Граф ее грез

Мэллори Анна

– Верно. Но и сама она могла совершить этот неблаговидный поступок, а затем сразу спрятать биту. В конце концов, это ведь ее гостиница, ей тут каждый закуток знаком. Мэри могла позвать одного из слуг или Лейка, чтобы помогли перебросить тело через перила и оттащить его в конюшню.

Кейт кивнула:

– Тогда шел снег, и им пришлось нелегко…

– Конечно, лучше было оставить тело на земле, под сугробом, но, думаю, они запаниковали.

Кристиану вдруг захотелось взять Кейт на руки и закружить ее по комнате.

– По

меньшей мере один человек, замешанный в деле Дженсона, должен был знать, где находится тайник: вряд ли кто-то именно в нужный момент случайно обнаружил неплотно пригнанную доску.

– Полностью с вами согласна, инспектор Блэк. Думаю, теперь вы и впрямь можете попробовать себя на поприще сыска.

Блэк хмыкнул. Ах, если бы все было так просто! Ему никогда не позволят стать сыщиком, и хотя он не отказался бы посмотреть, как отца перекашивает от отвращения, общество все равно не допустит ничего подобного. Жизнь несправедлива. Конечно, Кейт лишь посмеялась бы над его жалостью к себе, узнай она, кто он на самом деле.

– Кристиан, мы, кажется, забыли о миссис Уикет, у которой могло быть гораздо больше причин и возможностей, чем у Мэри. Если Том действительно избавлялся от доказательств по указанию миссис Уикет, то тогда дело может обстоять следующим образом: мать защищает дочь.

Кристиан кивнул: в семьях некоторых своих друзей, где сложились неплохие отношения между родственниками, он не раз видел, как ответственно ведут себя люди, когда одному из них грозит опасность.

Да и сам он разве не рисковал ради Энтони? Получается, эти чувства выходят даже за рамки родственных связей.

Неожиданно Кейт нахмурилась:

– Но миссис Уикет могла просто обратиться к мистеру Уикету и в любой момент прекратить этот проклятый крикет!

Блэк пожал плечами:

– А по-моему, мистер Уикет вполне мог принести свою дочь в жертву ради команды.

Кейт задумалась.

– Но что, если мистер Уикет сознательно не замечал недостатков Дженсона и чувствовал, что с парнем что-то не так? Он старался найти оправдание всем его поступкам, называл его человеком страстным, горячим, упрямым и склонным к соперничеству, а еще от всей души надеялся и молил Господа о том, чтобы «славный Джулиус» перебесился и превратился в идеального мужчину, способного защитить его дочь.

– Ну, не знаю, не знаю…

Кейт еще больше насупилась:

– Вам, видимо, нравится думать, что у мистера Уикета есть или были дурные намерения.

– Нет, я просто считаю его полоумным идиотом.

– Полоумие не синоним злонамеренности.

– Конечно, нет. – Кристиан тяжело вздохнул. Он определенно не знал, что лучше: провести детство с умалишенным или со злобным умником.

– Может, отложим это до утра и тогда допросим чету Уикетов? Мистер Уикет говорит, что завтра дорога будет окончательно освобождена от снега,

а это значит, что нам нужно как можно скорее решить эту задачку.

Блэк посмотрел на часы и с удивлением увидел, что уже почти четыре утра. Да уж, нелегкая ночка выдалась: столько всего произошло.

Он перевел взгляд на Кейт, которая отложила перо и теперь сидела, прикусив губу.

– Что-то не так? – осторожно спросил он.

– Нет, ничего. – Она покачала головой. – Я согласна, пора ложиться.

Кейт явно стеснялась, и по какой-то неясной причине Кристиан нашел это очень милым, но тут же подумал, что, похоже, он становится не в меру сентиментальным.

Сбросив туфли, Кейт забралась под одеяло, а Блэк все стоял, видимо, не зная, что ему предпринять.

Наконец он присел на краешек кровати и стянул сапоги. Часы начали бить четыре, и он, ощутив, как напряглась Кейт, повернулся, желая утешить ее, но она удивила его, бросившись ему на шею и подарив страстный поцелуй.

Мгновенно придя в себя, Кристиан взял инициативу в свои руки. Если она собирается ускорить темп, он не возражает. Он шептал Кейт нежные слова, осыпал поцелуями ее лицо, волосы, шею, пока она наконец не расслабилась.

Кейт подняла на него глаза, и Кристиан снова поцеловал ее, и она тут же страстно ответила ему.

Кристиан понятия не имел, как и куда подевалась их одежда, но прекрасно запомнил вкус ее губ и кожи.

Он видел решимость, загоревшуюся в глазах Кейт, когда маленькие пальчики дотронулись до его плоти. По несмелым прикосновениям ему сразу стало понятно, что она никогда не делала этого прежде. Кристиан стал помогать ей, показывая, как ему нравится быть в ее руках, двигаться, раскачиваться из стороны в сторону. Постепенно Кейт осмелела, в зрачках загорелся огонь.

Блэк никогда не терял над собой контроль в моменты близости и не давал партнерше заглянуть глубже, чем следует, а теперь он и сам не знал, почему сбросил маску. Может, все дело в Кейт?

Решив, что обязательно подумает об этом потом, Кристиан заглянул в ее глаза и окончательно дал волю своим чувствам. Они вместе взлетели на вершину блаженства, и он мог поклясться, что на мгновение ее взгляд проник в самую глубину его души.

Глава 17

Ты думал, что, рисуясь перед учителем, поднимешься над своими братьями, ты ошибся.

Маркиз Пендердейл – сыну Кристиану

Кейт проснулась под звук капели и веселый щебет птиц за окном. Она приоткрыла глаза и увидела пробивающиеся сквозь портьеры лучики солнца. Давно она не чувствовала себя так хорошо, если быть точной – уже четыре недели.

И вдруг ей стало страшно. В последний раз, когда она проснулась такой счастливой, умер ее отец.