Город драконов
Шрифт:
В следующее мгновение все мое тело пронзила адская боль.
Адская, невыносимая, убийственная боль, от которой я рухнула бы как подкошенная, не продолжай дракон удерживать так крепко, что у меня не было возможности даже вздохнуть.
Вспышка.
Вспышка ослепительно-черного света, и я вдруг поняла, что мы с ним стоим там, на продуваемом ветром плато, в нескольких шагах от прекрасной умирающей девушки в белом… и меня, опустившейся на колени рядом с ней. И я слышала все — завывание ветра, слова умирающей, и заклинание, произнесенное мной.
— Altaanar!
Заклинание, примененное драконом, было гораздо действеннее моего, да и на порядок сильнее — боль отпустила мгновенно, дракон — гораздо медленнее. Несколько минут он держал меня, пытающуюся начать дышать, хотя бы просто дышать, затем, подхватив на руки, отнес и не слишком бережно уложил на диван. Я продолжала хватать ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.
— Не знал, что вы маг, — не слишком беспокоясь по данному поводу, безразлично произнес дракон.
— Что б ты сдох, ублюдок! — простонала я, в данный момент плевать хотевшая и на то, что он чистокровный, и на все последствия моей несдержанности.
Боли больше не было, да, но я маг — после подобного ментального вторжения около года как минимум любая магия для меня будет равна приступу жесточайшей мигрени, и так на несколько недель после малейшего призывания сил.
Дракон пристально посмотрел на меня и произнес:
— Я мог бы заставить вас пожалеть о каждом произнесенном слове.
— О, — я села, одергивая халат, — вы уже заставили меня сильно пожалеть о нашей встрече, куда же более?!
Не произнося ни слова, дракон смерил меня полным презрения взглядом, развернулся и покинул дом, который вот уж точно никогда не станет для него гостеприимным.
Когда в гостиную ворвались дворецкий и миссис Макстон, я сидела, сжимая виски и тихо постанывая от боли — грохот захлопнувшейся за визитером двери, дался мне очень непросто.
— Мисс Ваерти… — Мистер Уоллан, лишь глянув за меня, приказал: — Лед, принесите лед! Немедленно.
Так что, увы, до встречи с поверенным и адвокатом профессора я пролежала в своей комнате, меняя одну повязку со льдом на другую и начиная отчаянно ненавидеть всех драконов в принципе. Но двух в особенности — старшего следователя Давернетти и вот этого, условно «лорда».
Поверенный и адвокат прибыли, как и было оговорено, в полдень. Визит был деловым, а потому я принимала господ в кабинете профессора, правда, сесть за его стол так и не смогла себя заставить и устроилась на диване, а мистер Эйвенер и мистер Адога расположились в креслах, напротив меня.
Причем с мистером Эйвенером, адвокатом профессора Стентона, я была знакома уже шесть лет как, а потому мне в принципе не была ясна цель его сегодняшнего визита. Мне казалось, все,
— Мисс Ваерти, — начал мужчина в годах, еще не переваливших за планку старости, но уже и не относивших его к людям «среднего возраста», — мы встречались с вами шесть лет назад.
— Я помню, мистер Эйвенер, — вежливо отозвалась я.
Крупного телосложения адвокат поправил круглые очки, следом довольно пышные усы, хмыкнул, словно собираясь с силами, и продолжил, бросив взгляд на своего практически коллегу:
— Шесть лет назад, — произнес мистер Эйвенер, — между вами и профессором Стентоном был заключен некий договор.
Да, «некий» очень правильный термин по отношению к заключенному между нами соглашению.
— По этому договору, — адвокат извлек знакомый мне до последней буквы документ, — вы взяли на себя обязательства закончить некоторые исследования в обмен на дом профессора Стентона, расположенный в Вестернадане, условно именуемом как Город Драконов.
Кивнула, подтверждая.
Адвокат внимательно посмотрел на меня, затем бросил взгляд на коллегу. Мистер Адога раскрыл папку, принесенную им, и продолжил, словно это он говорил все только что сказанное адвокатом:
— Заключая данный договор, вы не были посвящены в некоторые особенности жизни жителей города, не так ли?
Я вдруг подумала, что мне бы сейчас очень не помешала чашечка чая. С вербеной, мятой… с чем-нибудь.
— Да, — глухо подтвердила я.
И не стала добавлять, что профессор умолчал об этом, вероятно, намеренно. В чем-то я могла его понять — умирающий дракон, как и все они, истово преданный своему делу, мечтающий закончить исследование и понимающий, что уже не успеет. Драконы это чувствуют — приближение своей смерти. И я — наивная, свято верящая своему профессору, подающая надежды студентка… Скажи он всю правду тогда, кто знает, поставила бы я свою подпись под этим договором?
— Насколько мне известно, — продолжил поверенный, — изначально вам была предложена сумма, покрывающая каждый из затраченных на исследование год, но вы отказались от денег, выбрав дом, не так ли?
Слова «наивная идеалистка» повисли в воздухе, однако, к счастью, ни адвокат, ни поверенный их не произнесли. Я была благодарна им за это, правда. Особенно в свете того, что о совершенном выборе жалеть было глупо, я ведь его уже совершила.
— Мисс Ваерти, — позвал поверенный.
— Да, все так, — подтвердила я.
Все дело в том, что к моменту заключения договора с лордом Стентоном я уже хорошо знала прислугу профессора. И об их судьбе, в отличие от моей собственной, мне было известно: в случае утраты работодателя они становились заложниками Города Драконов. Без права на выезд, без гарантированного места работы, без каких-либо средств к существованию, кроме выходного пособия. И зная, что после смерти профессора Стентона они должны будут вернуться сюда, в город, который вместо дома станет им тюрьмой, могла ли я поступить иначе?