Город мертвых

Ливадный Андрей Львович

Он осторожно поднял зверька, невольно поморщившись от смрада сгоревшей шерсти. Тот не сопротивлялся, лишь силился приподнять голову, чтобы посмотреть на Джоэла. Это ему не удалось. Сдавленно пискнув, зверек окончательно обмяк — видимо, потерял сознание.

Отойдя в сторону от пожарища, Джоэл укрылся под наполовину осыпавшимся карнизом, чтобы оставаться в тени, положил на каменный выступ тело зверька, присел рядом, порылся в своей сумке, нашел длинный, жесткий шнур с разъемом на одном конце и иглой на другом, раздвинул кожу на груди, воткнул разъем в свой медицинский имплант, а иглу осторожно

внедрил под обожженную кожу бессознательного существа.

В принципе этот соединитель предназначался для прямо противоположных целей — с его помощью можно было заряжать свой потенциал, заставляя тело умирающей жертвы отдавать свою энергию аккумуляторам протезов. Но сейчас шнур, соединенный с медицинским имплантом, начал выполнять не свойственную ему функцию: внутри импланта что-то защелкало, тело зверька конвульсивно дернулось, словно от удара током, и Джоэл вдруг ощутил нарастающий приступ — ведь это его жизненная энергия питала медицинский прибор, его клетки производили сейчас необходимые химические реакции, вырабатывая затребованные медицинским имплантом вещества, которые тот через иглу впрыскивал в кровь умирающего от ожогов существа.

Ощущая все новые и новые тошнотворные волны слабости, Джоэл уже мысленно корил себя за проявленное великодушие, но прервать процесс не решился — откуда ему было знать, что за химические соединения вырабатывали сейчас его клетки и куда бы делись эти самые вещества, если бы он грубо оборвал процесс?

Медицинский прибор продолжал щелкать, а голова Джоэла вдруг бессильно свесилась набок.

Он уснул, не в силах выдержать напряжения, которое раз за разом испытывал его уже порядком истощенный организм…

Глава 3

Проснулся он от резкого, тревожного и неприятного звука.

Над городом уже сгущались сумерки, да и погода за то время, что он безрассудно проспал, никак даже не защитив себя от опасностей Города Мертвых, сильно изменилась. На небе клубились мрачные тучи, а порывистый ветер заблудившийся в руинах зданий, нес помимо мусора еще и сложные, тревожащие обоняние запахи приближающейся грозы.

Посмотрев по сторонам, Джоэл понял, что зверек исчез.

Соединительный кабель по-прежнему торчал из спрятавшегося на груди медицинского импланта, но странное существо, видно, очухалось, сорвалось с иглы и убежало.

«Вот так… — с некоторой горечью подумал он. — Ищи теперь его, как же…»

Однако долго предаваться мыслям об исчезнувшем зверьке он не смог. Внезапно звук, который его разбудил, повторился.

Это был не рокот далекой грозы, а низкое, утробное урчание, рык, который раздался совсем рядом.

Джоэл вскочил, озираясь по сторонам.

Три коренастых, широколобых существа, с непропорционально длинными руками, выпученными глазами и отвратительными слюнявыми пастями жадно разглядывали его, медленно, но неуклонно приближаясь со стороны входа, откуда он выскочил на террасу несколько часов назад. Вооружены они были суковатыми дубинами из черного дерева, в их глазах читался лютый голод.

По спине юного искателя приключений прополз, скользнув щекотливой змейкой, неприятный холодок.

Времени на замену импланта

у него попросту не было. Выдернув жесткий, покрытый металлической оболочкой соединительный шнур, который со щелчком вышел из разъема медицинского импланта, Джоэл, не сводя глаз со своих противников, начал медленно пятиться назад, пока его спина не ощутила прикосновение теплого, шероховатого материала стены.

Шнур длиной в семьдесят сантиметров хоть и был жестким, как прут, но все равно мог считаться оружием только с большой натяжкой. Наступавшие существа были массивными, толстокожими, к тому же их тела покрывала грубая, свалявшаяся клоками шерсть.

Джоэл хорошо понимал, что у него почти что нет шансов в предстоящем противоборстве.

В лучшем случае, Способные Выжить придут сюда, чтобы подобрать его останки. Все их уроки вдруг увиделись Джоэлу в ином свете, но запоздалая горечь раскаяния не могла помочь ему выпутаться из конкретной ситуации. Враги наступали, медленно, осторожно, но неумолимо, а он оказался беззащитен перед ними — без боевого импланта, голодный, слабый, с одним импровизированным прутом в руках.

Заботься прежде всего о себе, оберегай свою жизнь и силы… — он беззаботно нарушил этот закон, и вот результат…

«Только бы не тронули голову… — с отчаянием подумал Джоэл. — Тогда Способные Выжить, скорее всего, простят меня и все же дадут новое механическое тело беспечным, глупым мозгам…»

Резко отпрянув в сторону, он ужом проскользнул между двух массивных фигур, одновременно хлестнув ближайшего из нападавших гибким сталистым прутом по слюнявой морде.

Лохматый гигант взвыл. Бросив дубину он вскинул руки, вцепившись ими в располосованное ударом лицо.

Двое других ринулись на Джоэла, который своим скачком загнал сам себя в тупик — с боков и сзади оказались глухие стены.

Еще секунд двадцать или, быть может, немногим больше ему удавалось отбиваться от них, но потом удар суковатой дубины настиг его, отозвавшись звоном в ушах и дикой, пронзительной болью в плече.

Окровавленный прут выпал из ослабевших пальцев юноши, он попытался перехватить его кибернетической рукой, но не успел — жестокий удар, нанесенный сверху вниз с неимоверной силой, обрушился на него, швырнул на землю, заставив непроизвольно заорать от боли.

Двое лохматых существ, раздраженные его сопротивлением, бросились на упавшего Джоэла и принялись молотить его дубинами, в то время как их третий собрат, громко крича, ползал у стены, зажимая волосатой рукой располосованное ударом прута лицо…

…Джоэл к этому моменту уже потерял сознание от жестоких, сыпавшихся на него ударов и потому не видел, как внезапно какой-то лохматый, бесформенный клубок скатился со ступенчатых руин, оказавшись за спиной избивавших его громил и, выпрямившись, вдруг превратился в низкорослого, коренастого, закутанного в обтрепанную хламиду карлика с горящими глазами…

Остальное свершилось с такой скоростью, что даже наметанный глаз Джоэла не смог бы углядеть подробностей, — просто этот низенький крепыш оттолкнулся от земли, взвился в воздух, словно его подкинула незримая пружина, и двое массивных обитателей руин вдруг осели, превратившись в безвольные мешки с костями.