Госпожа чародейка

Богатикова Ольга Юрьевна

Мы с Алексом вздрогнули и отпрянули друг от друга. Я повернула голову и вздрогнула еще раз – в трех шагах от нас стоял господин Дорн. Судя по сжатым губам и желвакам, ходящим по его скулам, мастер был зол, как собака.

У меня от страха похолодела спина. Что случилось?! Наверняка что-то ужасное, раз наставник покинул пределы жилища, и явно связанное со мной, так как развилка, на которой мы стояли, находилась метрах в двухстах от его дома. Вряд ли господин Дорн собирался прошвырнуться в горы, скорее всего, он направлялся в Дорф. Боги, что же

произошло?!

– Завтра у тебя занятие, - ледяным тоном напомнил мне волшебник. – Не пора ли возвращаться в дом? Уже, знаешь ли, полночь.

Мне стало нехорошо. Конечно, он не станет ругать меня при постороннем человеке. В голове судорожно роились мысли. Где же я накосячила? В лаборатории ничего взорваться не могло, вода у меня везде выключена, электричество тоже, все задания выполнены верно…

– Добрый вечер, - вклинился мой спутник. – Вам не следует волноваться, я бы проводил Лорелею до самой калитки, - а потом протянул Дорну руку и представился, - Алекс.

Волшебник смерил его внимательным колючим взглядом и крепко пожал протянутую руку.

– Эрик.

Лично меня это резануло по ушам. Какой еще, к демонам, Эрик?..

Алекс же или не понял, кто сейчас стоит перед ним, или посчитал, что у легендарных колдунов в порядке вещей представляться просто одним именем.

– Благодарю, что проводили мою помощницу, Алекс, - сказал мастер. – Дальше мы сами.

– Тогда всего хорошего и доброй ночи, - улыбнулся мой метеоролог. – До встречи, Лея.

– Пока, Алекс, - улыбнулась я.

– Идем, Лорелея, - велел мне чародей и первым направился к дому.

Шли молча. Тишину я рискнула нарушить лишь когда Алекс скрылся из виду.

– Мастер, что случилось? – спросила я.

– Ничего, - раздраженно ответил чародей. – Кроме того, что уже глубокая ночь.

Что? Причем тут это?

– Мастер, я подумала, что раз уж вы вышли из дома, значит, произошло что-то…

– Лорелея, я неясно выразился? Ничего не произошло. Кроме того, что ты несерьезно относишься к своей стажировке. На этом все.

То есть, в доме ничего не взорвалось, не случилось ни потопа, ни пожара, ни нашествия грыгов? А за каким, простите, демоном он тогда перебил наш с Алексом поцелуй?! Почему разговаривает со мной так, будто я как минимум спалила его дом?!

Я шла за Дорном и чувствовала, как испуг сменяется злостью. Что же вы за скотина, мастер?!

Я ведь выполняю все поставленные условия, работаю с пастухами, успешно делаю задания. Да ко мне за весь этот неполный год никто ни одной претензии не предъявил!

А этот гадкий колдун только рычит, фыркает, закатывает глаза и ведет себя так, будто я наглая, бесполезная приживалка. И булки все мои вчера сожрал.

За ограду поместья мы вошли через мою калитку.

– Доброй ночи, Лорелея, - сказал господин Дорн.

– Доброй, - со злостью в голосе буркнула я.

Он бросил на меня быстрый взгляд и удалился. Мне вдруг подумалось, что если все это и есть обещанный знак, то он

явно какой-то не очень хороший.

Много месяцев спустя, вспоминая этот случай, я поняла, что звезды действительно давали мне тогда предупреждение. Жаль, что я не смогла его расшифровать…

***

В понедельник утром я проснулась с ощущением грядущей подлянки. Это, конечно, бред, неприятностям, вроде бы, появиться не откуда. Разве что мастер, рассердившийся вчера не пойми на что, покалечит на тренировке. Или убьет. Но и это вряд ли, стажировка у меня официальная, а значит я – существо подотчетное.

Во время пробежки ощущение усилилось. Наверное потому что бегала я на этот раз без Алекса. Доскакала до Дорфа, пару минут потопталась возле деревни и отправилась обратно. Собственно, ничего особенного в том, что Алекс пропустил пробежку, нет – мой метеоролог, наверняка отсыпается после вчерашних танцев.

На встречу с наставником шла с некоторым волнением – все еще злилась на него из-за несостоявшегося поцелуя и несправедливых обвинений.

А вот господин Дорн, наоборот, пребывал в отличном расположении духа. Настолько отличном, что ни разу не попытался поджарить меня пульсаром, уколоть рапирой, порезать мечом или застрелить из пистолета или арбалета. Да и сама тренировка оказалась на удивление короткой – длилась не три часа, как всегда, а минут сорок.

Обычно наставник придерживался мнения, что если нечисть-нежить при встрече осторожничать со мной не будет (а она не будет), то и ему нежничать ни к чему. Потому по-прежнему гонял меня, как дикую козу. После традиционной разминки («Ты с утра пробежала четыре километра? Молодец. Иди, разомнись еще») всегда были занятия на выносливость, фехтование или стрельба.

В этот же раз, прежде чем мастер объявил, что тренировка закончена, я всего пару раз подтянулась на турнике, немного покувыркалась на кольцах, отбила два ленивых пульсара, один раз выстрелила в мишень из легкого арбалета и все. Не то, что устать, вспотеть не успела. Чудеса, да и только.

– Я должен извиниться перед тобой, Лорелея, - сказал после занятия чародей. – За вчерашнее. Я был излишне резок. Прости.

Я не ослышалась? Великий и ужасный простит прощения?

– У меня сегодня есть дела в одном хорошем городе, - продолжил Дорн. – Если хочешь, можешь пойти туда вместе со мной. Будет у тебя еще один выходной.

Ну ничего себе!

– А куда вы отправитесь, мастер?

– В Марилону. Это очень красивый город на берегу океана. Пойдешь?

– Пойду, - улыбнулась я. – Никогда не видела океан.

– Вот и прекрасно, - кивнул волшебник. – Скажи-ка, ты когда-нибудь пробовала когории?

– Нет. А что это такое?

– Очень вкусная штука, - улыбнулся Дорн. – И в Марилоне их готовят лучше, чем на всем остальном континенте. Ты меня завтраком уже угощала, теперь моя очередь. Что скажешь?

Поздний завтрак в портовом городе, в котором наверняка есть на что посмотреть? Хм…