Город ведьмы

Азимова Анна

Клод попытался что-то ответить, но из горла вырывался лишь какой-то хрип.

– Говорил я тебе, не ходи в мертвый город, - продолжал Дик, без тени удивления, будто спасает людей от публичной казни на костре каждый вторник.
– Хорошо хоть додумался меня позвать.

Он не спеша слез с лошади и проковылял к пятачку около башни, на котором застыли Густав, пара парней, связавших Клода, и сам Клод с Люси в объятиях застывшего огня. Дик спокойно и в полном молчании развязал Клода и девочку, аккуратно усадил их спиной к башне и связал той же самой веревкой

Густава с помощниками. Затем опустился рядом со спасенными пленниками и вытянул ноги.

– Ну, рассказывай, - кивнул он Клоду.

– Что?
– не понял тот.

– Говори, как ты докатился до жизни такой, - хохотнул Дик.
– Ты же вроде бы прятаться собирался. Если ты вдруг не знаешь, то лечь на дно означает не привлекать к себе внимание, а не быть принесенным в жертву древним предрассудкам. Хотя такой путь тоже в какой-то мере решает проблему...

– Это не смешно, - буркнул Клод, растирая горло, чувствуя, как к нему вместе с голосом возвращается жизнь. Ноги еще саднило, но глоток свежего воздуха пьянил и обнадеживал.

– Ну, не знаю, - возразил Дик, все еще широко улыбаясь.
– Меня еще ни разу не сжигали на костре. Хотя я давал для этого поводов куда больше.

– Не сомневаюсь, - все также мрачно отозвался Клод. Отдышавшись, он начал осматриваться по сторонам, пока. наконец не заметил странного оцепенения, охватившее все вокруг кроме них самих.
– А что это с ними?
– спросил он, указывая на горожан.

– Считай, что они просто спят, - отмахнулся собеседник.
– Нам нужно обсудить гораздо более важные вещи.

Он расположился напротив Клода, сложив ноги по-турецки, поерзал, усаживаясь поудобнее, и внимательно посмотрел в глаза юноше. Того немного передернуло.

– Клод Мангери, - сказал Дик серьезным тоном, совсем не похожим на прежнюю шутливую манеру.
– Как тебе Тремола?

– Что?
– опешил Клод.

– Как тебе город, спрашиваю. Нравится, нет? Люди какие? Погода, не знаю, достопримечательности?

– Ты сейчас серьезно?
– парень пытался подавить улыбку.
– Это и есть твои важные вещи?

– Более чем, - кивнул Дик.
– Ты бы лучше не смеялся, а отвечал.

– Ну, - Клод немного замялся.
– Город как город. В меру приятный, ухоженный, и люди тут неплохие...

– Неплохие, - эхом отозвался Дик. кивнув в сторону застывших горожан.
– Ну-ну...

– Я не это имел в виду, - смешался Клод.
– Я...

– Что - ты? Понимаешь, в чем проблема, Клод?
– наседал Дик.
– Кто ты и что ты? Почему ты выбрал Тремолу, хотя я предлагал тебе другой город тогда, в таверне? Почему ты бежишь спасать всех и вся, всецело доверяя какому-то призраку, а сам не очень-то спешишь разобраться и подумать, в чем дело? Что ты тут делаешь, Клод?

– Я...
– начал тот и задумался. Дик был прав, как и всегда, впрочем. Все, с самого начала, проходило перед мысленным взором Клода в замедленной съемке. Будто озвучивая все эти события, он заговорил.
– Я очень боялся. Всю свою жизнь, сколько себя помню, за мной всегда следовал

страх. Тогда в таверне, на дне твоего сундука была кульминация: я понял, что больше всего на свете не хочу бояться. Я думал, что в заброшенном городе только руины и воспоминания, а этого не стоит бояться.

Дик хмыкнул, но Клод не обратил на него внимания.

– Здесь все оказалось не так, как я ожидал... И меня это обрадовало. Я мог не бояться быть собой, даже более того: впервые в жизни я делал то, что люблю и был счастлив. Меня ценили и знали, и это было приятно, знаешь ли. И девочки...

– Ты так к ним привязался?

Клод кивнул.

– Я не хочу думать, что будет с ними, если...
– он запнулся и умолк, пытаясь отогнать от себя страшную мысль.

– Тогда скажи мне, - спросил немного погодя Дик.
– Ты бы хотел спасти Тремолу?

– И ты туда же?!
– подскочил Клод, но от резкого перепада высоты голова закружилась, и ему пришлось вернуться на место.
– Почему вы все меня об этом спрашиваете? Спасти, спасти... Но никто не говорит, что делать.

– А, так значит, я не первый, - Дик задумчиво почесал подбородок.
– Интересно...

– Что интересного? Лучше бы объяснил, что тут происходит.

– Объяснить тебе? А сам как считаешь?

Клод задумался. Все слова, фразы, воспоминания и видения кружились в голове, как кусочки мозаики, которая никак не хотела собираться воедино. Ведьма, лилии, душа девочки, Лис и погибшая Аурелия, которая как-то связана с его подругой детства - причем тут он, Клод? Что в нем такого, способного разрушить целое проклятие? Ведь он слабый, ничем не примечательный...

– Вот тут ты ошибаешься, - флегматично заметил Дик, но уловив озадаченный взгляд Клода, добавил.
– Извини, я не хотел лезть, просто ты думал слишком громко.

– Что значит, громко? Как вообще можно громко или тихо думать?

– Ну, понимаешь... Разница все-таки есть, хоть и небольшая. Я просто их слышу, твои мысли. Вообще, не только твои, но больше тут никто думать не способен.

– А как же люди?
– указал Клод в сторону горожан.

– А ты уверен, что они настоящие?

– Что? Чушь какая-то, - пробормотал Клод, потирая ноги и горло. Ощущение жара в ступнях вновь вернулось к нему и прошибло холодным потом. Разве призраки могут сотворить такое?

– А ты проверь, - шепнул ему Дик.
– Они все равно заморожены. Они не смогут навредить тебе.

Недоверчиво покосившись на него, Клод все же поднялся и подошел к людям, смотревшим на него напряженно и враждебно. Но Дик говорил правду - никто из них и дернуться не мог, как бы ни был настроен. Клод подошел наугад к полной даме с непоседливым ребенком и дотронулся до сплетения их рук - бах!
– и вместо теплой кожи под ладонью оказалась лишь пыль, оседающая на камни. В недоумении он подошел к немолодой паре, яростно потрясающих кулаками и коснулся их плеч - пфф!
– оба рассыпались у его ног. Одного за другим Клод обходил людей, и все они рассыпались под его руками, таяли, как миражи.