Господнее лето
Шрифт:
она горела изнутри
тем отдалённейшим искусством,
которое ни повторить,
ни оценить не может Млечный,
отмеченный наклоном путь…
В нераспечатанную Вечность
не он
.
3
.
.
Итак, он начат на скрещенье
непредсказуемых путей,
когда поют ночные щели,
и воздух полон новостей.
Он стал поэтом перепутий
и линий, свёрнутых в нули,
которые неясной сутью
пугают жителей земли.
.
4
.
Он соловья берёт за трели,
как мы – за крылья стрекозу,
и летний воздух сверлит дрелью,
как вспышки молнии в грозу.
Зачем материя, где розы
лишь тонкий запах, ипостась
себя явившей миру грёзы,
чтоб песня лучшая лилась?
.
5
.
Он – жизнь в её простом порыве
себя избавить от границ,
и обнаружить зренье в сливе,
и погрузиться в разум птиц.
Как звёзд ленивые подруги,
над ним согнулись
и вот вам светоносный сад,
где яблоки планет висят.
.
6
.
Он может придумать того, чего нет,
и рифмой заткнуть прохудившийся чайник.
Он может исполнить дивертисмент,
где тонет второе столетье «Титаник».
Он в гости приходит в потёртом пальто,
и след заметает одежд бахромами,
но это не видит, возможно, никто,
каким он красавцем проходит мирами.
.
7
.
Писал он книгу шумную, как дом,
где вещи притаились за углом,
за каждой мыслью, каждою строкой,
в его судьбу впадавшею рекой.
И книгу эту он не дописал,
зато обрёл в глубинах «я» участье
иного мира, где горел вокзал,
но все пути заканчивались счастьем.
Сокращённая версия. Полный текст книги размещён в формате pdf.