Гостья
Шрифт:
– Наш дом изменился?
– Конечно же! Этому большому дому не хватало хозяйки.
Она грустнеет, шепчет:
– Ему не хватает детских голосов.
– Здесь бывает мой племянник, приезжает Нина с Артуром …
– Ты же понимаешь о чем я …
– Я все понимаю, но мы пока не опускаем руки. И у нас все получится. Я верю в это.
– Я боюсь, что Всевышнему не угодно подарить мне дитя. Ты же знаешь, как я мечтала, чтобы ребенок Олега не родился …
– Знаю. И знаю, сколько ты в этом раскаивалась.
–
– Начинает было она, а затем грустно улыбается и говорит:
– Все время забываю, что ты читал подробное досье …
– Не надо, малышка. Не надо. У нас с тобой все получится.
– А если не получится, обещай мне, что отпустишь меня. Обещай мне!
Он улыбается, но не кивает, а говорит:
– Мы поговорим об этом тогда, когда доктор скажет, что шансов больше нет. Хорошо?
– Кирочка!!!
Она стонет его имя. А муж улыбается и говорит:
– Разве я похож на сумасшедшего, который может отказаться от того, что само пришло к нему в руки? Я обожаю тебя! Обожаю! Я попробовал жить с тобой и не хочу от этого отказываться! Никогда!
Нежно касается её скул легкими поцелуями, опускается к губам, захватывает нижнюю губку, облизывает, целует. Она чуть откидывается в его объятиях, а он продолжает целовать её шею, опускаясь ниже, к вырезу её сорочки. Проводит ладонью по её груди, сжимая, лаская соски. Слышит её стон. Улыбается. Стягивает сорочку, удобно располагает жену на подушках и склоняется к ней с поцелуями. Она уже дрожит, и когда он опускается с ласками к ее животу, уже готова, раскрывается перед ним, шепчет:
– Хочу тебя! Я тебя хочу!
И отправляется за край, едва он вводит свои пальцы в её ждущую влажность и касается языком её клитора. Он не дает ей времени прийти в себя, продолжает свои ласки. Она стонет уже беспрерывно, кончает вновь, едва придя в себя, шепчет:
– Я тоже хочу!
Развязывает пояс его халата, опускается ладонями к его белью, стягивает, чуть толкает его на подушки, склоняется к его достоинству. Облизывает, сжимает, ощущает, как он дрожит, шепчет:
– Ты очень красивый! Бесподобно красивый.
Вновь заглатывает его, сжимая губы, он рычит, высвобождается, проводит ладонью по её промежности и в тот же момент резко проникает. Она стонет, прогибается, принимая его глубже, обхватывает его ногами, проводит ногтями по его спине, оставляя следы, шепчет:
– Люблю тебя!
Он входит, быстро, резко, отрывисто, и с каждым своим проникновением шепчет:
– Ты моя! Только моя!
Она сотрясается в волнах оргазма, и все что может ответить это:
– Я твоя.
Он уже едва сдерживается, ее нутро такое сладкое, она так дрожит и сжимает его внутри … Но и он не выдерживает, когда она выплывает из очередного оргазма и чуть сильнее сжимает свои мышцы, немного поддается вперед, вновь сжимает свои мышцы. Кирилл проникает еще
Она отправляется следом, ощущая, как он наполняет её.
Она приходит в себя первой, ощущая его вес на своем теле. Ольга любит быть так накрытой … Любит ощущать, как муж закрывает её сверху. Лежит, наслаждаясь, слегка поглаживая его спину. А вот и Кирилл приходит в себя, приподнимается на руках, скатывается в сторону, шепчет:
– Это было бесподобно! Ты изумительно чувственная женщина!
Она смущенно опускает глаза, а муж уже заключает её в объятия, накрывает покрывалом и шепчет:
– Хотел бы я провести в твоих объятиях всю свою жизнь!
Она хмурится, хочет сказать что-то, но муж закрывает её рот своими губами, целует, а затем шепчет:
– Я ничего не хочу знать о твоем желании покинуть меня. Я тебя не отпущу. Ты моя! И если требуется, я каждую ночь буду напоминать тебе об этом!
– Кирочка …
– Нет! И еще раз нет! У тебя нет никаких шансов покинуть этот дом.
– Твои дети …
– У нас будут дети. И тогда у меня будет еще больше поводов запереть тебя в этом доме!
Она смеется. Говорит:
– Ты очень опасный.
– Конечно! Неужели ты еще этого не поняла? Моя маленькая птичка … Птичка певчая.
Они уезжали отдохнуть на пару недель, а по возвращении Кирилл вновь погрузился в свою работу. Мужчина несколько дней подряд задерживался в офисе, а затем ездил на несколько своих удаленных предприятий. И в тот день ничего не предвещало ничего плохого. Женщина как обычно спустилась вниз, хотелось приготовить чего-то необычного на ужин. Повернулась, когда в кухню зашел Андрей.
– Что, Андрей?
– Кирилл Евгеньевич...
– Голос его неожиданно срывается. Она смотрит, переспрашивает:
– Что с Кириллом Евгеньевичем?!
– Кажется, его подстрелили.
– Что?!
– Позвонил начальник его охраны. Его везут в частную клинику. Здесь недалеко.
– А я? Я могу поехать туда?
– Я не знаю. Сейчас я позвоню Дмитрию Евгеньевичу.
– Я должна туда поехать!
– Подождите немного.
Набирает брата Кирилла:
– Дмитрий Евгеньевич? А, вы уже знаете... Ольга Александровна хочет поехать в клинику. Можно?
Внимательно слушает, кивает. Говорит:
– Понял.
Ольга ждет, Андрей говорит:
– Можно поехать. Но вы уверены, что в состоянии ехать?
– Он мой муж …
– Я все понимаю. Ну что ж, поехали.
Она переодевается, берет свое пальто, выходят. Машина мчит в сырой осенний вечер. Ольга не отрываясь смотрит в окно. Старается не думать о том, что увидит в больнице. Никто ничего не сказал о тяжести его ранений. Надеется, что муж сможет оправиться от них. Машина въезжает во двор клиники, Андрей говорит: