Говорящая собака
Шрифт:
Это «у нас» я переваривал несколько минут, пытаясь понять, что она имела в виду под этим местоимением.
– Ну да, – наконец ответил я. – Кстати, а где он?
Мы осмотрелись, но пса и след простыл. Люси сходила в комнату для персонала.
– Пучок! – позвал я.
Под моим столом послышалась возня и какие-то хлюпающие звуки, напоминавшие работу водяной помпы.
Опустившись на колено, я увидел там пса, который держал что-то во рту.
– Какая странная сосиска, – проговорил он сквозь зубы. – Почти не пахнет, но на вкус ничего, попадались и хуже.
– Дай сюда, – сказал я.
– Вожак стаи
Интересно, когда это я успел стать вожаком стаи? Хотя, надо признать, думать о себе в таком роде было приятно, даже мурашки пробежали по спине, озноб восхищения. Еще одно поразило: оказывается, я стал привыкать к тому, что пес разговаривает, как к вполне обыденному явлению. За каких-нибудь десять минут стало казаться, что в мире нет ничего более естественного.
Пес выплюнул содержимое пасти на пол. Это был кошелек из кожи темно-вишневого цвета, смятый, жеваный и явно чем-то набитый.
– Что это? – спросила вернувшаяся Люси, увидев останки портмоне, которые я держал перед собой в вытянутой руке.
– Опять фальшивки, наверное. – Я взял обертку от печенья и вытер кошелек, после чего положил его на стол. Интересно, зачем понадобилось мистеру Джилберту женское портмоне?
– По виду слишком шикарная вещь для такого типа, – обратила внимание Люси. Она щелкнула замочком, открывая кошелек, прежде чем я успел остановить ее, сказав что-нибудь вроде: «Погодите, лучше не трогать, там могли остаться отпечатки пальцев».
Из туго набитого кошелька тут же посыпались бумажки.
– Вы только посмотрите! – воскликнула Люси, подхватив пятидесятифунтовую банкноту и разглядывая ее на свет. – Настоящая!
– Надо вызвать полицию, – предложил я. – Владелец кошелька наверняка захочет получить его обратно.
Но Люси уже копалась в портмоне, как муравьед в термитнике.
– Здесь есть права, – сказала она, – и ключи от машины.
Правда, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что это не права, а всего лишь небольшая карточка с адресом, нанизанная на дешевенькое пластмассовое колечко для ключей. На карточке было написано: «Миссис Кэдуоллер-Бофорт. Нашедшего просьба вернуть по адресу: Чартерстаун BN99 AE9-BN98 DR3».
Два почтовых индекса у дома. С таким мне еще встречаться не доводилось.
Насчет «просьба вернуть» и все такое – это был глас вопиющего в пустыне, к тому же из прошлого века. Владелица явно говорила: «Это мой кошелек и мои ключи. Будьте так добры, верните их мне». Но нашедший портмоне сын двадцать первого века прочел бы это послание иначе: «Здесь все, что у меня есть. Надеюсь, вам этого хватит».
Внутри портмоне отыскалась еще одна карточка – читательский билет районной библиотеки. Фотография на билете была, прямо скажем, странноватая. Сперва показалось, что это какой-то овощевод снял свою капустную грядку, однако затем до меня дошло, что это фотография пожилой леди: ее лицо, точно кочанчик капусты, выглядывало из мохнатой стены собачьих голов. Трудно было определить, сколько же собак уместилось на одном снимке. Мне удалось насчитать четырех колли, пару шотландских терьеров и одного пекинеса, но при вторичном осмотре откуда-то появился Джек Рассел, и куда-то подевалась одна колли.
Я
Люси пролистала картотеку.
– Вот это да! – воскликнула она, показывая мне карту. – Похоже, это место можно увидеть даже из космоса.
Я посмотрел на огромное белое пятно на карте – Чартерстаун и окрестности. Здесь не было никаких других обозначений, кроме двух слов: «частная собственность».
– Вы слышали что-нибудь об этом месте? – спросила Люси.
Похоже, слышал, только очень давно. Сфера деятельности моей конторы на этот район не распространялась, так что у нас в документах эта зона не фигурировала. Откуда же я мог знать о Чартерстауне?
Я посмотрел на раскиданные по столу деньги – не меньше тысячи фунтов. Достанься они мне на сегодняшнюю игру, сделай я из них тысячи две, и я бы мог вернуть деньги владелице кошелька и начать приводить в порядок свои дела.
– Пойдем, – сказала Люси.
– Куда?
– Вернем кошелек.
– Возвращать утерянное, сэр, нет выше призвания, – раздался голос пса, который был уже тут как тут.
Я посмотрел на банковское уведомление. Возможно, они правы. Один вечер в своей жизни я мог провести, оставив в стороне все свои проблемы.
3
ДОМ-ПРИЗРАК
За долгие годы работы в агентстве мне еще не приходилось сталкиваться с недвижимостью, отмеченной особым значком на дорожной карте: крошечный домик величественной архитектуры, рядом надпись «Чартерстаун» и вокруг пустое пространство размером с ноготь большого пальца, как будто кто-то приложился кончиком ластика к тонюсеньким корешкам второстепенных дорог, разбегавшихся в стороны от мощного корня шоссе М23, ведущего в Лондон.
– Что ты там тычешься носом в окно? – бросил я псу. У моей ауди был кузов «универсал», поэтому мы посадили Пучка в задней части машины. Есть вопросы, с которыми можно обращаться к собаке при посторонних, и никому это не покажется странным. Вопрос, который я сейчас задал псу, был именно из таких. А вот, например, вопрос: «Как мне быть? Я ни с кем не могу наладить отношения» – это уже совсем другое дело.
– Я пишу, – откликнулся пес.
– Здесь налево, – сказала Люси.
– Что?
– Налево здесь, – повторила Люси, думая, что я обращаюсь к ней.
– Взываю о помощи, – отвечал пес с отчаянием в голосе. – «Мы заключены в сундук на колесах, и мир стал убегать от нас! Выпустите, выпустите нас отсюда!» И еще меня удивляет ваше странно равнодушное поведение, вы так спокойно сносите нашу неволю: просто сидите и играете с пластмассовым бубликом.
– Ты умеешь писать?
– Что? – переспросила Люси.
– Нет, пока машину так мотает, – ответил пес, посадив носом, большое мокрое пятно на заднее стекло во время очередного поворота.
– Не мир убегает от нас, это мы убегаем от него, – произнес я нараспев, будто бы у меня вертится в голове строчка из шлягера.
– Не смешите, – отозвался пес. – Видите, я же сижу совершенно спокойно, я буквально не двигаюсь с места, как же я могу убегать от мира? – Он поежился. – Это противоестественно, противоречит всем законам природы. Я могу попробовать его облаять, если вы хотите, вдруг он тогда перестанет со свистом проноситься мимо?