Горизонт событий
Шрифт:
— Значит, нужно сделать так, чтобы не исчез, — вставил Клинч.
— Как? — Дизель продолжал улыбаться, но улыбка его не раздражала, а наоборот вселяла уверенность.
— Есть способ, — ответил Клинч. — Говорить с ним буду я.
Больше никто вопросов не задавал.
— Получасовая готовность, — объявил Анубис. — Проверить «тигры», снаряжение. Арсенал объявляется полностью открытым.
Встав с места, Борланд вышел на улицу.
Он оказался в центре снующих боевиков клана. На него никто не обращал внимания — всем хватало собственных дел. Борланд стоял и изучал подъемный
— Как ты назвал «Долг»? — спросил он.
— Что? — не понял майор, высвобождаясь. — Ты о чем?
— «В клан идут ради красивых шмоток и больших пистолетиков», — процитировал Борланд. — Твоя фраза?
— А тебе какое дело?
— Так говорил Технарь.
Кунченко переступил на другую ногу и посмотрел на Борланда с невиданным до этого интересом.
— Ты знал Технаря? — спросил он.
Борланд молчал секунд десять.
— Ты вообще про меня ничего не знаешь, — догадался сталкер. — Никакой биографии не поднял. Ни кем я был до Зоны, ни с кем я бродил по ней. Так ведь?
— А зачем мне это? — бросил Клинч. — Я живу не прошлым, а настоящим. И в людях мне важно не то, кем они были когда-то, а то, кто они сейчас. Ты вроде должен был догадаться. Когда ты казался угрозой, я без колебаний обстреливал тебя с вертолета. И убил бы, если бы полтергейст не вмешался. На мосту ты остался в живых лишь потому, что внезапно стал нужен. Твою судьбу решили секунды. Зато когда стал нужен, я сразу прекратил искать в тебе врага и посвятил в свои секреты. Я не обращаю внимания на то, кем были люди раньше, когда они становятся частью моих дел. И Ястреб не обращал. По-твоему, как я не свихнулся за долгие годы в Зоне, имея на шее такую ответственность? Не плодил любимчиков, вот как. На войне как на войне. Пора тебе взрослеть.
Борланд долго ничего не говорил. В этом разговоре Клинч пока одерживал верх.
— Девушка, которую убил Ястреб, была дочерью Технаря, — сказал сталкер.
Майор возвел глаза к небу, всего на миг. Без тени издевательства.
— Ну не я же ее убил, правда? — произнес он. — Что еще мне предъявишь?
Сталкер молчал. Клинч глубоко вздохнул.
— Конечно, я знал Технаря, — сказал майор. — Это был один из лучших людей, которых я встречал. Служил контрактником на Барьере, не имея ни единого пятнышка в личном деле. Всегда себе на уме, целеустремленный, просто оплот надежности — но лишь до тех пор, пока ваши с ним цели совпадали. Если же он выбирал себе свое направление, то лучше было ему в этом не мешать. Поэтому я не удивился, когда оказалось, что после очередной поездки домой Технарь внезапно ушел с одной из башен Барьера и скрылся в Зоне. В знак уважения к нему я прикрыл его исчезновение, как и пропажу табельного автомата, который он взял с собой. С тех пор я ничего о нем не слышал. Честно говоря, его мне не хватало, когда я формировал круг сэров.
— Ты никогда не знал Технаря, — выговорил Борланд. — Никто не знал.
— Может, закроем тему? — предложил Клинч. — У нас сейчас уйма дел, чтобы болтать о делах минувших дней.
— Минувшие дни для меня много значат, — сказал Борланд. —
— Это что-то меняет в нашей миссии?
— Нет, — покачал головой сталкер. — Ничего. Расстановка фигур не поменялась, просто теперь я уточнил их цвет.
Майор пожал плечами.
— Кстати, о Технаре, — сказал он. — Если ты не знал, то он похоронен тут, рядом. Я сейчас туда иду. И тебе бы тоже не мешало.
Покосившись через плечо, Клинч направился к могильнику клана. Борланд заметил, что в ту сторону направляются несколько «долговцев» с Фармером и Сажиным за компанию, и последовал за ними.
Сталкер испытал неожиданно сильную щемящую горечь при виде того, насколько расширились границы могильника за два года. Аккуратных холмиков земли было больше раза в четыре — от древних, неотличимых от естественных насыпей — до совсем свежих. Но сейчас группа «долговцев» собралась вокруг могилы, которая была почти раскопана.
— Поднимай, — скомандовал Анубис. Он выглядел совсем бледным. Борланд не понимал, в чем дело, а затем догадался. Могильник клана — место почти священное, и раскопка ям является кощунством. Ничего удивительного сталкер в этом не видел — в Зоне не может быть других добродетелей, кроме уважения к умершим и местам их погребения. Раскапывал ли Анубис чье-то тело или просто схрон, все равно он сейчас творил вещи, граничащие с пределами морали.
В могилу кинули веревки, двое крепких парней обвязали их вокруг выступов гроба.
— Что там, внутри? — спросил Борланд.
— Не знаешь? — спросил Клинч. — Так посмотри.
Он указал на наспех сколоченный крест, возвышавшийся над ямой. Борланд раньше не замечал на нем надписей. Присмотревшись, он прочитал:
«Борланд, вольный сталкер, 2008–2013. Да упокоится его беспокойный дух».
— Это что за шутки? — позеленел Борланд. — Анубис, ты?
— Нет, — коротко ответил лидер клана. — Он.
Майор выдержал взгляд.
— Ну извини, — сказал он. — Знал бы, что тебя это так расстроит, положил бы в яму, как полагается. Но не судьба.
Борланд не стал ничего ему говорить. Пусть Клинч собирает остатки контроля, если это его успокоит. Совсем скоро ему придется считаться с мнением множества людей вокруг себя.
Цинковый ящик достали из ямы, кувалдами сбили замки. «Долговцы» подняли крышку и откинули ее в сторону.
Внутри оказалось нечто громоздкое, завернутое в черную плотную пленку. Человеком это явно быть не могло.
— Проверьте работоспособность, — сказал Клинч и тут же удалился.
— Так, доставайте, — устало сказал Анубис, желая поскорее покончить с пренеприятной процедурой. — Ящик в мастерскую, крест сожгите. Или… Борланд, оставить на всякий случай?
— Сжечь, — быстро ответил сталкер. — Я такое не коллекционирую.
Анубис только кивнул, и крест уволокли вместе с гробом.