Горелом
Шрифт:
— А чего стряслось-то?
— Канализацию прорвало, — проворчали ехидно скептики.
— Да, говорят, замок решили перетрясти на предмет выкуривания нечисти… — предположили более романтично настроенные зеваки.
— А я слышал, что они хотят найти-таки в замке гнездо маньяка.
— Там, за замком полиция с утра крутилась. Не видали?
Яна будто шилом кольнуло. Прямо в печень. Взгляд невольно повело вправо, но с того места, где он находился, Скрюченная башня перекрывала обзор на парк за Замком и реку. Зато возле развалин западных
— Сегодня Замок закрыт для посещений, — строгий блондин в полицейской форме, на фоне дубовых окованных бронзой врат смотрелся так же странно, как галогенная лампа в старинном канделябре. Гораздо уместнее здесь был бы кто-нибудь в кольчуге, опирающийся на секиру.
Впрочем, на неприступности входа это никак не сказалось.
Ян замешкался. Извлекать из кармана опознавательный знак и светить его на глазах зевак не хотелось. Да и этому случайному полицейскому вряд ли стоит знать, с кем имеет дело. Расстроится еще.
Через раскрытую створку было видно, как внутри перемещаются полицейские и служащие замка. Десятка три и тех, и других. Не так уж и много, но и на рядовой обход не тянет.
— Пропусти его! — послышалось вдруг, и от компании, сгрудившейся возле плана замка, отделился высокий тип с узким смуглым лицом.
Кажется, один из чинов городского Егерского дозора. Смуглый приглашающее махнул рукой. И сразу же увлек за собой прочь от входа, углубляясь в недра замка.
— …вашей задачей будет обследовать каждый угол комплекса в максимально короткие сроки… — (Они миновали группу стражей, столпившихся вокруг своего командующего. Полицейские сдержанно, но недовольно зароптали). — …Понимаю, что мы уже проделывали это не так давно, но, видно, недостаточно хорошо, а значит…
Удивительно, но без пестрых хлопотливых туристов Замок разом вернул себе былое величие и возвышенную отстраненность. Эхо не решалось толкаться в его стенах, и потому тишина наваливалась плотная, осязаемая. Свет, процеженный через узкие окна, лился призрачный и робкий, придающий вещам странную вневременность. Даже вылинявшие шпалеры обрели глубину и цвет. Но ощущение тревоги никуда не делось. Каменный колосс словно вибрировал от напряжения. Разве что башни не стучали друг о друга.
— Вам сюда, — лаконично сообщил провожатый, открывая дверь и сразу же отступая в сторону.
Тут тоже инструктировали, но всего лишь шестерых.
— …область, которую обычно считают малодоступной для проникновения. Нам нужно выяснить, так ли уж верно это утверждение.
— Поверьте, это утверждение проверено на практике неоднократно, — вставил из угла тот, кого инструкция вроде бы не касалась. Заметив появление Яна, Аван Бугг приветственно приподнял руку, но сразу же перевел взгляд на бровастого крепыша в куртке егеря, что высился в центре комнаты.
Крепыша Ян знал. Его звали Яртур Капп. Как-то им уже приходилось работать вместе. Но тогда Капп командовал другой группой, а сейчас вокруг него прямо на полу расселись
— Мы не сомневаемся в вашей компетентности, — проговорил крепыш терпеливо, — но, возможно, эта тварь значительно хитрее, чем обычный человек.
Какая еще тварь? — вскользь удивился Ян. Про охоту, позвонивший час назад Пьетр, ничего не говорил.
— И мы вовсе не склонны недооценивать опасность мероприятия, поэтому помощь нашей группе согласился оказать господин Хмельн…
Ян так заслушался, что оказался не готов внезапно оказаться в центре внимания. Как и к тому, что шантаж теперь называют добровольным согласием.
— …и его коллеги, — невозмутимо добавила Ева, как раз в этот момент скользнувшая в незакрытую дверь и пристроившаяся рядом.
— Кажется, должен быть еще один человек? — Капп озабоченно свел густые брови.
— Вы непременно встретитесь с ним, как только спуститесь из башни, — с загадочным хмыканьем, пообещала Ева.
Егеря переглянулись. Выражение их лиц вряд ли можно было назвать приветливым. В отличие от обычных полицейских они мигом определили, кто перед ними, даже если имя Яна слышали в первый раз. И, похоже, это не особенно их обрадовало.
Все были оснащены по-походному, и кроме обычных серебряных кинжалов в ножнах на боку или груди, вооружены пистолетами и компактными огнеметами, которые в народе упорно именуют паяльными лампами, за внешнее сходство. Опоясаны широкими ремнями со множеством карманов. На карабинах привешена разного рода мелочь и кисеты с чем-то явственно сыпучим.
— Что там у них? — полюбопытствовал Ян вслух.
— Травяной сбор, — Ева удивленно пошевелила носом. — И тальк.
Яну много раз приходилось видеть, как егеря орудуют ножами или огнеметами, но ни разу он не замечал, чтобы нежить посыпали душистым сбором… Может, они чай заваривают на досуге?
Практически никто не взял с собой высокотехнологичные гаджеты в силу их непредсказуемости в Замке. Даже карты у всех были бумажные. А к поясу той девушки, что пониже, была приторочена маленькая клетка с живым воробьем.
— И все же я хочу кое-что добавить, если позволите, — не унимался Бугг. — Это будет важно для всех… И в первую очередь для вас, — он перевел серьезный взгляд на Яна. — Это касается особенностей Замка, который не выпускает зло наружу.
Кто-то из егерей даже не попытался скрыть снисходительный смешок, но Бугг скептиков проигнорировал.
— Данный феномен распространяется и на действия горелома. Вся, так называемая, отдача останется в пределах Замка и ударит, скорее всего, по тем, кто будет ближе всего к источнику.
— Короче, словно в сейфе стрелять, — пробормотали слева от Яна, уже безо всякой веселости. — Ничего себе.
— Ну, рикошет — это все же не прямое попадание. Есть шанс уцелеть… А вам спасибо, господин Бугг, за столь вдохновляющее предупреждение, — Капп невозмутимо повернулся к научному сотруднику спиной.