Город иллюзий

Ле Гуин Урсула К.

— Надо идти дальше. Нужно развести костер.

Эстрел не ответила.

Фальк прижал ее к себе. Их сапоги, штаны и куртки от плеч и ниже замерзли и превратились в камень. Лицо девушки, безвольно склонившей голову ему на плечо, было смертельно бледным.

Он назвал ее по имени, пытаясь расшевелить ее.

— Эстрел! Эстрел, приди в себя. Мы не можем здесь больше оставаться. Осталось пройти совсем немного. Все трудности уже позади. Ну же, просыпайся, малышка, просыпайся.

От усталости он повторял те же слова, что когда-то, давным-давно говорил на рассвете Парт.

Наконец она вняла его мольбам,

с его помощью с трудом поднялась, поправила замерзшие перчатки и поплелась за Фальком по обрывистому берегу через снежную круговерть.

Они шли на юг вдоль русла реки, как и было запланировано при обсуждении деталей побега. Фальк особенно и не надеялся, что им удастся что-либо разглядеть в этой белой пелене, которая была ничуть не лучше ночного бурана. Вскоре путники вышли к ручью, притоку реки, через которую они перебрались утром, и поплелись вверх по течению, что было нелегко из-за ставшей пересеченной местности.

Силы иссякли. Фальку казалось, что наилучшим выходом было бы упасть и забыться. Его останавливало лишь то, что кто-то рассчитывал на него, кто-то далекий, тот, кто давным-давно отправил его в это путешествие. Он не мог просто лечь и сдаться, поскольку был в ответе перед кем-то…

Тут послышался хриплый шепот Эстрел. Впереди сквозь буран проступали, подобно зловещим призракам, несколько высоких тополей, и девушка потянула Фалька за руку. Они, спотыкаясь, начали прочесывать северный берег застывшего ручья сразу за тополями в поисках чего-то.

— Камень, — не переставая шептала Эстрел. — Камень…

И хотя Фальк не знал, зачем ей понадобился камень, он внимательно ощупывал снег. Они долго ползали на четвереньках, пока наконец девушка не наткнулась на отметку, которую искала, — запорошенную снегом каменную глыбу высотой около полуметра.

Своими смерзшимися перчатками Эстрел стала отгребать снег с восточной стороны глыбы. Отупевший от усталости Фальк помогал ей. Они расчистили металлический прямоугольник, сидевший заподлицо с удивительно ровной поверхностью земли. Эстрел попыталась нажать на него — щелкнул потайной запор, но края прямоугольника намертво вмерзли в землю. Фальк наконец обрел способность трезво мыслить и с помощью теплового луча, исходившего из рукоятки лазера, отогрел замерзший металл люка. Подняв его, они увидели уходившую вниз узкую крутую лестницу.

— Все в порядке. — Эстрел сошла по ступенькам задом наперед, поскольку ноги уже не держали ее, распахнула дверь и подняла глаза на Фалька. — Заходи!

Он спустился, прикрыв за собой крышку люка. Сразу стало совершенно темно, и, прижавшись к ступенькам, Фальк поспешно включил луч лазера. Внизу тускло светилось бледное лицо Эстрел. Он спустился ниже и проследовал за девушкой в дверь, которая вела в очень темное, просторное помещение, просторное настолько, что фонарик высвечивал лишь потолок и ближайшие стены. Стояла мертвая тишина, воздух был затхлым, но не застоявшимся — чувствовалась легкая постоянная тяга.

— Здесь должны быть дрова, — донесся откуда-то слева тихий, хриплый от усталости голос девушки. — Вот. Нам необходимо разжечь костер. Помоги мне…

Сухие дрова были сложены в высокие штабеля в углу поблизости от входа. Пока Фальк разжигал костер внутри круга почерневших камней практически в центре пещеры, Эстрел сходила куда-то в дальний угол

и приволокла пару теплых одеял. Путники разделись и вытерлись насухо, а затем завернулись в одеяла и свои спальники и подсели поближе к огню. Огонь разгорался хорошо, словно в камине, благодаря сильной тяге, которая также уносила дым. Конечно, обогреть всю эту огромную пещеру было невозможно, но свет и тепло костра ободряли и снимали напряжение. Эстрел вынула из своей сумки сушеное мясо, и они принялись его жевать, хотя и слишком устали, чтобы испытывать голод. Постепенно тепло костра стало отогревать их кости.

— Кто еще пользуется этим убежищем?

— Я думаю, любой, кто о нем знает.

— Здесь некогда стоял могущественный Дом, если это помещение — его подвал, — задумчиво заметил Фальк, глядя на игру теней, что на некотором удалении от костра постепенно сливались в непроницаемую тьму, и вспоминая обширные подвалы под Домом Страха.

— Говорят, здесь когда-то стоял целый город, который занимал большую площадь. Так ли это, я не знаю.

— А как ты проведала об этом месте? Разве ты из племени Самситов?

— Нет.

Фальк прекратил расспросы, вспомнив обычай. Однако вскоре девушка сама начала рассказывать обычным покорным тоном:

— Я из Странников. Нам известно о многих подобных тайных убежищах. Полагаю, ты слышал о Странниках?

— Кое-что, — кивнул Фальк и, выпрямившись, взглянул на свою спутницу, сидевшую по другую сторону костра. Завитки рыжих волос падали Эстрел на лицо, когда она сидела сгорбившись в бесформенном спальном мешке, и светлый нефритовый амулет у нее на шее отбрасывал блики при свете костра…

— В Лесу о нас знают совсем немного.

— Ни один Странник не забирался так далеко на восток. То, что рассказывают о них у нас в Доме, больше подходит, пожалуй, к Баснасскам — дикари, кочевники, охотники…

Он говорил, превозмогая сон, положив голову на руки.

— Некоторых Странников можно назвать дикарями, некоторых — нет. Все Охотники — дикари, не высовывающие носа за пределы собственной территории. Таковы Баснасски, Самситы или Аркса. Мы же, Странники, заходим на восток до самого Леса, на юг — до устья Внутренней реки, на запад — за Великие Горы, а затем — за Западные Горы и вплоть до самого моря. Я сама воочию наблюдала, как солнце садится в пучину вод за цепью аквамариновых островов, что лежат вдалеке от берега, за пределами затонувших после землетрясения долин Калифорнии…

Тихий голос девушки постепенно сбился на ритмичный напев какого-то древнего псалма.

— Продолжай, — попросил Фальк, но Эстрел молчала, и вскоре он уснул.

Некоторое время она изучала лицо спящего, затем сгребла угли вместе, прошептала, словно молясь, несколько слов в висевший у нее на шее амулет и свернулась клубочком по другую сторону от костра.

Когда Фальк проснулся, она уже сооружала из камней подставку для котелка, наполненного снегом.

— Похоже, что снаружи день клонится к вечеру, — сказала Эстрел. — Но с тем же успехом сейчас может быть раннее утро или полдень. Метель разгулялась как никогда. Это не даст им выследить нас. А даже если они нас обнаружат, то все равно не смогут проникнуть внутрь… Этот котелок я нашла в тайнике вместе с одеялами. Там был и мешочек с сушеным горохом. Мы здесь неплохо устроимся.