Город туманов 3
Шрифт:
– Облако… – пробормотал Литвинов, пуская дым в потолок.
Чародейское облако, поглотившее в тот вечер дом генерала, было не чем иным, как мороком. Доказать это майор не мог, но чутье, опираясь на единственные кадры происходившего в тот вечер, которые успели показать СМИ, подсказывало, что он не ошибался.
Вик, единственный, с кем Литвинов в то время мог консультироваться по этому вопросу, не мог подтвердить, что это был морок, хотя так же, как и Литвинов, видел тот экстренный выпуск новостей. Он говорил, что чар было много и по одному внешнему виду определить их, как правило, было невозможно.
Тем не менее, Литвинов стоял на своем и всячески
Этот факт, который Литвинов видел собственными глазами, очень даже намекал на то, что тот морок, в захват которого в свое время попала чародейка, и тот морок, который атаковал Карташова, был делом рук одного и того же лица, и при любых других обстоятельствах Литвинов бы уперся в стену, ломая голову над тем, кем же было то самое лицо, которое, очевидно, было чародеем, но… Но! Литвинов не безосновательно считал, что никакого покушения на Карташова не было, что на самом деле генерал сам и выпустил тот морок (возможно, даже случайно в порыве гнева), и что тот морок, который чуть не убил Вельму (к слову, сразу после того, как она убила типа любимицу генерала Октавию), также был выпущен им.
Генералу и чародею по совместительству не составило бы труда организовать сброс вызова на их отдел, как в свое время поступил Лавлинский, сбросивший на них дело Самойловой.
Доказать эту теорию Литвинов также не мог, но в принципе он и не хотел что-либо доказывать, он просто хотел, чтобы Карташов сдох, причем, желательно от рук майора. И ног тоже, ибо Литвинов по собственному опыту знал, что лежачих били.
Еще одним очень важным моментом оставался конверт, подброшенный Вельме. Исходя из слов чародейки о том, что Литвинова при помощи чар буквально доставили к ее семье, а также то, что одна фотография из конверта, на которой изначально была только церковь, появилась у Вельмы уже с Литвиновым на ней, указывало на то, что тот, кто подбросил конверт и поспособствовал находкам майора, был одним лицом, то есть чародеем, который по неведомым майору причинам очень хотел, чтобы Вельма узнала правду о своем прошлом.
1.5
Чародейка не спеша прошлась по комнате. У Антона она была всего один раз, и его двухкомнатная квартира в новеньком доме оставила у нее приятное впечатление. Сейчас же ее обстановка совершенно не интересовала Геру и, скользнув взглядом по направлению спальни, она повернулась к Антону.
У нее было много разных мужчин и много разных женщин, и каждый первый раз, особенно, когда желание зашкаливало, был по-своему волнительным, ведь ожидания так часто не совпадали с реальностью.
Аура Антона трепыхала, как флаг на ветру, и тепло его тела чародейка ощущала даже на расстоянии. Это возбуждало Геру, но особых сексуальных подвигов от старшего лейтенанта она не ждала. Не потому, что она считала, что доставить удовольствие могли только мужчины постарше, которые, как правило, ее и привлекали, или же женщины, которые не понаслышке знали обо всех тонкостях эрогенных зон и стимулирующих оргазм прикосновений, а потому, что это просто было видно невооруженным взглядом.
По этой причине Гера и не торопилась, подбирая наиболее грамотный подход к получению оргазма. Иначе было никак, ведь она любила идти до конца, и оставлять желания
Чародейка сняла плащ и положила его на черный кожаный диван, стоявший позади нее. Антон в неком подобии транса повторил за ней и снял курточку. Правда, бросил он ее прямо на пол, но не суть.
Игриво сверкнув глазами, Гера взялась за юбку. Тут уже и она не стала замарачиваться и, сбросив ее с себя, просто оттолкнула ногой. Антон облизнулся, ощупывая взглядом едва прикрытый белой рубашкой лобок чародейки, но, не зная, за что хвататься – за свитер шоколадного цвета или за ремень на элегантных брюках – рассеянно забегал руками где-то между ними.
Чародейка облегчила ему выбор, отдав предпочтение свитеру, который просто вдруг исчез с торса старшего лейтенанта. Похвастаться суперкубиками на прессе Антон не мог, но бицухи, как и грудные мышцы, у него были что надо, и теперь уже настал черед чародейки облизнуться.
Поманив к себе Антона, Гера избавилась от своей рубашки. Шляпу, конечно же, она оставила. Ну, на тот случай, если вдруг без должного присмотра из шляпы надумает в самый ответственный момент выпрыгнуть кролик и испортить тем самым все веселье. Нет, нет, нет! Шляпа, кролик и ботфорты надежно остались при чародейке!
Антон остановился ровно на том месте, с которого соски чародейки наилучшим образом упирались в него, а рукам было максимально удобно лечь ей на талию. Он жадно впился в губы Геры и его руки быстро переместились с ее талии на ягодицы, но чародейка только чуть-чуть побаловала его и, отстранившись, присела на диван. Ее попка мгновенно прилипла к кожаной обивке, но Гера не обратила на это внимание и опытно взялась за расстегивание ремня старшего лейтенанта.
Освободив из плена брюк и сексуально обтягивающих боксеров возбужденный член, Гера без промедления взяла его в рот. Минет делать она любила, и член старшего лейтенанта с обоюдным удовольствием заходил то за щеку, то глубоко в глотку, то просто нежился ее губами. Однако в данной ситуации чародейка преследовала не только цель получить удовольствие самой и при этом не обделить удовольствием Антона, но и также снять с него лишнее напряжение, вызванное слишком длительным желанием, чтобы далее можно было уже и спокойно трахаться.
Извержение произошло четко по плану, и, сглотнув сперму, Гера немного пососала яички тяжело дышавшего Антона, смотревшего на нее так, словно это был его первый в жизни минет, причем, шикарный до слез.
Впрочем, отчасти это так и было, ведь у старшего лейтенанта прежде не было чародеек, тем более таких, как Гера.
Довольно причмокнув, она откинулась на спинку дивана и широко развела ноги. С нее прилично натекло на диван, но это ее не беспокоило. На то диван и был кожаный, чтобы подобные мелочи без особых усилий удалялись с него самой обычной влажной тряпкой. К тому же по плану у чародейки было еще много разных выделений и не только на диван.
Убедившись, что Антон заворожено, смотрел туда, куда нужно было, Гера без стыда начала поглаживать свой клитор. Это было приятно. Очень. И так она могла делать до наступления оргазма, но цель Геры была не в этом. В смысле, в оргазме, разумеется, но только в том, который она хотела получить благодаря Антону, для которого и проводились все ее действия: чародейка показывала ему, что она хотела и как хотела.
Будто снова впав в некий транс, Антон опустился на колени. Наклонившись, он обхватил руками грудь чародейки и по очереди попробовал на вкус ее соски, ставшие от возбуждения твердыми.