Город М

Натарова Александра

Второе преимущество раннего появления на работе – успеть спокойно позавтракать. Не спеша погреть свою овсянку в микроволновке, сделать чашку кофе и выйти в диспетчерскую в тот момент, когда в маленькую кухню, рассчитанную максимум на двух человек, ринется поток из десятка невыспавшихся курьеров. Еще полчаса, когда Женя уже спокойно будет подписывать маршрутный лист и вбивать адреса сегодняшних доставок и заборов в навигатор, на кухне будут толкаться локтями, переворачивать друг на друга судочки с едой, делить полки холодильника и выяснять, кто обязан помыть фильтр в кофемашине. Женин слух отсеивал эти перебранки как шелуху, но цеплялся за любые сведения,

которые могли быть полезны. Стоило кому-то заговорить о клиентах или какой-нибудь внештатной ситуации, Женя замирала и делала заметки в своем мысленном органайзере.

– Борода вон в этом БЦ на «Белорусской» без штанов бегал! – Кто-то, кажется, Семенов, рассказывал о курьере с фамилией Борода и с потрясающе подходящей внешностью лесоруба после месячной побывки на повале.

– Врешь! – раздалось в ответ.

– Ей-богу. Там рамка металлоискателя, он ее прошел и зазвенел. У него пакетов целый ворох был, он с ними как бабка на вокзале. А ему говорят: из карманов все вытряхивай, еще раз через рамку пройди, потом еще раз.

– Ну? – торопили собеседники.

– Ну и выяснилось, что ремень у него звенит. Он им: не сниму, с меня штаны упадут! Не поверили – заставили снять. А он уже такой злой был – плюнул, ремень вытащил, а штаны держать не стал! Такой скандал был, они на нас даже жалобу накатали, мол, Борода там с голой жо бегал и штанами махал!

– Зная Бороду, вообще не удивился бы! – ответил кто-то, и все засмеялись и заулюлюкали.

Услышанного для Жени было вполне достаточно – для себя она пометила, что, если выпадет ехать на «Беларик», мелочь и прочие «звонкие» вещи она выложит в машине.

И это было третьим преимуществом: слушать других курьеров, целый день мотающихся по городу, означало быть в курсе огромного множества разных событий. В свое время это стало решающей причиной Жениного выбора временной профессии. Из скромного списка возможностей для «приезжей студентки без опыта» она выбрала разносчика посылок и документов. И тут ей повезло дважды: ее взяли автокурьером, Женины права обеспечили ей должность с чуть большим доходом, чем у обычного курьера, что, конечно же, не было лишним. А еще ее взяли автокурьером в филиал, обслуживавший Центральный округ. Женя получила возможность почти беспрепятственно изучать богатый на разные события и интересности центр Москвы по восемь часов в день, и за это ей еще и платили.

Тут уже действовал Женин профессиональный интерес: записи ложились в мысленный органайзер сразу в виде заголовков, чтобы потом быть использованными для статей в небольшом онлайн-издании, где Женя подрабатывала параллельно с основной работой. Это был шаг к мечте, ради которой она и переехала в Москву из родного Воронежа. Карьера успешной журналистки. Да, пока она просто писала в рубрику «Новое в городе» на не самом известном сайте, а Женя мыслила себя политическим обозревателем в редакции какой-нибудь крупной газеты, но Женя рассматривала это как шаг к мечте.

«Новая кофейня на Малом Гнездниковском – уютный пряный латте сразу за шумной Тверской».

«Ночь в библиотеке: молчаливые спектакли выпускников ГИТИСа».

«Подъезд как музей: один пенсионер изменил жизнь целого дома».

Такие статьи уже легли в папку Жениного портфолио, которое она собирала для поступления в университет. Факультет журналистики МГУ был маяком для маленького, но очень уверенного корабля Жени, бороздящего бушующее море московских возможностей. Женя стала прокладывать курс к цели так же упрямо и методично, как до этого планировала

переезд. У нее было полгода, чтобы обновить результаты ЕГЭ и подать документы на заочное. Так что все свободное время, даже если таковое случалось во время работы, Женя тратила на чтение учебников, предусмотрительно скачанных на телефон, и прохождение онлайн тренировочных версий экзаменационного теста. Вот и сейчас, пока Семенов на кухне ругался с Серениным, который никогда не верил ни в какие курьезные случаи и считал своим долгом убедить окружающих, что это все выдумки, Женя читала анализ темы движения и покоя в произведении Гончарова «Обломов». Облокотившись на узкую стойку, разделявшую ее и диспетчера, девушка бодро прыгала взглядом по строчкам, дожидаясь, пока диспетчер выдаст ей маршрутный лист. Четвертое, но немаловажное преимущество раннего прихода на работу – первой получить рабочий план.

– Так, две доставки на Трехгорку, там же один забор. Еще два забора на Климашкина, остальные – доставки, и все по Тишинке разбросаны. А, ну и Бронная твоя любимая, – улыбнулась Вера, миниатюрная девушка-диспетчер, выкладывая на стойку небольшую, но явно увесистую коробку для Жени.

– Опять Бронная у меня, пешему курьеру же проще отдать! Там на машине не приткнешься! – Женя сунула телефон в нагрудный карман фирменной красной куртки.

– Алена болеет, придется тебе ее опять подстраховать, – отозвалась Галя, второй диспетчер, работавшая куда расторопнее Веры, но страдавшая от провалов в памяти. Поэтому у нее на столе постоянно грудились невыданные пакеты, недозаполненные маршрутные листы, и на нее жаловались курьеры.

– А что с ней было в прошлый раз? – Женя принялась внимательно сверять номера на посылках с теми, что значились в маршрутном листе.

– В прошлый раз у нее был отпуск, – сказала Вера, увлеченно обрызгивая спиртом клавиатуру и втирая его в кнопки.

Женя подавила в себе вопрос о том, когда Алена вообще работает.

– Эй, Жень! – окликнул девушку вышедшей из перепалки победителем Семенов. – Тебе, может, того, дотащить чего помочь?

– Спасибо, Игорь, тут не тяжело, – улыбнулась Женя.

Борода хмыкнул.

– Чудная ты, Жень. Столько работ нормальных, а ты как мужик – в грузчики почти.

– Я просто курьер, – терпеливо поправила Женя.

– А могла бы официанткой там. Или вон в книжных девчонок полно, – попытался снова Семенов, но Женя деликатно его остановила:

– Спасибо, Игорь, я справлюсь. Не переживай.

Заказов было не так много. Несколько пакетов, рулоны с какими-то плакатами в пластиковой упаковке и пара небольших коробок. Женя взяла в руки одну из них, ту, что полегче, и ее большой палец провалился в нижний угол.

– Вера… – позвала диспетчера Женя, медленно вытягивая палец из угла, в котором зияла дыра с подранными краями. – Кажется, у нас на складе крыса завелась.

Верины руки замерли над обработанной клавиатурой. Девушка подняла на Женю огромные глаза.

– Какая крыса? – дрогнувшим голосом спросила она.

Женя молча развернула к Вере поврежденный бок коробки – картон топорщился вокруг дырки, как лепестки вокруг полой сердцевины.

– Обыкновенная крыса, это точно ее работа! – со знанием дела сказала Галя. – У нас в деревне мамка в подполе коробки всякие хранила. Так у них у всех углы были вот так распробованы, пока она ядом их не облила. А то так бы и грызли, твари. А главное, чего им там надо было? Там даже не еда хранилась, так, хлам всякий. Им как будто картон вкусно было жевать.