Горизонт событий
Шрифт:
— Тогда я ее позаимствую на время перехода, — сказал Орех и тут же добавил: — Можно?
Фармер неопределенно взмахнул рукой.
— Да пожалуйста, — сказал он. — Это все равно не мой ствол.
— Договорились.
Лежащий Уотсон протер глаза.
— Сколько времени? — спросил он.
— Шесть утра, — пробасил Бергамот, сидя на бетонной кромке и попивающий чай, ароматно дымящийся в алюминиевой кружке. Древокостюм лежал рядом, перетянутый ремнями. — Самое время идти. Раскладку помните?
Уотсон порылся в
— Свое место в строю, — подсказал Бергамот.
— А, точно. Да.
Фармер снова надел на себя рюкзак.
— Ты чего творишь? — спросил Бергамот.
— Что?
Проводник подошел к нему и рванул гору листьев с плаща Фармера.
— Собрался в камуфляже дальше топать? Уотсон, ты тоже?
— Уже не надо?
Орех покачал головой и отвернулся.
— Дело ваше, — сказал Бергамот. — Только в здешних коридорах два пышных куста, двигающиеся гуськом с автоматами, как бы сказать повежливее… привлекут внимание.
Фармер мигом скинул рюкзак и начал стаскивать с себя плащ, стараясь не краснеть. Уотсон последовал его примеру.
— Мужики, ну это уже совсем не смешно, — произнес проводник. — Включайте головы, наконец. Неужели не понятно, что лесная камуфля в тоннелях не нужна?
— Усталость просто, — помотал головой Уотсон. — От всего. Не обращай внимания. Спасибо за подсказку.
— Бывает, — посочувствовал Бергамот. — Ребята, если я что-то советую, то этим всего лишь показываю разницу между смертью и усталостью. Выбирать уже придется вам. Усталость — да, случается. Я же вижу, что вы все это время на энтузиазме жили. А это штука ох какая непредсказуемая. Все равно что трицепс в спортзале качать.
Орех потушил примус и лампу.
— Идем, — сказал он. — И снова я последний. Вот так всегда.
Бергамот осторожно шел по тоннелю, держа автомат наготове. Он был доволен стажерами — Фармер и Уотсон шли, точно выполняя свои обязанности, следя за всеми признаками чужого присутствия.
Но все было тихо.
— Ты точно слышал скрип? — спросил Бергамот, заприметив дверь.
— Точно, — подтвердил Орех. — Я не говорю, что в этом есть какая-то опасность. Просто скрип был. А так как у меня не было надобности топать дальше, я и не стал.
— Правильно, — сказал проводник, обхватывая колесо замка по центру двери.
Он повернул его, стараясь сильно не шуметь. Сделать это было нелегко — замок поддавался с трудом. Бергамот имел достаточно опыта в таких делах, чтобы понять: дверью очень долго не пользовались.
Фармер зашел со стороны проема, целясь из FN-2000 в пустоту. Орех посветил фонарем внутрь.
— Никого не вижу, — сказал он.
Бергамот отодвинул дверь в сторону и тоже глянул.
За дверью коридор раздваивался. Обе ветки были чуть уже по ширине. Левая демонстрировала темноту, а правая…
Проводник быстро пригнулся, остальные сделали
— Что там? — шепнул Орех.
— Свет.
Рука Бергамота скользнула в карман, из которого проводник вытащил болт. Кусочек ржавого железа полетел далеко вперед. Послышался стук о каменный пол.
Фармер высунул голову, прицелился. И издал возглас удивления.
— Кто там? — не выдержал Уотсон.
— Мы. — Фармер опустил винтовку и встал в полный рост. — Давайте посмотрим.
— Стоять. — Бергамот оттеснил его широкой ладонью. — Я первый пойду.
Все четверо один за другим приблизились к источнику света.
— Ого, — только и сказал Орех.
— Да, — согласился Бергамот. — Слышал я о чем-то таком, но вижу впервые.
Сталкеры оказались перед огромным зеркалом, отражающим и фонари, и их собственные фигуры. Хотя вряд ли можно было назвать таковым сплошную стену, отрезающую правый коридор от его дальнейшей части, без единого просвета. Перед сталкерами стояли их точные копии, симметрично отображенные.
— Я, вероятно, скажу глупость, — заявил Фармер. — Но мне это не кажется аномалией.
Судя по виду Бергамота, он тоже был в замешательстве. Уотсон взглянул на экран детектора в очередной раз. Тот молчал, не индексируя ничего странного в радиусе тридцати метров.
— Что у нас на карте, Орех? — спросил проводник.
— Ничего, — ответил парень. — Судя по карте, тут у нас тупик. Здесь никогда ничего не было построено.
Проводник медленно приблизил ствол «Калашникова» к зеркалу. Коснувшись его, тут же отдернул автомат назад.
— Что? — испуганно спросил Уотсон.
— Ничего, — ответил Бергамот. — Просто не хочу больше. Уходим отсюда. Нечего нам тут делать.
Сталкеры вернулись к левому коридору. Уотсон дважды оглянулся.
— Не надо, — предупредил Орех. — Ну его на фиг.
Левый коридор приятно удивил отсутствием хлама.
Однако при ближайшем рассмотрении выяснилось, что пыли в нем скопилось порядком. Именно пыль и служила признаком, что здесь уже долгое время нет ни мутантов, ни людей. А значит, хотя бы часть проблем можно было скинуть со своих плеч.
— Сзади никого? — спросил Бергамот.
— Никого, — ответил Орех. — А почему ты спросил? Я же и так постоянно смотрю.
Новые двери и развилки располагались на пути сталкеров, но все заканчивались тупиком, оставляя команде единственный путь для продвижения.
— А куда мы вообще идем? — задал вопрос Фармер. — Я в том смысле, что нам же нужно просто пройти несколько сотен метров и попасть в городскую черту, так?
— Мужики, я не в курсах, — отозвался Орех. — Вы же не сказали, куда именно идете. Если вам без разницы, то да, подниматься можно хоть сейчас. Ближайшая шахта через пятьдесят метров. Можем свернуть в транспортный тоннель «Юпитера», но не знаю, что мы от этого выиграем.