Город смерти
Шрифт:
Часть обода люка начала светиться от повторяющихся залпов. Потом раздался знакомый голос:
— Все в порядке, Батчер! Вы взяли их, капитан!
Ридра взглянула вниз и увидела Брасса, включившего огонь у люка и стоявшего в его свете у корпуса. Из своего убежища, опустив пистолет вышел Батчер.
Свет снизу еще более искажал дьявольскую внешность Брасса. В каждой лапе он держал по фигуре.
— Это действительно мои, — он потряс правую фигуру, — он старался пробраться обратно в корабль, поэтому я наступил ему на голову. — Пилот бросил безжизненное тело на плиты
В лифте мозг ее вернулся к английскому, и она начала думать. Иней на волосах Батчера начал таять и превращаться в крупные капли.
— Эй! — окликнула Ридра. — Если вы здесь, Брасс, то кто же у приборов?
— Киппи. Мы снова под контролем «Тарика».
— Ром, — сказал Батчер. — Негорячий и без масла, просто ром.
— Человек, близкий моему сердцу, — кивнул Брасс.
Одной рукой он обхватил за плечи Ридру, другой — Батчера. Дружеский жест, но она поняла, что он поддерживает, почти несет их.
Звон пошел по кораблю. Пилот взглянул на потолок.
— Расцепились.
Он привел их в капитанскую каюту. Когда они свалились в кресло, он сказал в интерком:
— Эй, дьявол, иди сюда и прихвати выпивку. Они заслужили ее.
— Брасс! — Ридра схватила пилота за руку, когда он повернулся, чтобы выйти. — Вы можете доставить нас отсюда в штаб-квартиру Администрации Союза?
— Он почесал за ухом.
— Мы на самом кончике Языка. И я знаю эту часть Снэп только по карте. Но чувствователи говорят мне, что мы на самом начале течения Наталь-бета. Оно проходит через Снэп, по нему мы можем добраться до Атлоас-ран, а оттуда до дверей Администрации Союза. Восемнадцатьдвадцать часов полета.
— Тогда летим.
Ридра посмотрела на Батчера. Он не возражал.
— Хорошая мысль, — сказал Брасс. — Примерно половина «Тарика»… гм… лишены тела.
— Захватчики победили?
— Нет. Крибианцы победили. Они наконец поняли, что происходит, поджарили большой корабль, и схватка кончилась. Но еще до этого «Тарик» получил в корпусе дыру, достаточную, чтобы пропустить три корабля-паука. Киппи сказал мне, что все оставшиеся заняты работой, но у них нет двигательной силы.
— А что с Джебелом? — спросил Батчер.
— Мертв, — сказал Брасс.
Дьявол просунул свою белую голову в дверь.
— Вот они.
Брасс взял бутылку и стаканы.
Громкоговоритель: — Батчер, мы видели, как вы схватились с крейсером Захватчиков. Вы живы?
— Батчер жив, шеф.
— Мало кому еще так повезло. Капитан Вонг, я надеюсь, вы посвятите мне элегию?
— Джебел? — Ридра села рядом с Батчером. — Мы немедленно направляемся в штаб-квартиру Администрации Союза. И вернемся с помощью.
— Как вам будет угодно, капитан. У нас тут немного тесно.
— Мы отправляемся.
Брасс был у двери.
— Помощник, парни в норме?
— Присутствуют и пересчитаны. Капитан, вы никому не давали разрешения на
— Нет, насколько я помню.
— Это все, что я хотел знать. Pan, ко мне…
Ридра рассмеялась.
— Навигаторы?
— Готовы, — ответил Рои.
Ридра расслышала голос Молли: «Пили така, кулала, милала, милеле…» — Перестаньте спать, — сказала Ридра, — мы стартуем.
— Молли учит нас стихотворению на суахили, ответил Рон.
— О! Чувствователи?
— Ап-чхи! Я всегда говорил, капитан, что нужно держать кладбище чистым… Однажды и вам оно может потребоваться. Джебел этого не учитывает. Мы готовы.
— Пусть помощник пошлет вниз одного из парней со шваброй, Брасс.
— Все проверено и готово, капитан.
Включились стасис-генераторы, и Ридра откинулась в кресле. Внутри нее что-то расслабилось наконец.
— Я не думала, что мы выберемся отсюда, — Ридра повернулась к Батчеру, который сидел на краю кресла, глядя на нее. — Вы знаете, я нервная, как кошка. И чувствую себя не очень хорошо. О, дьявол, этот старт. — С расслабленностью болезнь, которую она так долго отгоняла от себя, начала овладевать ее телом. — Я чувствую себя так, будто разлетаюсь на части. Знаете, когда во всем сомневаешься, когда кажется, что чувства тебя обманывают…
Дыхание причиняло ей боль.
— Я — быть, — мягко сказал Батчер, — а вы — суть.
— Не позволяйте мне сомневаться в этом, Батчер. Я и об этом начала задумываться… Среди моего экипажа есть шпион, я ведь говорила вам об этом? Может, это Брасс, и он швырнет нас в другую Новую? — Болезненность начала переходить в истерию. Она выхватила бутылку из руки Батчера. — Не пейте это! Д… д… он мог отравить нас! — Она неуверенно встала. Все было охвачено красным туманом. — Или один из мертвых. Как… как я мог… могу… сражаться с призраком? — Чувствуя боль в животе, она боролась с тошнотой. С болью пришел страх. Она уже не могла говорить ясно. — У… убить… убить нас! — прошептала она. — Ни вы ни я…
«Уйти от боли, которая являла опасность, а опасность означала тишину.» Батчер сказал:
— Если вы будете в опасности, посмотрите в мой мозг, используйте, как нужно.
Картина в ее мозгу без слов: однажды она, Мулле и Фобо ввязались в ссору на «Танторе». Она получила удар в челюсть и отпрянула назад, и успела увернуться, когда кто-то схватил зеркало с прилавка и швырнул в нее. Ее собственное испуганное лицо с криком летело на нее и ударилось в протянутые руки… И когда она глядела в лицо Батчера сквозь Батчера, сквозь боль и Вавилон-17, это случилось с нею…
Часть четвертая
БАТЧЕР
— Мы только что миновали Снэп, капитан. Хотите выпить?
Голос Ридры: — Нет.
— Как вы себя чувствуете?
Голос Ридры: — Мозг в порядке, тело в порядке.
— Эй, Батчер, кажется у нее уже нет бреда?
Голос Батчера: — Да, нет.
— Оба вы кажетесь чертовски веселыми. Послать помощника взглянуть на вас?
Голос Батчера: — Нет.
— Отлично. Сейчас полет легкий, и я могу выключиться на несколько часов. Что скажете?