – Олег не посёк лицо осколками, потому что ему было бы весьма проблематично сломать металлическую вазу до такого состояния. А ещё в этой вазе кто-то делает заначку. Фыра? Сомневаюсь. Она в этом случае не убежала бы, а охраняла своё добро. И если нужно, то корзину с котятами сюда перетащила, чтобы легче было охранять. А ещё она не учуяла макры, когда Мамбов упал вместе с вазой. Да и сама не пыталась её уронить, чтобы кристаллы вывалились. Вопрос, почему?