Город
Шрифт:
При любом подозрительном звуке Варвара в любой момент она была готова броситься назад к себе в дом и запереться на все засовы. Но пока всё оставалось спокойно и потому, собравшись с духом, Варвара громко спросила:
— У вас всё нормально? Вам требуется помощь?
Но ответом ей была лишь могильная тишина.
Ещё раз оглядев лестничную площадку и убедившись в том, что она одна, Варвара шагнула к незапертой двери.
Теперь она стояла на самом пороге соседней квартиры и могла детально рассмотреть коридор.
Вдоль
Этот след — свидетельство того, что здесь действительно произошло что-то большее, чем семейная ссора, притягивал и одновременно отталкивал её. Казалось, что теперь, когда она выяснила, что в соседней квартире действительно произошло нечто страшное, можно уходить и смело вызывать милицию, но что-то не отпускало её, не давало уйти.
Ведь, по сути, она так и не выяснила, что же произошло на самом деле.
Эта тайна притягивала её, заставляя решиться на отчаянный шаг.
Отчаянно желая узнать неизвестное, она, вопреки увещеваниям здравого смысла, медленно и осторожно, словно канатоходец, нависший над бездной, шаг за шагом стала входить в распахнутую дверь.
Коридор был не освещён, оттого он казался ещё более мрачным, зловещим. Единственным светлым лучиком в этом тёмном царстве был свет струящийся из приоткрытой двери в конце коридора. Туда то и решила направиться Варвара, так как кровавый след, оставленный ладонью, начинался именно в этом месте.
Сейчас отсюда невозможно было различить, что же именно там произошло, для того чтобы это выяснить, нужно было открыть дверь.
Варвара лишь едва-едва прикоснулась к двери, как та с протяжным скрипом растворилась в спальню.
Увиденное в комнате ярко освещенной рассветным солнцем пёстрым хороводом завертелось перед её глазами.
Кровь, словно из ведра, выплеснутая на стены, оклеенные бледно-голубыми обоями, сгустившись до гелевого состояния, лениво стекала вниз.
Варвара зачарованная этим кровавым зрелищем сделала ещё пару шагов, а в следующий миг её ноги, словно корни могучего дерева, вросли в пол.
Её зрением всецело овладела картина, развернувшаяся на скомканной кровати.
В ворохе окровавленного постельного белья лежала её новая соседка. Она была обнажена, но лишь человек с больной психикой смог бы найти в этом зрелище что-нибудь сексуальное. Тело, принадлежащее девушке примерно двадцати пяти лет от роду, было жестоко истерзано.
Девушка лежала поперёк кровати. Её запрокинутая голова, свешивающаяся с кровати, оказалась напротив Варвары и та не отрываясь смотрела на то как некогда красивое лицо было обезображено и свисало с оскальпированного черепа кровавыми лоскутками.
По всему телу, густо залитому темнеющей кровью, отчётливо виднелись следы зубов.
Левая грудь девушки отсутствовала, и теперь на её месте зияло месиво из рваной плоти.
Варвара,
Правая нога наступила на что-то мягкое податливое.
Едва не вскрикнув, Варвара чуть отступила в сторону, и чисто автоматически бросила взгляд вниз, радуясь возможности, наконец, хоть на миг оторвать взгляд, как магнитом, прочно притянутый к мёртвому искромсанному телу.
Но оттого, что она увидела внизу, ей отнюдь не стало легче.
Её ступня угодила в кусок окровавленного мяса, в котором Варвара без труда угадала ту самую недостающую грудь женщины.
Под её весом, кровь ещё оставшаяся в этом фрагменте плоти, точно из губки, пенясь, вытекла на пол.
Большее количество ужаса её перенапряжённая психика переварить была уже не в состоянии, и едва сдерживая рвотные позывы, Варвара опрометью бросилась назад к своей квартире. При этом правый тапочек, обильно напитавшийся кровью выдавленной из оторванной груди девушки оставлял позади себя вереницу петляющих отпечатков.
Уже на пороге собственной квартиры, когда она не смогла сдержать очередной рвотный позыв, неоднородная масса неудержимым потоком стала извергаться из её желудка.
Лишь после того как желудок опустел, Варвара, едва держась на ватных ногах, поплелась вглубь своей комнаты.
Механическим жестом стерев остатки рвотной массы с губ и подбородка Варвара взяла в руки телефонную трубку.
Лихорадочно дрожащие пальцы, тем не менее, без сбоев набрали необходимые цифры.
Через несколько мгновений в трубке послышались частые гудки. Варвара вновь повторила все эти нехитрые действия, и вновь получила аналогичный результат.
Не собираясь так легко сдаваться, она раз за разом набирала телефонный номер милиции, и неизменно ответом её были лишь частые гудки.
В этот миг отчётливо заскрипела входная дверь.
Слишком поздно она вспомнила о то, что в спешке не заперла собственную дверь.
Смертельно боясь посмотреть на вошедшего сразу, Варвара сначала пробежалась взглядом по цепочке следов, оставленных её правым тапком, луже рвоты исторгнутой у самого порога и медленно подняла глаза.
В дверях стояла её новая соседка.
Мёртвая соседка…
* * *
Анфиса встала с постели, поморщилась и болезненно сжала ладонями виски — начало этого дня было слишком шумным. Грохот и невнятные вопли, доносившиеся сейчас из-за стены, как и громкая музыка в любое время суток, для гигантского человеческого муравейника в котором она жила, были вещами столь обычными, что она старалась не придавать им никакого значения, однако, головная боль не становилась от этого терпимее.