Граф Лазарев. Том II
Шрифт:
— Поужинаете с нами? — предложил я, хотя угощать гостя было особо нечем.
Старик отрицательно покачал головой.
— Благодарю, но я не голоден. К тому же, я не могу рассиживаться, меня ждут дела. Мне нужно с вами поговорить.
Я глубоко вздохнул.
— И я даже знаю, о чем.
— Завтра состоится суд, — не стал ходить вокруг да около Август. — Не буду скрывать, сторонников у вас немного.
— Только вы? — грустно усмехнулась Анна.
— Увы, да. Койр, как вы понимаете, будет топить вас всеми силами, остальные два члена Совета пока сохраняют нейтралитет, но настроены к вам
— Вы настолько уверены, что мы ни в чем не виноваты? — в лоб спросила Анна. — Вдруг мы на самом деле отравили главу клана, а вы станете нас выгораживать?
— Уверен. Во-первых, я ни за что не поверю, что наши гости из Империи могли оказаться настолько вероломными. А во-вторых, я практически убежден, что за всем стоит Койр.
— Чернобородый старик? — уточнил я. — Член Совета и по совместительству ваш главный враг?
Август кивнул.
— Он всегда ненавидел людей, это ни для кого не секрет. И метил в кресло Йогара, вот только при живом главе клана занять его затруднительно. А так он одним ударом убивает двух зайцев: окончательно разрывает отношения с Империей, о чем давно мечтал, и освобождает себе дорогу к власти.
— А если окончательный разрыв отношений приведет к войне? По-вашему, он этого не боится?
Август пожал плечами.
— Может быть, считает, что до этого не дойдет. Император Романов славится своим благоразумием, а война из мести или ради попытки продемонстрировать нам, кто в доме хозяин, не принесет ему никакой реальной выгоды, только расходы и гибель солдат. Скорее всего, Романов в ответ устроит экономическую блокаду, но Койра это не тревожит. Он давно уже призывает отказаться от иноземных товаров и вернуться к истокам.
— Что нам грозит, если нас все-таки осудят? — спросил я. Лучше уж сразу узнать, к чему готовиться в худшем случае.
— Раньше виновных в подобных преступлениях приковывали цепями к столбу на городской площади и оставляли умирать от голода и клювов воронья, — обрадовал меня Август. Я закашлялся.
— Какой милый обычай. Вы ведь сказали «раньше»? То есть сейчас вы от него уже отказались?
— Конечно, — подтвердил старик. — Мы ведь не звери, какими вы, люди, нас, наверное, представляете. Казни на главной площади давно уже в прошлом, негоже, чтобы посреди города творилась такая жестокость. Теперь приговоренных выводят за город и приковывают к дереву. Намного более легкая и милосердная смерть, кстати: несколько дней страдать не приходится, обычно дело заканчивают дикие звери.
— Совсем другое дело. Мне стало намного легче, — заверил я, мысленно матерясь. — А избежать этой гуманной и легкой смерти как-нибудь можно?
— Вашу судьбу решат шестеро присяжных, и, насколько я успел убедиться, ни один из них вас не поддерживает. Но я сделаю все, что смогу. В любом случае, сразу вас не казнят: завтра состоится первое слушанье из трех. Но не буду отрицать: если завтра обвинители сумеют склонить суд на свою сторону, а дальнейшем шансов оправдаться будет мало. Но я буду бороться за вас до конца.
«Скорее не
— Если завтра нас обвинят, есть еще один вариант, — задумчиво произнесла Блэйд. — Хотя прибегать к нему, конечно же, не хотелось бы.
— Не вздумайте! — Август встал так резко, что тут же схватился за спину. Очевидно, старческие кости не выдержали столь бурного проявления эмоций. — Не сходите с ума, госпожа Анна. Доверьтесь мне, и я смогу убедить суд в вашей невиновности.
— О чем речь? — тут же вклинился я.
— Неважно, Вик.
— Почему ты никогда мне ничего не рассказываешь? — возмутился я.
— Потому что это внутренние дела оборотней.
— Ваши внутренние дела стремительно становятся моими. И чем дальше, тем больше.
Блэйд лишь покачала головой. Меня начинала бесить манера этой женщины утаивать от меня информацию. «Ой, кстати, у нас тут рядом есть запретная зона, в которой все слетают с катушек, но я тебе про нее не рассказывала, так как сочла это неважным. Ой, кстати, тут еще и чудовище живет, которое на самом деле оказалось бывшим главой клана. А еще Место Силы и свора бешеных волков. Но это внутренние дела оборотней, хоть эти самые дела и пытаются тебя сожрать».
— Я виделся сегодня с вашим человеком, Федором. Он напуган и не понимает, что происходит. Кажется, даже те, кто допрашивают его, начинают это осознавать.
— Вы уверены, что он невиновен? Вдруг его подкупили, и он и правда подлил Йогару яд?
Август качнул головой.
— Невиновен. Я слишком много прожил на свете, чтобы не суметь распознать притворство. Ваш охранник никого не травил. Есть много способов подбросить флакон с ядом в карман человеку, который уже изрядно выпил и не ожидает никаких неприятностей. Если вы все будете дружно все отрицать, возможно, суд вам и поверит.
— А что с нашим вторым охранником?
Август пожал плечами.
— Сидит под замком так же, как и вы. Но особых претензий к нему пока что нет.
Мы помолчали. Ситуация действительно вырисовывается безрадостная. С другой стороны, может, шансы у нас и есть. Главное, неуклонно гнуть свою линию.
— Но вы ведь пришли к нам не только для того, чтобы выразить нам свою поддержку, верно? — Блэйд проницательно посмотрела на Августа. Мне старик начинал казаться человеком, который единственный из многих мог бы так и сделать, но Анна, очевидно, знала сородича лучше.
Август сокрушенно покачал головой.
— Увы, нет. Меня, как и остальных, снедает желание узнать, как вы выбрались. Исчезли в портале, из которого еще никому не удавалось вернуться, потом появились из ниоткуда. У портала постоянно дежурит стража, и они клянутся, что вас не видели.
Я вздохнул. Похоже, от старика односложным ответом не отделаешься, придется подробно описывать наши приключения.
— Нам повезло, — лаконично ответила Анна. — Мы встретили монстра, владеющего портальным артефактом. Благодаря нему смогли вернуться обратно в лес, в запретную зону.