Граф-пират
Шрифт:
В его голосе слышалось такое отчаяние, что ей стало его почти жаль.
— Я интендант, друг. Прости. Дай девушке шанс. Это приказ капитана. Геркулес, а наш капитан Флинт совсем не глупец.
Не глупец, а хитрый негодяй, мрачно подумала Вайолет, и все противоречивые чувства относительно капитана сменились одним — негодованием.
— Честное слово, мисс Редмонд, будь моя воля, я бы весь, день носил вас в паланкине и кормил сладостями, — искренне сказал Грибер.
Его веснушчатое лицо так и сияло.
О
— Благодарю вас, мистер Грибер.
— Но это приказ капитана.
— А если капитан прикажет вам прыгнуть за борт? — язвительно поинтересовалась Вайолет.
— Тогда я точно промокну, — весело отозвался он. — А теперь мне пора идти, а не то он надерет мне уши, за то, что отлыниваю от службы. Удачи! Надеюсь, я не встречу вас у врача, мисс Редмонд.
И Грибер удалился.
Вайолет и Геркулес хмуро глядели друг на друга.
По-прежнему пряча руки за спиной, чтобы Геркулес, чего доброго, опять не схватил их, Вайолет огляделась по сторонам. Длинная чугунная печь; большой, массивный стол на железных ножках, порезанный ножом и чем-то заляпанный. Не было сомнений, что именно здесь рубили овощи, картофель и мясо для приготовления пищи, а также готовили каменные сухари. В камбузе было жарко, пахло едой. Не так чтобы ужасно, просто этот запах витал повсюду.
У дальней стены примостились мешки с зерном, в разрубленных пополам бочонках лежали лук и картофель. На одной из бочек огромными черными буквами было написано «мясо», на другой — «капуста». На печи стояли большие кастрюли. Вайолет решила, что на этой кухне вся еда отваривается.
Вайолет знала, как вести хозяйство в большом доме, благодаря матери, которая научила ее приказывать слугам, что нужно купить. Однако еда всегда появлялась на столе волшебным образом, приготовленная их темпераментной кухаркой; возможно, это черта всех поваров? Может быть, они становятся такими вспыльчивыми, проводя все время у горячей плиты.
Вайолет понятия не имела, с чего начать.
— Прекрасная плита, — высказала она предположение.
Она ничего не знала о плитах, однако ей было кое-что известно о мужских интересах. А Геркулес определенно имел особый интерес в жизни.
Он настороженно взглянул на нее.
— Превосходная. «Лэм энд Николсон». Три горелки! Мясо и картошку можно варить раздельно.
— Какое счастье!
Вайолет не могла представить, почему Геркулес так радуется. Ее энтузиазм пришелся ему по душе. Его лицо стало чуточку бледнее.
— И на ней можно кипятить воду. Четыре галлона сразу!
— Еще лучше, — подбодрила его Вайолет.
Он задержал на ней взгляд, и суровые морщины на его лице разгладились. Геркулес запустил руку в бочонок, извлек оттуда нечто издавшее хлюпающий звук и быстро разрубил
При виде разлетевшихся в стороны капель Вайолет поморщилась.
— Вас действительно зовут Геркулес? — спросила она.
— Нет, они меня так называют, потому что они очень умные, а у меня маленький рост, — спокойно объяснил он. — Я маленький и ужасный.
Он ухмыльнулся. У него не хватало одного зуба наверху — необычно для матросов.
— Моя жена осталась на Кипре, и она не жалуется, — хвастливо добавил Геркулес. — А вас почему назвали Вайолет? Вы совсем не маленькая, как фиалка.
Было ясно, что Геркулес не собирается очаровывать ее.
— Потому что от меня хорошо пахнет.
Нож для рубки мяса застыл в воздухе. Геркулес несколько мгновений молча взирал на Вайолет, а потом расхохотался.
— Тогда принимайтесь за чистку, цветочек! — Запачканной мясом рукой он указал на бочки с картофелем и луком. — Почистите их.
Геркулес отрубил еще несколько кусков мяса и только тут заметил, что Вайолет не двинулась с места.
Его нож снова застыл на полпути.
— Вы знаете, как чистить картошку? — неуверенно спросил он.
Его голос стал слабым. Кажется, Геркулес боялся услышать ответ.
— Нет, — честно призналась Вайолет.
Геркулес разразился целой обличительной речью на родном языке в адрес ее семьи, а потом шумно вздохнул.
— Смотрите, как это делается.
Геркулес выхватил из бочки картофелину, сунул ее Вайолет в одну руку, в другую дал нож, а сам спокойно пристроился позади и накрыл ее руки своими.
И в эту самую минуту в камбуз вошел граф.
Вайолет и Геркулес застыли на месте. Грек по-прежнему стоял близко к ней, а его горячие руки не выпускали ее рук.
Все трое молча смотрели друг на друга.
— Все в порядке, — поспешила заверить графа Вайолет.
Ее голос звучал слабо.
— Вы прислали мне девушку, которая не умеет чистить картошку, — раздался голосу нее из-за спины.
Ради Бога! Геркулес определенно знал, как сгладить неловкость.
— Поэтому вы решили от досады напасть на нее сзади, а ей дали нож, чтобы борьба была равной? — поинтересовался граф.
Вайолет была знакома с графом всего несколько дней, но узнала этот ровный холодный голос.
— Я показываю ей, как чистить картошку, — оправдывался грек, — поэтому мои руки лежат на ее руках.
Не только руки, подумала Вайолет и поняла, что и графу пришла в голову та же мысль.
— Очень удобный способ, — пришла на помощь Геркулесу Вайолет.
Кок по-прежнему прижимался к ее спине, но если выбирать между графом и Геркулесом, то она решила встать на сторону последнего. У грека в руках был нож, а именно граф послал ее работать на кухне. Чертов граф!