Господин метелей
Шрифт:
— Только мне совсем не хочется, чтобы вы находились там, — сказала я строго.
— Даже мысли такой не было! — переполошился Сияваршан. — Как ты могла подумать, Бефаночка!
Я посмотрела на Велюто, и Сияваршан ахнул, а потом схватил его в охапку. Велюто попытался рассыпаться снегом, но Сияваршан мигом скатал его в пушистый снежок, бросил вниз по лестнице и проникновенно меня заверил:
— Он тебя не побеспокоит, малыш, не волнуйся.
— Спасибо, — поблагодарила я.
Мы замолчали, на цыпочках проходя мимо кабинета и спальни Близара. Я
— Вот здесь, — шепнул дух, толкая одну из дверей.
Я вошла и замерла на пороге, потрясенная удивительным зрелищем. Никогда мне не приходилось видеть такой ванны — здесь не было закопченных котлов, разбросанных дров и щепок, а жаровня была только одна — медная, наполненная камнями, куда полагалось плескать воду для пара. Но жаровня располагалась на такой же плите, что и печь в кухне. Камни уже раскалились, и в помещении пахло мятой и розмарином. На полках стояли светильники из цветного стекла, а в плоских чашах лежали свежие розовые лепестки. Огромные зеркала — от потолка до пола, делали эту комнату бесконечной, превращая в тысячи арок, уходящих коридорами в темноту, посмотришь — и кружится голова!
В довершение всего, у стены стояла огромная серебряная ванна. Вместо ножек ее поддерживали серебряные русалки, вставшие на хвосты. Начищенная до блеска, ванна обещала негу и удовольствие, которых я была лишена с тех пор, как уехала из дома. Конечно, у нас в Любеке не было такой замечательной ванны — всего-то медная небольшая кадка, в которой можно было сидеть, поджав ноги, а эта — серебряная — обещала королевское наслаждение!
— Но где нагревать воду? — спросила я, оглядываясь. Нигде нет ни кувшинов, ни ведер.
— А нагревать и не надо, — хитро сказал Сияваршан и подлетел к ванне. Он повернул два рожка, торчащих из стены, и оттуда полилась вода.
Я подставила руку — из одного рожка текла холодная вода, из другого — горячая.
— Колдовство… — только и могла произнести я.
— Оставляю тебя, Бефаночка, — промурлыкал Сияваршан, удаляясь, как и положено, через дверь, а не через сливное отверстие, к примеру. — Мыло в шкафчике, полотенца в сундуке. Не забудь запереться.
Конечно же, я не забыла, и сразу закрыла дверь на фигурную задвижку. На ней тоже красовалась русалка — с такой хитрющей физиономией, что поневоле думалось об очередной каверзе. Но мыло было душистым, как самые лучшие духи, а полотенца — мягкие и белые, как снег, и я не стала больше раздумывать.
Раздевшись, я подвязала волосы повыше, взяла кусок мыла, пахнущий мятой, и плеснула на камни из кувшинчика с тонким горлом, поддавая пару. Ванна наполнилась, и я опустилась в нее до самого подбородка, едва не застонав от удовольствия.
Все перестало существовать — и время, и замок колдуна. Не знаю, сколько я наслаждалась купанием, постепенно подливая горячую воду и снова и снова плеская на камни ароматный мятный
Умиротворенная и уставшая, я вылезла из ванны, намотав полотенце на голову в виде тюрбана, и принялась вытираться другим полотенцем, когда дверь распахнулась и появился Близар.
Все произошло так неожиданно, что я даже не сообразила прикрыться — так и стояла, прижав полотенце к груди. Стояла и смотрела на Близара, который застыл на пороге, позабыв убрать руку с дверной ручки.
Похоже, он также собирался насладиться прелестями ванны, потому что был в одном только бархатном халате на голое тело — халат распахнулся до самого пупка, показывая полное отсутствие нижней рубашки.
Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, а потом взгляд Близара переместился ниже — медленно и оценивающе. Именно этот непристойный взгляд заставил меня очнуться.
Схватив платье, прижала его к себе, пытаясь спрятать и голые ноги, и плечи, и все остальное.
— Уйдите! — произнесла я дрожащим от негодования голосом. — Немедленно уйдите!
Что если он вздумает принудить меня к тем непотребствам, которыми занимается с другими девушками? От одной мысли мне стало плохо, и ноги подкосились от страха.
Взгляд Близара переместился куда-то повыше моего плеча, и я с ужасом поняла, что озаботившись скрыть главный фасад, совершенно забыла о заднем фасаде — и колдун мог преспокойно любоваться мною в зеркало.
Слабо всхлипнув, я сделала несколько шагов назад и прижалась спиной к зеркалу.
— Вы бессовестный, аморальный… — начала я гневно, смотря прямо в бесстрастное лицо колдуна. — Но я никогда…
— Ты что здесь делаешь? — перебил он, не торопясь запахнуть халат.
— Вообще-то, принимаю ванну, — сердито сказала я.
— Вообще-то, это моя ванна, — сказал он. — Ванна для прислуги этажом выше. И запираться надо, если что.
Он повернулся и ушел, закрыв дверь, а я тут же метнулась запираться, хотя в этом точно не было необходимости. От кого было запираться, если в замке находились только двое — я и колдун, и он только что дал понять, что ничуть не собирается на меня покушаться.
Вся красная от негодования и стыда, я зло посмотрела на ехидную русалку. Я прекрасно помнила, что заперла дверь! Неужели еще одна шутка этого странного дома?! Или…
Сияваршан. Его проделки.
Я принялась натягивать рубашку, даже не вытершись толком, и намучилась с прилипающей тканью. Надела платье, туго подпоясавшись, и только тогда почувствовала себя увереннее. Выглянув в коридор, я убедилась, что там пусто и на цыпочках покралась к лестнице. Я благополучно миновала спальню колдуна и уже прошла его кабинет, как вдруг дверь кабинета приоткрылась.
— Антонелли, — услышала я холодный голос и остановилась, закатывая глаза.
— Не забудь про перину и постель, — сказал колдун. — А если я еще раз застану тебя в моей ванной, то посчитаю, что ты тоже решила принести домой немного серебра в подоле.