Госпожа чародейка
Шрифт:
– Я согласна.
– Тогда через тридцать минут жду тебя в подвале у портала.
Спустя полчаса мы вышли из арки муниципального телепорта в красивом просторном здании с высокими мозаичными окнами.
После тихой неспешной жизни в горах, Марилона буквально оглушила меня своими звуками и красками. Город утопал в зелени многочисленных парков, пестрел тентами и шатрами летних кафе, яркими вывесками сувенирных лавок. По узким улицам с симпатичными невысокими домами прогуливались группы людей, явно туристов, по дорогам туда-сюда сновали мопеды и маленькие автомобили,
Воздух был напитан потрясающей соленой влажностью, и его хотелось пить, как сок вкусного экзотического фрукта.
– Нравится? – тихо спросил меня наставник.
От восторга я не могла вымолвить ни слова, поэтому просто кивнула.
– Тогда пошли пробовать когории.
И мы отправились вниз по улице, мощенной какими-то плоскими разноцветными камнями. Я вертела головой во все стороны, стараясь рассмотреть как можно больше, и ужасно жалела, что не взяла с собой фотоаппарат. А еще предвкушала, как буду бродить по Марилоне, когда мастер уйдет заниматься своими делами, как спущусь к океану и даже, может быть, пройдусь босиком по кромке воды. Или куплю в каком-нибудь магазине купальник и позагораю на пляже. Раз есть вода и туристы, значит, наверняка должен быть и пляж.
От вокзала мы шли не долго, минут десять – до следующего холма, на котором расположилось очень милое кафе под открытым небом. С круглыми столиками, изящными стульями на причудливых металлических ножках, множеством сиреневых и голубых цветов в белых глиняных горшках и потрясающим видом на океан.
Господин Дорн галантно помог мне усесться за стол и погрузился в изучение меню, которое нам принес официант. Я тоже было попыталась что-то выбрать, но быстро бросила это гиблое дело – во всем перечне блюд и напитков я нашла только два знакомых слова: чай и кофе.
– Хочешь, могу сделать заказ за тебя, - предложил увидевший мое замешательство мастер.
– Да, так будет лучше, - ответила я. – Стыдно признаться, но я понятия не имею, что выбрать.
– Было бы чего стыдиться, - улыбнулся маг. – В хитрых названиях здешних блюд разбираются только местные жители. Ну и постоянные гости города, вроде меня.
Видимо, наставник действительно часто трапезничал в Марилоне, потому как то, что он заказал для меня, было потрясающе вкусным – и нежный салатик из овощей и морепродуктов, и омлет с какой-то диковинной зеленью, и когории, оказавшиеся нежной выпечкой, напоминающей блинчики с начинкой из запечённых креветок.
– Как тебе поздний завтрак? – спросил Эрик Дорн, когда я расправилась с едой и принялась за чай.
– Потрясающе, - призналась я.
– Ты на меня больше не сердишься?
– Ну…, - задумчиво протянула, с усмешкой глядя на наставника, - наверное, все-таки не сержусь. Умеете вы извиняться, мастер.
– Умею, - улыбнулся он. – Что ж, будет мне уроком. Лучше, конечно, вообще никого не обижать, тогда
– Так вернитесь к людям, - предложила я. – Ведь жить в городе - здорово.
– Ну уж нет. В городе здорово тогда, когда бываешь в нем наездами, в противном случае он приедается и начинает раздражать. Лучше я буду жить в глуши, зато от каждой вылазки в большой свет стану получать удовольствие.
– Можно вопрос, мастер?
– Задавай.
– Вы ведь уехали в горы не только потому что устали от городской жизни?
– Очень личный вопрос, не находишь?
– Я не настаиваю, можете не отвечать.
– Да ладно. Здесь нет никакого секрета. Причин было много, Лорелея. И они копились не один год.
Мастер криво усмехнулся, бросил быстрый взгляд в сторону. Вдруг его лицо напряглось, а из груди вырвался усталый вздох, словно сейчас должна произойти какая-то мелкая, но неизбежная неприятность.
– И одна из них сейчас идет сюда.
Я проследила за его взглядом и тоже напряглась – к нашему столику решительной походкой приближалась стройная темноволосая женщина.
– Какие люди! – воскликнула незнакомка, подойдя вплотную. – Неужели великий Эрик наконец покинул свою берлогу и вышел в люди?
– И тебе доброго утра, Эвельда, - вежливо, но с прохладцей в голосе, ответил господин Дорн.
– Какими же судьбами ты оказался в Марилоне? – она бесцеремонно взяла стул, стоявший у соседнего столика, и подсела к нам.
Обращалась дама исключительно к мастеру, а меня полностью игнорировала. Я же молча ее разглядывала. Высокая, очень красивая – с гривой блестящих черных волос, яркими голубыми глазами, отличным загаром и соблазнительными формами, которые того и гляди вывалятся из белоснежного сарафана с глубоким декольте. На вид красавице можно было дать лет тридцать, не больше. А еще она была волшебницей. Правда, слабенькой. Мой дар, судя по исходящей от нее силе, был во много раз сильнее ее способностей.
– Решил поесть когорий, - невозмутимо ответил волшебник. – И угостить ими мою спутницу.
Эвельда бросила на меня презрительный взгляд.
– Так-так. Я смотрю, ты снова пошел по молоденьким девочкам, да, Дорн? – усмехнулась она. – Двадцать лет воздержания – это много, далеко не каждый выдержит.
Лицо моего наставника окаменело.
– Не забывайся, Эвельда, - холодно сказал он. – Наглость никому не делает чести. К тому же, не помню, чтобы мы приглашали тебя за свой стол.
– А разве от тебя когда-нибудь дождешься приглашения? – притворно вздохнула волшебница. – Все приходится делать самой. И раз уж нам с тобой посчастливилось встретиться в это чудесное утро, может, прогуляемся, поболтаем о жизни, обсудим общих знакомых?
Она говорила спокойно и чуть кокетливо, но судя по тому, как сильно ее правая рука сжала лежавшую на столе бумажную салфетку, госпожа Эвельда явно была не в духе. Интересно, почему?
– Извини, конечно, но я не имею ни малейшего желания что-либо с тобой обсуждать, - ответил мастер. – Не могла бы ты нас покинуть?