Город разврата
Шрифт:
Гулять одной было очень приятно, и постепенно к Гайе вернулось хорошее настроение. В конце концов, она и сама была не из последней семьи, и если бы те, кто был на балу, интересовались свежей девичьей красотой, а не изгибами политики и новомодным развратом с юношами, то Гайа определённо имела бы успех. Изящное овальное лицо с большими зелёными глазами было очерчено по контуру тщательно уложенными чёрными волосами, завернутыми в причёску в форме раковины. Одета она была просто, но эта простота была, конечно, недоступна
Гайе очень нравилось ощущать шёлк. Украдкой от родителей она не стала надевать даже нижнего белья, – тем более что это и было принято на балах прошлого. Поэтому теперь летняя жара не давила, а обволакивала, и неожиданный порыв прохладного ветерка то ласкал выступающую грудь, то вдруг заглядывал под юбку и легонько щекотал лоно…
Гайа отошла уже достаточно далеко вглубь аллеи, когда различила незнакомые, но подозрительно понятные звуки. Сначала она подумала, что это просто кошки решили поупражняться в концертах. Но потом вспомнила, что сейчас не весна.
К тому же, чем ближе она подходила, тем меньше это напоминало котов.
Напротив, проступало сходство с кое-чем другим. С тем, что часто происходит в укромном тёмном саду, пока бальный зал залит ярким светом.
Гайа читала про это в маминых романах, которые пытались от неё прятать, и именно поэтому ехала на первый бал с таким интересом. Да и, пожалуй, по той же причине не стала надевать на этот бал утомительное нижнее бельё…
Она подошла поближе, и сомнений уже не осталось. За зыбкой стеной зарослей виднелась беседка, и именно оттуда доносились вздохи и слова, едва от них отличимые.
«Похоже, там кто-то всерьёз развлекается», – подумала Гайа. Серьёзная, воспитанная девушка, она не допускала непотребных слов даже внутри собственной головы.
И всё-таки пьянящее любопытство разгоралось в ней всё сильнее. Ноги Гайи словно сами поднесли её поближе, руки раздвинули заросли – и она наконец-то смогла хорошенько разглядеть всё, что происходит.
Полная луна висела над городом, горизонт был чистым и ясным, и было отлично видно, что происходит в беседке – всё очень отчётливо, только все цвета стали серо-сизыми. Парочка развлекалась прямо по центру беседки, так что тени ничего не скрывали.
Они были совершенно голыми. И даже неопытная Гайа смогла их опознать.
На четвереньках стояла – и в этом не было никаких сомнений – принцесса Серения. Её стройное, почти мальчишечье тело, с увесистыми мячиками грудей и округлым задом, смотрелось удивительно привлекательно, а рыжие волосы разметались по плечам. При каждом толчке она двигалась всем
А позади неё стоял на коленях и сношал её в собачьей манере юный ловчий Лео. Его стройное тело поблёскивало от пота, а длинные волосы были откинуты на спину. При каждом толчке Лео звонко шлёпал принцессу по ягодицам и выкрикивал такое, что Гайа не посмела бы и помыслить, не то что повторить.
– Получай! – громко кричал он. – Получай, коронованная шлюха! Получай, маленькая принцесса-потаскушка!
– М-м-м…
– Грязная девчонка, ты любишь, когда тебя пользуют? Да, ты обожаешь это! Принцесса борделя! Тебе место не во дворце, а в публичном доме, среди других потаскушек! У тебя прекрасное тело, ты могла бы зарабатывать этим на жизнь, но ты богатая шлюха и ты сама будешь платить мне за то, что я тебя трахаю!
– Да! Да! Да!
– Позорная девка, ты думала стать моей возлюблённой? Ты недостойна этого! Сколько бы я тебя ни трахал – ты не станешь даже моей наложницей или содержанкой! Ты будешь только моей маленькой шлюхой, я заставлю тебя делать все грязные вещи, которые делают дрянные девки вроде тебя. Ты будешь раздеваться передо мной и ублажать меня по первому слову, ты будешь танцевать для меня голой, и я буду пороть тебя плетью за любую провинность, а ещё иногда просто так, потому что мне нравится пороть плетью коронованных шлюх!
– О да, я заслуживаю, чтобы ты порол меня плетью!
– Ещё я буду стегать тебя ремнём и шлёпать твоими же сандалиями! По первому моему приказу ты будешь приносить орудие для наказания в зубах и подавать мне его, становясь на четвереньки. Потому что ты маленькая грязная сучка, которая уже запятнала престол своим отвратительным, не знающим границ сладострастием.
– О да, я маленькая сучка и заслуживаю, чтобы меня жестоко наказывали!
– Но не думай, что ты получишь за это деньги, как другие постыдные девки, что выставляют своё лоно на продажу! Я прекрасно знаю, что ты не зарабатываешь этим на жизнь, а потаскуха по самой своей гнилой, испорченной природе.
– Шлюхопринцессе Серении не нужно другой награды, кроме могучего члена её господина!
– Наоборот, грязная девчонка, это ты мне будешь давать деньги. Много золотых монет! Чтобы я мог играть в карты и делать долги… и покупать любовь других прекрасных продажных девиц! Которые, в отличие от августейшей потаскушки Серении, действительно зарабатывают этим на жизнь. О, их я буду любить нежно, очень нежно, и платить им я буду щедро. А грязная сучка Серения не заслуживает ни одной монетки – она заслуживает только регулярную порку! Порку плетью, которая не знает пощады!
Конец ознакомительного фрагмента.