Город мертвых

Ливадный Андрей Львович

Оставалось только кинуться дальше, вверх.

Ступеньки мелькали под его ногами, Джоэл взбирался все выше и выше, а вокруг в потревоженных комнатах слышались какие-то невнятные вздохи, несколько раз он краем глаза видел чьи-то смутные тени, затем внизу раздался протяжный заунывный вскрик, и он подумал, что это, наверное, одна из загадочных местных тварей попалась под полосу нагонявшего его тумана, но, в очередной раз взглянув назад, понял, что ошибся, — туман по-прежнему полз за ним, не отставая ни на шаг, а позади тумана, на нескольких лестничных

маршах смутно прорисовывались большие, не внушающие никакого доверия и оптимизма тени…

Он обернулся и побежал дальше.

Кожу жгло нестерпимой болью, дыхание сбилось, стало прерывистым, живая нога вдруг стала уставать от бесконечных ступенек, и кибернетические составляющие нервной системы едва успевали сообразовывать ее замедлившиеся движения с неутомимым протезом.

Язык тумана следовал за ним, как хвост.

Наконец обессилевший, задыхающийся юноша увидел впереди дневной свет. В отчаянном порыве он увеличил скорость подъема, преодолел последний, замусоренный разными обломками лестничный марш и через небольшой прямоугольный проем выскочил на залитую ослепительным солнечным светом террасу здания.

Не останавливаясь, Джоэл из последних сил проломился сквозь густую колючую ломкую поросль давно погибшего кустарника и, обернувшись, выпустил в него накопленный во время бега электрический заряд.

Голубоватые шарики молний проплыли в дрожащем от зноя воздухе и ударились о засохшие, почерневшие ветви кустов как раз в тот миг, когда туман уже начал просачиваться сквозь заросли.

От соприкосновения шаровых молний с высохшими ветвями раздался треск, и внезапно жадный огонь лизнул их, рванувшись в неистребимом порыве по сухим зарослям кустов, — он взметнулся, расцвел сплошной жаркой стеной загудевшего пламени, мгновенно поглотив и туман, и тех, кто пытался кинуться вслед Джоэлу с нижних этажей здания…

Юноша обессилено отошел на несколько шагов и сел на теплые камни в тени отвесной стены.

Через пару минут, отдышавшись, он нашел в себе силы поднять руку, сменить электроимплант на медицинский диагностический модуль, и вновь затих, прислушиваясь к ощущениям собственного тела, в котором боль постепенно сменялась на зуд…

Огонь, который быстро сожрал доступное топливо, начал понемногу стихать, стена пожара уже распадалась на отдельные очаги, а там, где пламя отступило, обнажалась черная, дымящаяся, обугленная земля.

Запах гари стоял в душном воздухе, а дым поднимался вверх густыми, сизо-черными клубами…

Джоэл очень устал, и от бега по лестничным маршам, и от естественного истощения организма, который слишком активно вырабатывал в последние минуты большое количество электрической энергии. Потому он не пытался анализировать сейчас свои просчеты, допущенные при необдуманной атаке и последующем бегстве. Просто хищный туман оказался противником, с каким он не привык сталкиваться вне Города Мертвых.

Подумав об этом, Джоэл вдруг поймал себя на мысли, что теперь название города кажется ему несколько

нелепым. Судя по тому, что он увидел за несколько часов пребывания в руинах, это место было заселено намного плотнее, чем другие известные ему регионы Демоса. Другое дело, что жизнь тут оказалась, мягко говоря, непривычной его восприятию… даже более того — отвратительной и опасной, но это не меняло сути: Город Мертвых никак не оправдывал своего названия, вот что подспудно беспокоило юношу…

И еще… — тот странный карлик, облаченный в лохмотья, что первым попался ему среди руин… как он сообразуется с концепцией Способных Выжить о том, что лишь они — единственные наследники разумной жизни на Демосе?..

Раньше Джоэл не слышал, чтобы дикие звери носили хотя бы подобие одежды… «Странно все это… — думал он, наслаждаясь ощущением медленно покидающей тело боли. — Странно и непонятно…»

Огонь уже почти потух, и лишь струйки дыма по-прежнему тянулись к небу от обугленной почвы.

Медицинский имплант все еще работал, и Джоэл чувствовал, что еще не пришел в норму. Черты его лица обострились, кожа резко обтянула скулы, так, словно он за несколько минут умудрился похудеть. На самом деле подобное утверждение было бы не так уж и далеко от истины — организм юноши пережигал сейчас внутренние жировые запасы. Это являлось необходимой платой за исцеление химических ожогов, которые виднелись на оголенных участках кожи, выделяясь на ней розовыми пятнами.

Ощущение зуда почти прошло, а вот слабость и головокружение оставались. Джоэл знал, что теперь он должен поесть… желательно также было найти какое-то укромное место, чтоб немного поспать, восстановить силы.

Он встал, одной рукой придерживаясь за стену здания.

Оглянувшись на пожарище, чтобы убедиться в отсутствии там остатков преследовавшего его тумана, он собрался было идти прочь, как вдруг заметил на самом краю гари какое-то существо. Оно, видимо, по случайности попало в огонь — быть может, просто сидело в зарослях в тот момент, когда Джоэл метнул туда шарики ручных молний, но так или иначе выглядело оно в данный момент прескверно: шерсть на нем обуглилась, скаталась катышками, хвост конвульсивно подергивался, когда существо пыталось ползти по пожарищу на ослабевших лапах, а в его маленьких, влажно поблескивающих глазках застыла невысказанная мука.

В другое время Джоэл равнодушно отвернулся бы и пошел прочь, ибо закон выживания на Демосе гласил: Заботься прежде всего о себе, оберегай свою жизнь и силы… но глаза существа выражали такое страдание, что сердце Джоэла, по непонятной ему самому причине, вдруг дрогнуло, сжалось.

Конечно, с точки зрения Способных Выжить, то, что он сделал в следующий момент, расценивалось бы как явное безумие, помешательство, но юноша, поддавшись порыву, успокоил себя тем, что он ведь еще не настоящий двойной «К», а лишь ученик — значит, у него есть право на некоторые не совсем обдуманные вольности?..