Гостья
Шрифт:
– Маленькая моя, пообещай мне больше не ходить за мной, когда я буду разговаривать по телефону.
– Я не могу тебе это обещать. Я не могу тебя отпускать …
Он тянет её в спальню, устраиваются на кровати, обнимает и шепчет:
– Моя хорошая, но это неизбежно произойдет. Мне нужно будет уезжать … Еще немного и я буду чувствовать себя совсем хорошо. Я вернусь к своим делам.
– Снова будешь рисковать своей жизнью?
– Нет. Буду стараться не рисковать.
– Кирочка!!!
Она практически стонет его имя. Но муж лишь грустно
– Сладкая моя! Тебе нужно привыкнуть к тому, что все мужские дела я буду решать самостоятельно.
– Я не согласна тебя потерять!
– Ты меня не потеряешь! Я обещал тебе это.
– Хорошо …
– И вот еще о чем я подумал — давай поедем в отпуск?
– В отпуск? А когда?
– На Новый год. Поедем во Францию, у нашей семьи там дом, у меня там есть друзья … Поживем как обычные люди, что скажешь?
– Как обычные люди?
– Ага.
– Поехали.
Кирилл действительно довольно быстро возвращается к своей работе. И хоть Ольга и недовольна, но ничего поделать не может. Муж прав — свои мужские дела он будет решать самостоятельно. Пожалуй, у нее такое впервые. Она будет этому учиться. Будет учиться доверять своему мужу. Будет учиться предоставлять ему его власть и свободу.
В один из вечеров он говорит:
– Мои люди нашли Вадима. И я хочу, чтобы ты увидела то, что должна увидеть.
Она содрогается. Он видит, как она вцепляется в подлокотники кресла. Подходит ближе, опускает руки на ее плечи, чуть сжимает и говорит:
– Малышка, тебе станет легче, когда ты это увидишь.
– Это не по христиански …
Шепчет она едва слышно. Он отвечает:
– Ты же знаешь, что я атеист. Он должен заплатить. И он заплатит. Будешь ты это видеть или нет.
– Даже если я не буду смотреть?
– Конечно. Но я хочу, чтобы ты увидела. Пойдем.
Он ведет её в подвал, в ту его часть, где она раньше не была. Удивительно как все в этом доме: свернешь налево - увидишь концертный зал. А свернешь направо … Она крепче берется за его руку, чуть дрожит. Кирилл вводит её в комнату, тут диванчик и огромная стеклянная стена. Присаживается. Вглядывается. Узнает Вадима. Чуть сжимается, но муж говорит:
– Он не может тебя видеть.
Вздрагивает, когда на тело Вадима опускается плеть. Вспоминает, прямо сейчас она вспоминает, как этот беззащитный сейчас человек бил её. Как он кричал … Как вжималась она в комок, чтобы стать как можно незаметнее. Она не слышит, как Вадим кричит, хоть и видит, что это так. Кирилл поясняет:
– Я не включил звук. Мне кажется, это лишнее. Не хочу, чтобы ты слышала его крики.
– Я должна чувствовать удовлетворение?
– Может быть. Что ты чувствуешь?
– Ничего. Может быть, только боль.
– Сейчас мы возвращаем ему твою боль.
Ольга быстро креститься. Но неожиданно для самой себя она ощущает освобождение. Каждый удар плети по ненавистному телу освобождает что-то внутри нее. Наконец, она поднимается и говорит мужу:
– Я больше не хочу его видеть.
– Хорошо.
Набирает своего помощника и приказывает:
– Избавьтесь от него. И не забудьте напомнить, чтобы не попадался мне на глаза.
Подает руку жене, опирается другой рукой на трость и говорит:
– А теперь пойдем ужинать.
Она вглядывается в его профиль, волевой подбородок, слегка сжатые губы. Не хотела бы она попасться на его пути … Не хотела бы она оказаться его врагом. Муж слегка улыбается и шепчет:
– Ты никогда не будешь моим врагом.
Потрясенная, она спрашивает:
– Откуда ты узнал?
– Ты смотрела на меня со страхом. Мне знаком такой взгляд. Но тебе нет никакого резона меня опасаться. Я слишком тебя люблю, чтобы причинить тебе какой-то вред.
– И я очень тебя люблю!
– Я думаю сейчас о том времени, что мы проведем вдвоем. Только ты и я.
Ольга улыбается и поднимает глаза к мужу, шепчет:
– А я думаю о том, чем мы будем заниматься после ужина.
Он лукаво улыбается, а затем просит:
– А можно тебя попросить сегодня спеть?
– Спеть?
– Да. В гостиной стоит рояль, я часто вспоминаю, как ты играла на нем.
– Ты хочешь музыку?
– Хочу.
Улыбается и продолжает:
– Я самый обычный твой поклонник, а не кровожадный монстр.
Она удивленно смотрит, а затем тихо говорит:
– Я не считаю тебя кровожадным.
Приподнимается на цыпочки, нежно касается его губ. Муж отвечает на поцелуй. Наконец, отрываются и устремляются в столовую.
После ужина она занимает место за роялем. Муж располагается неподалеку на диванчике, удобно укладывает простреленную ногу, слегка прикрывает глаза и начинает слушать.
Сначала Ольга играет что-то легкое, нежное. Кажется, это импровизация. И когда она убирает руки от клавиш, муж спрашивает:
– Ты сама это придумала?
Она удивленно смотрит, отвечает:
– Как ты догадался?
– Ты придумала это только что?
Она смущается, шепчет:
– Тебе не понравилось?
– Очень понравилось. Эта мелодия как будто говорила со мной. Никогда раньше такого не было со мной. Ты мне споешь?
– Спою.
Она берет первые аккорды, задумчивая, она начинает петь, это старая ее песня, он помнит её? Поет. Она поет. В какой-то момент поворачивается к нему и, улыбаясь, обращается к нему в словах песни. Заканчивает, а затем говорит:
– У меня есть еще одна песня. И мне кажется, она про тебя.
Она начинает петь. Кирилл улыбается с каждой строчкой, а затем подходит ближе, нежно касается её плеч, приподнимает волосы и начинает покрывать поцелуями её шею. Она продолжает петь. Поцелуи его становятся все более настойчивыми. Наконец, он разворачивает жену к себе и начинает целовать её грудь, расстегивая неприметные пуговки ее кофточки. Распахивает полы и нежно касается кружева ее белья, освобождая её грудь, тянет её, шепча: