Горизонты вечности

Бриз Евгений

– Это потому, Клей, – сказала Симона и коснулась моей руки, – что будущее, о котором ты мечтал, уже давно стало прошлым.

– Возможно, мы нашли своих соседей, – добавил Бор, – или же они нашли нас. Прошлое туманно, лично я не верю в него. Как и в будущее, которое нам предписывают циферблаты. Но лишь находясь там, – Хантер показал куда-то вдаль, – мы сможем узнать что-то новое. В зоне «Хрома» мы – птицы в золотых клетках, способные только чирикать. Ты не с нами?

В голове почему-то зазвучали строчки из стихотворения знакомого поэта, написанные ещё

в моей первой жизни – той, в которой мне давным-давно следовало умереть: «А дух мой скитаньем окутан, он – вечности брошенный сын, как я в этом мире запутан, как я в этом мире один».

Голем. Мы стояли на берегу залива и любовались дивным закатом. Волны выбрасывали разные предметы, а затем вновь забирали их в океан. Иллюстрация всего нашего бытия заключалась в этом явлении.

Влюблённая парочка бегала по мокрому песку, смеясь и улавливая те минуты счастья, которые им преподносили белые волны. Возможно, завтра они расстанутся, умрут, либо проживут в браке десятилетия. Они об этом не знали и, как мне казалось, не желали знать. Этого никто не знал, кроме людей будущего. Ведь для них мы – история, как сказал мистер Корти. Для людей будущего – да, но стоило ли становиться историей для себя самих? Разве что ради высоких целей постижения чего-то неразгаданного.

Кстати, хорошая новость – мне удалось подчинить себе кошмары. Наверно, предстоящие события перетянули на себя фокус моего воспалённого разума, но спрут и преследующий меня человек в белом халате постепенно превращались в блеклые пятна на фоне прочих ярких сновидений, в которых я видел гипотетическое будущее, генерированное с несуществующим прошлым. Проще говоря, растворились в картине ирреальности, где им было и место.

– Готовы? – спросил Бор Хантер перед активацией циферблатов.

Я чувствовал, как дрожала хрупкая рука Симоны. Она не верила в предсказания, но глупо было бы игнорировать тот сверхвирус, проникающий в мозг в момент активации. Одно нажатие пальца – и всё. Они активировали свои циферблаты, а я продолжал стоять, бросая взгляд то на закат, то на влюблённую парочку. Я услышал выдох облегчения Симоны.

– Ваша дата, мисс ди Реста… Ещё тридцать восемь лет, чёрт побери! – закричала она. – Неплохо. Что у вас?

Бор отошёл в сторону и обречённо опустил голову. Я заметил, что его циферблат был красного цвета – самый недобрый цвет.

– Простите…, – сказал он.

Симона подошла к нему и обняла. Она уткнулась лицом в его широкое плечо. Страх исчез. Я нажал на кнопку. Раздался непродолжительный писк. Моя ладонь прикрывала экран, как комбинацию в покере. Никогда не знаешь, что подбросит тебе судьба на этот раз. И чем закончится фраза «Ваша дата, мистер Бёрн».

– Что у тебя там написано, Клей? – спросила Симона.

Мне тут же вспомнилась моя болезнь, слова доктора и дискуссии с мистером Корти о безошибочности предсказаний великих циферблатов. Я засмеялся, размахнулся и со всей силы швырнул почерневший циферблат в океан. Он пролетел над головами влюблённой парочки, увлечённой

поисками мимолётного счастья, и исчез в водной пучине.

– «Вы давно мертвы, мистер Бёрн», – ответил я, продолжая смеяться.

Глава 15

Глава 15

– Будь я проклят, как такое возможно?? – Бор тут же ожил, напрочь позабыв о том, что через несколько часов отправится к праотцам.

– Ты издеваешься над нами? – по злобному взгляду Симоны я понял, что она не успела разглядеть цвет моего циферблата, в отличие от Хантера. Потому и не верила мне.

Пришлось перестать хохотать и вновь стать серьёзным.

– Я говорю правду. Он стал чёрным. Бор, подтверди.

Тот кивнул.

– Невероятно..., – с трудом произнесла девушка. – Это невероятно!

Она подошла ко мне и начала разглядывать, словно живого доисторического мамонта. Нет, скорее она воззрела на меня, как на Второе пришествие Христа. Такое сравнение мне больше по душе.

– Наверно, мой персональный циферблат изобрёл студент-практикант из будущего, пропускавший лекции по истории, – сказал я и улыбнулся. – Выпавшие триста пятнадцать лет моей жизни явно ввели его в заблуждение.

Меня одолевало безудержное веселье. Вмиг я перестал бояться всего: смерти, будущего, ньюменов. Буду откровенен: на какое-то мгновение я даже ощутил себя бессмертным.

– Теперь я на сто двадцать процентов уверен, что никаких людей будущего нет, – задумчиво проговорил Бор и посмотрел на красную штуковину в руках. – Меня убили мои же современники. Как и всех. – Он ринулся к Симоне, нежно взял её за плечи и сказал: – Детка, пообещай мне разобраться во всей этой чертовщине! Да, я подохну через три часа, но ты должна узнать, кто за этим стоит!

– Я сделаю всё возможное, Бор, – заверила его девушка.

– Пусть он станет твоим джокером в рукаве. – Хантер кивнул в мою сторону.

Вдруг Симона посмотрела на меня с каким-то тревожным блеском в глазах:

– Зачем ты выбросил циферблат?

Я удивлённо развёл руками.

– Предпочитаешь, чтобы меня схватили ньюмены, как первого в своём роде восставшего из мёртвых? Тогда из меня точно не выйдет толкового джокера.

– Переставший функционировать циферблат не посылает сигналы в «Прогноз», – пояснила Симона. – Мы могли бы попытаться вскрыть его и посмотреть, как он устроен. Без риска быть застигнутыми врасплох упаковщиками.

– Чёрт! – воскликнул Хантер. – У меня осталось мало времени. Они вот-вот явятся по мою душу. Мне лучше уйти подальше отсюда.

Он как-то неловко попрощался с нами – обнял Симону и крепко пожал мне руку, бросил неразборчивую фразу и поспешил скрыться в прибрежной растительности. Мы остались вдвоём. Хрупкая девушка и возвращенец против всех. Я почесал затылок.

– Ты сказала, у вас был план. В чём его суть?

Мы неспешно зашагали вдоль береговой линии, как беззаботная парочка, болтающая о разных пустяках.