Город драконов
Шрифт:
Непосредственность была внушительной, как и сама леди Эссалин.
— Как вам вообще подобное пришло в вашу очаровательную головку?
Понятия не имею. И в целом я понятия не имела, откуда о моем разговоре в мэрии стало известно почтенной леди, а спросить не решалась.
— С вашими синими глазами, мисс Ваерти, вам следовало бы обратить внимание на настойчивые ухаживания лорда Алека Гордана, он, несомненно, крайне специфичный для обычного дракона, но вы первая девушка, которой он подал руку — поверьте, у нас это значит многое.
Я бы,
— Простите?
Леди Эссалин, всплеснув руками, от чего чай едва не покинул ее чашку, угрожающе плеснувшись в сторону застывшей миссис Макстон, возмущенно взглянув на меня, укоризненно пояснила:
— Мисс Ваерти, мужчина подал вам руку, не обремененную перчаткой, это недвусмысленно означает; что он в принципе не желает обременять себя одеждой в вашем присутствии.
Я ощутила, как стремительно краснею, потому что… потому что слова леди восприняла буквально. Повторной удушливой волной меня накрыло при осознании своей крайней порочности, и я уже хотела было попросить прощения, как драконица добила:
— Это же так очевидно, что он желает вас! Что вы наденете на прием к Арнелам?
Дом излишне гостеприимной леди Эссалин мы с миссис Макстон покидали в смятении и с ощущением надвигающейся паники.
На будущий месяц у меня было запланировано свыше двадцати выездов. Запланировано не мной, и не мне же пришлось отбирать, куда я направлюсь, а куда нет. Воистину, знай я, чем обернется этот визит, — осталась бы дома.
— Не понимаю, — усаживаясь на сиденье в экипаже, выдохнула раздраженно, — в Вестернадане критический недостаток дев брачного возраста?
— Вынуждена признать, я тоже в некоторой растерянности, — сообщила домоправительница.
— У меня нет никакого желания посещать что-либо в принципе, — указывая на стопку приглашений, кои с легкой руки леди Эссалин уже удостоились ответа «да, непременно и с превеликим удовольствием буду», сказала я.
— Боюсь, вам не оставили выбора, — с искренним сочувствием сказала миссис Макстон.
Ее сочувствие относилось и к тому, что мне придется все это посетить, и к тому, что посещение будет проходить в обществе леди Эссалин как моей компаньонки — увы, миссис Макстон, в силу своего происхождения, на порог всех этих домов если и допускалась, то исключительно как прислуга.
«Что вы наденете на прием к Арнелам?» — вспомнился мне вопрос моей уже фактически дуэньи.
Протянув руку, вытащила из вороха приглашений белоснежную открытку с золотым тиснением и прочла: «Дружеский прием лорда и леди Арнел».
Почему-то сознание зацепилось за эту информацию… и мне хватило всего нескольких секунд, чтобы понять почему. Перед глазами как наяву возникла страница первой газетной полосы, фотография и заголовок: «Лорд Арнел и леди Энсан объявили о помолвке».
— Как… странно, — проговорила
Девушку я узнала сразу, но едва ли обратила внимание на того, кто был с ней помолвлен, но сейчас… У меня вполне нормальная память, даже при условии испытываемого эмоционального потрясения я должна была бы запомнить его лицо хотя бы в общих чертах.
Но я почему-то отчетливо помнила только руки. Одну, в черной замшевой перчатке, что сжимала трость, и вторую, не слишком бережно и тоже при наличии перчатки удерживающую спутницу за локоток.
Странно, что я обратила внимание на руки. Или не странно, в свете сказанного леди Эссалин «это означает, что он в принципе не желает обременять себя одеждой в вашем присутствии». Для меня, выросшей в столице и человеческом обществе, было как-то непривычно ассоциировать обнаженное мужское тело с обнаженными же мужскими руками…
Но я заставила себя повторно вспомнить пренеприятное вторжение неизвестного дракона и вздрогнула, потому что, в отличие от лица мужчины, его руки я запомнила! Его ничуть не стесненные перчатками руки, одна из которых крепко обхватила меня за талию, не позволяя дернуться, а вторая осуществила магическое вторжение в мои воспоминания. И, судя по всему, вторжение произошло не без последствий для моей памяти.
— Мисс Ваерти! — встревожилась миссис Макстон.
— Миссис Макстон, — я перевела взгляд с открытки на явно волнующуюся о моем состоянии женщину, — а вы помните, как выглядел тот, ворвавшийся к нам накануне дракон?
Она удивленно моргнула, собираясь ответить, и даже приоткрыла рот… но тут же захлопнула, и только глаза, светло-голубые, почти прозрачные, мгновенно округлились.
— Не помните, — заключила я.
— Боюсь, что… нет, — прошептала миссис Макстон.
«Мисс Ваерти, мужчина подал вам руку, не обремененную перчаткой, это недвусмысленно означает, что он в принципе не желает обременять себя одеждой в вашем присутствии», — мысленно повторила я слова леди Эссалин.
И я поняла то, до чего женщины Города Драконов, видимо, еще не додумались: отсутствие перчатки не означает, что мужчина желает женщину, оно означает, что мужчина может применить магию в отношении женщины.
— Мисс Ваерти! — Миссис Макстон в ужасе смотрела на меня.
«Плевать я хотел на все приличия в отношении любовницы престарелого Стентона». Да, он мог наплевать, причем легко. Девушка без роду-племени и поддержки семьи и в столице становилась объектом… приложения не слишком благородных желаний, что говорить о Городе Драконов, откуда я теперь даже выехать не могу?!
— Мисс Ваерти… — экономка с нарастающей тревогой смотрела на меня.
— Знаете, это очень странно, — проговорила я, продолжая рассматривать приглашение, — насколько я понимаю, у лорда только что погибла невеста, а его семья устраивает дружеский прием? Как-то слишком, вы не находите?